Бриджид Кеммерер - Буря

В мост, в десяти футах впереди них, ударила молния. Они дернулись назад.

Крис направил еще больше силы в дождь. Он призывал каждую каплю найти Проводника, уничтожить его. Рука Бекки сжимала его собственную.

Их противник с трудом удерживался на ногах. Крис это видел.

— Больше, — крикнул он Нику. — Сильнее.

— Ты можешь ее контролировать? — спросила Бекка. — Ты говорил мне...

— Мне наплевать, — сказал он.

Она также ухватилась и за руку Ника.

— Пожалуйста... это же убьет людей...

— Он убил моего брата, — голос Ника был сильным и бесстрастным. Но его рука не отпускала ее ладонь.

Может, потому что она схватила их обоих за руки или потому что сидела по пояс в воде. Но Крис ощутил внезапную связь с силой Ника, чего он никогда прежде не испытывал. Как в тот момент, когда он передавал силу Бекке, он чувствовал каждую каплю воды, каждую частичку своей стихии. Он чувствовал воду и ветер и направлял силу в пространство вокруг них.

Завывал ветер, ударяя по одежде. Проводник перебрался в другую сторону моста, ухватившись за конец ограждения. Крис по-прежнему в этой буре не мог различить его черт лица — только внимание и контроль.

В пяти футах от них ударила молния.

Бекка закричала.

Тогда молния ударила в другом конце моста, практически касаясь Проводника.

Крис замер.

В пяти футах — еще один удар. Человек бросился назад, подальше от моста, стараясь на ветру удержаться на ногах.

Еще удар. И еще. Молния лилась с неба дождем, целясь в их врага.

Проводник побежал.

— Да-а, — позади них прохрипел голос. — Посмотрите, как этот ублюдок теперь убегает.

Крис развернулся. Держась за бампер Шевроле Тахо, на руках и коленях стоял Габриэль. Его одежда была выжжена, лицо почернело от дыма, а кожу покрывала кровь, но он был жив.

Ник схватил его раньше, чем Крис понял, что движется.

— Полегче, Никки, — закашлял Габриэль. — То есть... я тоже... но взрыв... больно...

Но Крис уже не слышал, что еще он там говорил.

Потому что тоже стиснул брата в объятьях.

Бекка очутилась в отделении экстренной медицинской помощи.

Братья Меррики — нет.

Она как-то потеряла их из виду, когда работники скорой помощи обрушились на мост и разделили их. Четыре разных мужчины стояли под дождем, выкрикивая ей вопросы, светя фонариками в глаза, прощупывая пульс. Знала ли она свое имя? Сегодняшнюю дату? Знала ли она, что попала в аварию?

Она замерзла. Пожарный завернул ее в одеяло Майлара [25]и отнес в машину скорой помощи. Она была настолько потрясена, что позволила ему это сделать. Дождь не хотел заканчиваться, капая ей на глаза и проникая под одежду, оставаясь для нее тем же незнакомцем, что и был до аварии.

Или эта связь ей показалась?

Крис чувствовал именно это — связь со стихиями?

Он держал ее так близко — чувствовала ли она его силу?

Сейчас в больнице она лежала, сжавшись на носилках и крепко обернув больничное одеяло вокруг плеч.

Из-за занавески высунулась мамина голова.

— Ты в порядке, Бекс?

Одним из преимуществ того, что ее мама работала в отделении экстренной помощи, было то, что Бекке не нужно было долго ждать.

А одним из недостатков этого было то, что сегодня вечером мама действительно работала в отделении. Когда выяснилось, что у Бекки лишь потрясение, но травм нет, мама оставила ее одну в небольшой палате восемь на восемь

Поблизости кто-то стонал. Где-то дальше по коридору кричал ребенок. Помещение было заполнено пострадавшими в бурю. Бекка продолжала слушать, как медсестры вполголоса обсуждают сломанные бедра и сложные переломы. У Бекки же даже не было сотрясения. Ей просто хотелось, чтобы кто-нибудь подержал ее за руку.

Боже, как она могла быть такой эгоистичной? Бекка утерла слезы ожидания и кивнула.

— Все хорошо. Мы можем пойти домой?

— Твой папа уже в пути, милая. — Мамин голос тянулся вслед за ней, так как она бежала по коридору.

— Что?

— Я не могу уйти, — отозвалась мама, — и мамы Квинн не было дома.

Фу. Ее отец . Теперь Бекка жалела, что у нее не было сотрясения.

Особенно, когда он появился в рабочей одежде и сапогах, облепленных грязью. Рубашку цвета хаки, которую он носил, покрывали грязные полосы, и это выглядело так, будто он участвовал в схватке с диким зверем — штаны порваны, засохшая кровь тянется из-под рукава рубашки по обратной стороне руки.

Он ворвался в палату, отодвинув занавеску в сторону. Он быстро выпрямился, когда стало очевидно, что его дочь не умирает. Лишь промокла.

— Привет, — без энтузиазма произнесла она. — Что с тобой случилось?

— Бекка. — Он рассматривал ее так, будто мог упустить какие-то опасные для жизни травмы. — Ты в порядке?

Просто замечательно. Меня вытащили из машины до того, как она взорвалась.

Ей хотелось это сказать, закатить глаза и протиснуться мимо него. Но его глаза потемнели от беспокойства, руки повисли между его и ее телом, будто он хотел обнять ее, но не был уверен, что она это примет.

Бекка сглотнула. Ей хотелось, чтобы он звенел ключами и вел себя так, будто они в ссоре. Трудно сохранять стены против того, кому действительно не наплевать.

Но, может, это просто шок. Мама все ужасно описала, поэтому он и примчался?

— Я в порядке, — сказала она. Ее голос звучал так, будто она наглоталась гравия. — Просто... Я хочу домой.

— Мы можем вернуться ко мне...

— Нет!

Он вздрогнул, и она закрыла глаза.

— Нет... просто... у меня там нет одежды. Я хочу домой.

— У тебя есть ключи?

Ее ключи были в машине, и, вероятно, сейчас уже превратились в груду расплавленной стали. Она покачала головой.

— Мама даст мне свои.

Но ее маме не понравилась эта затея.

— Бекка, езжай домой со своим отцом. У тебя был сложный день, и тебе не следует оставаться одной...

— Я просто хочу переодеться в сухую одежду и лечь спать.

Она слезла с носилок. Тут начал кричать какой-то пациент дальше по коридору, и Бекка зажала уши руками.

— Пожалуйста, увезите меня домой. Пожалуйста...

Ее обхватили руки, убирая волосы с лица. На краткий миг она подумала, что это мама, но потом ощутила силу этих рук, твердость груди ее отца.

— Успокойся, — сказала он, его голос тихо проскрежетал. — Я отвезу тебя домой.

Его голос вызвал у нее другое воспоминание: восьмилетняя Бекка нашла в саду полудохлую птицу. У нее чуть не случилась истерика, так как она была уверена, что папа убьет птицу. Поэтому она спряталась вместе с ней в своей спальне, пытаясь накормить ее нарезанной Велвитой [26]и кусочками хот-дога.

Мама была в ярости, когда узнала. Птица! В ее доме!

Но отец уговорил Бекку выйти из гардеробной, потом научил ее, как вправить птичье крыло и вылечить его.