Бриджид Кеммерер - Буря

— Я не хочу сделать тебе больно, — сказала она.

Хантер усмехнулся.

— Теперь это смешно.

О, так он хотел нарваться на неприятности? Она даже не предупредила его, лишь сжала пальцы и ударила.

Он поймал ее руку. Он оказался быстрее, чем она ожидала. Сильнее.

На секунду у нее сбилось дыхание.

— Не так, — сказал он. Он осторожно разжал ее пальцы и сжал их по-другому, оставив большой палец более выступающим. — Вот так. Сделай еще раз.

Вот блин .

— Ты в этом разбираешься?

— О, да. Я эксперт по «приемам самообороны». — Его тон звучал насмешливо, но не казалось, что он шутит.

— Правда?

— Не-а. — Он пожал плечами. — Знаю немного. Ты остановилась.

Она ударила. Он поймал. Его ладонь, удерживающая костяшки ее пальцев, была теплой.

— Попробуй снова, — сказал он.

Она вспомнила, как в тот первый день он в воздухе поймал скрепку для бумаги.

— Я никогда не буду быстрее тебя.

— Дело не в том, чтобы быть быстрее меня. А в том, что ты делаешь. — Он шагнул ближе к ней, пока не осталось места для того, чтобы ударить его. — Попробуй снова.

Она попятилась назад и замахнулась, но он поймал ее за запястье и сделал еще один шаг.

— Попробуй снова.

Она еще раз сделала шаг назад. Он последовал за ней.

А затем, на мгновение, она ощутила вспышку страха. Она даже не подумала. Ее рука подалась вперед, целясь ему в глаза.

Слава Богу, он был быстр. Она чуть не попала. Но он нырнул в сторону, и ее удар пришелся ему в предплечье.

А потом он расплылся в улыбке.

— Эй. Хорошо.

Она покраснела, но, несмотря на это, была довольна собой.

— Что еще у тебя есть? — спросил он.

У Бекки возникло сильное чувство, что ей нужно остановиться, пока она не зашла дальше. Она едва помнила и половину приемов, которые Пол показывал им на занятии. Но близость Хантера заставляла ее слегка задыхаться, ощущать легкую эйфорию. Ее сердце по-прежнему колотилось так, будто они бежали.

Она откинула волосы с лица и посмотрела на него.

— А что есть у тебя?

Его глаза расширились, но только на мгновение. Затем в них появилась решимость. Он выглядел жестоким и нежным, если такое сочетание было вообще возможно. Он придвинулся, пока не оказался настолько близко, что можно было бы поделиться секретами, станцевать. Поцеловаться.

— Задуши меня, — сказал он.

Она дернулась назад. Боже, она пялилась на его губы.

Чтобы привести свои нервы в порядок, она закашлялась.

— Прости... Что?

Он улыбнулся, на мгновение не шутя, затем протянул руку, чтобы взять ее ладони и положить их себе на шею.

Через расстояние между ними ощущалось тепло его тела. Она чувствовала запах порошка, который использовала его мама — что-то свежее и мягкое, как детская присыпка и лаванда. Держа руки на его коже, она почувствовала пробивающуюся под подбородком щетину, изгибы мышц на шее под своими пальцами.

Это положение напомнило ей о тех дурацких танцах в средней школе, когда девочки цеплялись руками за шею парней и покачивались в такт музыки.

— Что теперь? — почти прохрипела она.

Дыши.

— Я ударю своими руками, — продемонстрировал он, — по твоим запястьям, чтобы твои руки отскочили. Не отпускай.

Бекка кивнула, глядя на него и думая, что его глаза были точно такого же цвета, как трава под ногами.

И теперь они горели с вызовом.

— Не. Отпускай.

Она крепче сжала их, но он протиснул ладони в щель между ее запястьями и спокойно ухватил ее за руки.

Эй! Она прищурила глаза.

— Сделай еще раз.

Он сделал так еще раз. И в третий раз.

Она почувствовала тепло, ее дыхание снова участилось.

— Здесь не используется обратное действие, — сказал он. — Я просто использую твою силу же против тебя. Хочешь попробовать?

Она кивнула прежде, чем успела подумать о том, что его руки окажутся на ее шее, сильные и безопасные. Его большие пальцы будут касаться ее подбородка, очень напоминая то, как парень бы притягивал ее к себе для поцелуя.

Такое прикосновение было забавным. Как одно движение могло задушить тебя и убить, а другое было ничем иным, как лаской и приглашением. Как секс и изнасилование отличались друг от друга.

— О чем ты думаешь? — Он остановился, его ладони расслабились и почти лежали на ее плечах вместо шеи. Она не могла понять выражение его лица, но не очень-то и хотела пытаться.

Бекка покачала головой и посмотрела прямо на него.

— Ни о чем. Сделай это. Я хочу попробовать.

Он так и сделал. Она разорвала его захват с первой попытки.

Она улыбнулась, довольная собой. Это было в тысячу раз лучше, чем занятия с Полом.

— Я сделала это.

Он улыбнулся в ответ, но глаза его оставались серьезными.

— На этот раз не отпускай. Освободившись, держись за меня.

— Зачем?

— Держи меня близко, чтобы можно было ударить. Ты можешь пнуть меня коленом в живот. — Теперь он улыбнулся с намеком. — Или ниже.

Они практиковали разбивание удушающей хватки, пока она его не освоила. Потом он показал ей, как пригвоздить предплечья атакующего к своей груди, как контролировать его действия так, чтобы она сама могла быть атакующей. Он показал ей силу собственных суставов, как локоть или колено в правильном месте могли нанести гораздо больше урона, чем она могла себе представить.

У нее в волосах собирался пот. Сначала она думала, что Хантеру все дается легко, но потом увидела у него на лбу блеск пота, когда они стали двигаться быстрее. Это не имело ничего общего с занятиями по самообороне — она чувствовала остроту, жестокость, которых никогда не ожидала.

Впервые за долгое время она почувствовала себя сильной.

На холм к ним темнота подкралась незаметно, скрыв черты лица Хантера тенями. Она больше не слышала детей на игровой площадке. Каспер уже давно уснул на одеяле.

— Уже поздно, — произнес Хантер.

— Что, сбегаешь, чтобы не показывать мне больше приемов?

Он скорчил гримасу и наклонился, чтобы встряхнуть одеяло.

— Я могу показать тебе, как идти обратно в зоомагазин. Здесь в парках запирают входы?

Бекка собрала мусор.

— Думаю, что все будет хорошо. Еще не совсем стемнело. Обычно кто-то ездит вокруг и предупреждает людей.

Она оказалась права. Ворота были еще открыты, но охранник бросил на них строгий взгляд и высказал предупреждение:

— Закат значит закат, детки.

— Это ее вина, — сказал Хантер, указывая на пассажирское сидение. — Она держала меня в удушающем захвате.

Бекка рассмеялась, когда он отъезжал. Ей нравилось ощущение ветра в волосах, внезапной прохлады в воздухе, которая холодила ее щеки. Нравилась легкость компании.

Вот так все и должно быть.

Она повернула голову, чтобы взглянуть на Хантера.

— Спасибо.

Он отвел взгляд от дороги на довольно долгое время, чтобы встретиться с ней взглядом.