Ватсьяяна Малланага - Кама Сутра

Распутные и несдержанные женщины, служанки и массажистки также прибегают к этому (21). Однако наставники [учат], что этого не следует совершать, ибо оно противно закону и низко. Ведь и самому [мужчине] неприятно снова касаться их рта (22). Ватсьяяна же [учит], что для тех, кто любит гетер, это не грех, в иных же случаях должно избегаться (23).

Поэтому жители восточных областей не сходятся с теми женщинами, что совершают аупариштаку (24). Жители Ахич-чхатры не сходятся с гетерами, если же сходятся, то избегают действий их рта (25). Жители Сакеты сходятся, ни на что не обращая внимания (26). Жители же Нагары по собственному побуждению не совершают аупариштака (27). Жители Саурасены, не тревожась, прибегают ко всем способам (28).

Ибо говорят так: кто может доверять нраву, чистоте, обычаям, поведению, преданности или речам женщин? Ведь по природе они нечисты помыслами. И все же не следует их оставлять, потому что, согласно преданию, они должны считаться чистыми (29). Ибо сказано так:

Свободен от скверны теленок во время сосания, чиста собака, когда хватает лань, птица .— когда роняет плод, женский рот — при любовном соединении.

Поскольку сведущие расходятся во мнениях и слова предания применимы [к разным обстоятельствам], пусть

действуют согласно местным установлениям и собственным склонностям и понятиям — так [учит] Ватсьяяна (30). И здесь приводятся стихи:

У некоторых мужчин аупариштаку совершают молодые слуги с блестящими украшениями в ушах (31).

То же совершают и некоторые горожане, желая с возрастанием доверия по обоюдному уговору угодить друг другу (32).

Так же и мужчины исполняют то же самое дело у женщин. Подробности его постигаются по сходству с поцелуями в рот (33).

Когда же женщина и мужчина лежат головой к ногам другого и одновременно соединяются — эта любовь зовется «вороньей» (34).

И оставив ради этого достойных, разумных, щедрых мужчин, гетеры наслаждаются рабами, погонщиками слонов и прочими низкими людьми (35).

Однако ученый брахман, или несущий обязанности царского советника, или пользующийся доверием пусть не совершают аупариштаку (36).

Пусть не побуждает к применению то, что это предусмотрено наукой. Пусть знают, что содержание науки простирается [на все], применение же — лишь на отдельные случаи (37).

Если даже и сказано во врачебной науке, что собачье мясо вкусно, прибавляет силы и способствует пищеварению, разве станет оно от того съедобным для мудрых (38)?

Бывают, [однако], некоторые мужчины, бывают такого рода места, бывают и времена, для которых эти способы небесполезны (39).

Пусть поэтому, приняв во внимание место и время, обычай и наставление, а также и собственные свойства, прибегают или не прибегают к этим способам (40).

Дело это держится в тайне, а [людской] нрав непостоянен. Кто же способен знать, когда, как и по какой причине станет кто-либо действовать (41)?

В украшенных цветочными подношениями, наполненных благовонными ароматами и прибранных спальных покоях жилища горожанин вместе с друзьями -и слугами приближается к совершившей омовение, нарядившейся и в должную меру отведавшей питья женщине, ведя ласковые речи и предлагая напиток (1). Он усаживается справа от нее (2), касается пряди [ее] волос, края одежды, повязки на талии (3) и, чтобы выказать страсть, осторожно обнимает левой рукой (4). Затем следуют шутки и приятные разговоры, связанные с напоминаниями о прошедшем (5); речи с намеками на тайные и неудобные вещи (6); пение, игра на инструментах с танцами или без танцев (7), разговоры об искусствах (8) и снова — возбуждение напитком (9). Когда же в ней тоже рождается влечение, других людей отпускают, о/дарив цветами, притираниями и бетелем (10). И наедине пусть он возбуждает ее объятиями, описанными [выше], и прочим (11), а затем приближается, распуская повязку на талии, и с помощью прочего, уже описанного. Таково начало наслаждения (12).

По прекращении наслаждения, когда влечение проходит, оба, словно незнакомые, со стыдом, не глядя друг на друга, порознь идут в комнату для туалета (13). Вернувшись, они стыдливо усаживаются на подходящие места, берут бетель, и он сам умащивает ее тело чистым сандалом или другим притиранием (14). Обняв ее левой рукой, с чашей вина в [правой] руке, он с ласковыми словами дает ей пить (15). Или же оба они пьют воду и едят сладости, или, следуя обычаям, надлежащим образом вкушают что-нибудь другое (16): чистые соки, отвары, кислое молоко, рисовую кашу, жареное мясо с приправами, напитки, манговые плоды, сушеное мясо, [нарезанные] кружочками лимоны с сахаром — в соответствии с местными вкусами (17). При этом, угощая, он по очереди пробует все — вкусна ли, нежна и чиста ли [пища] (18). Или же оба, находясь на крыше, усаживаются, чтобы наслаждаться лунным светом (19). При этом ведутся надлежащие беседы (20). Она прислоняется к его коленям и смотрит на месяц, а он объясняет ей [расположение] ряда созвездий (21) — показывает Арундхати, Дхруву, Венец семи мудрецов. Таково прекращение наслаждения (22).

Тут приводятся такие стихи:

Даже по прекращении [наслаждения] любовь, украшенная услугами и доверчивыми беседами, рождает высшее удовольствие (23).

Действия взаимной любви, вызванные собственной природой, во мгновенье переходящие в гнев и во мгновенье [вновь] предстающие любовью (24):

игры хал лиса, песни, сценические представления, созерцание диска луны возбужденными и влажными от влечения глазами (25);

рассказы о всех тех желаниях, что родились раньше, при первой встрече, и о горе, что снова придет с разлукой (26);

в конце же рассказа — страстные объятия и поцелуи, благодаря исполнению всего этого возрастает влечение юных (27).

«Происходящее от влечения», «вызывание влечения», «искусственное влечение», «переносное влечение», «наслаждение со служанкой», «низменное наслаждение», «несдержанное наслаждение» — таковы виды наслаждения (28). Когда оба, чье влечение возросло с первой же встречи, с трудом получают возможность сойтись после возвращения из странствий или соединяются после разлуки, вызванной ссорой, — это «происходящее от влечения» (29). При этом ведут себя по собственному усмотрению и по надобности (30). Когда оба наслаждаются, ощущая вначале умеренное влечение, — это «вызывание влечения» (31). Когда при этом предаются влечению, последовательно возбуждаясь шестьюдесятью четырьмя средствами, применяемыми соответственным образом ради этой цели, или же когда оба стремятся к другим — это «искусственное влечение» (32). Пусть при этом заботятся обо всех приемах, согласно предписаниям (33). Когда же мужчина с начала соединения и вплоть до [удовлетворения] страсти действует, помышляя о другой, милой сердцу, — это «переносное влечение» (34). Происходящее по надобности соединение с низкородными блудницами или прислужницами — «наслаждение со служанкой» (35). При этом пусть он не заботится об угождении (36). Также происходящее по надобности [соединение] гетеры с деревенским жителем — «низменное наслаждение» (37). То же -— у горожанина с женщинами из деревни, пастушками, жительницами окраин (38). Когда же у обоих возникло доверие, то от взаимного расположения бывает «несдержанное наслаждение». Таковы наслаждения (39).