Алла Щедрина - Эмигрант

– Это он с таким… гонором убеждать пришел?

Жорот только поморщился:

– Бласки специализируются на целительстве.

Арика покосилась на Ларсена и ехидно согласилась:

– Действительно. Это полностью объясняет свинское отношение к одному из хозяев дома и, к тому же, супругу человека, пардон, мага, с которым этот Ракис пришел «договариваться».

– Арика, пожалуйста, сейчас не время, – нахмурился колдун. И задумчиво сообщил. – В дом уже минут пять ломится дамочка с четырьмя сопровождающими. Скорей всего, его родительница, – кивок в сторону мертвеца. – Пойду их встречу. Ларсен, а ты, наверное, иди домой.

– Да я уж останусь, – отозвался тот. – Мое свидетельство о ранении Аты лишним не будет.

– Так хочется неприятностей? – заметил Жорот. – Бласки постараются испортить твою репутацию целителя, просто из чувства мести. Лучше я Н'еве попрошу целителя прислать, тот хоть будет при исполнении, ему мстить глупо. Да и небезопасно и очень затруднительно к тому же.

– Еще неизвестно, когда тебе пришлют и кого, – возразил Ларсен. – И он сможет свидетельствовать только о факте залеченной раны, а я успел сделать полное сканирование еще при ее наличии.

– Тогда идем.

Увидев хозяев, женщина принялась орать и сыпать обвинениями и угрозами. Жорот поморщился и наложил на беснующуюся бабу заклинание, перекрывающее ее вопли. Причем она не сразу сообразила, что никто, кроме нее, ее голоса не слышит, и ругалась еще какое‑то время, колдун же обратился к сопровождающим:

– Как я понимаю, вы пришли за телом Ракиса. Могу впустить одного из вас, но предупреждаю – я поднял его, чтобы допросить, и когда отпущу, от тела останется только пыль.

Женщина, наконец, сообразив, что ее не слышат, уставилась на Жорота и что‑то яростно сказала. Колдун, не обращая на нее внимания, уточнил:

– Решайте, кто пойдет. Или никто?

Мужчины переглянулись. Арика хмыкнула – похоже, эта истеричка потащила за собой только тех, кто не смог от нее отвязаться по причине «решительности». Или они просто боялись «вступать на вражескую территорию» в одиночестве?

– Снимите заклинание с Беат, – спокойно предложил один из мужчин. – Тогда поговорим.

– Попробуем, – пожал плечами Жорот. – Надеюсь, вы будете говорить, а не скандалить, – посмотрел он на женщину.

– Убийца! Что тебе сделал мой мальчик?

– Ракис ранил девятилетнего ребенка, – ледяным тоном сообщил колдун. – И благодарите Силы, что девочка выжила!

На последней фразе его голос сорвался чуть не на рычание. Женщина заметно растерялась:

– Мой сын не мог…

Жорот явно старался успокоиться. По крайней мере, багровый оттенок из его глаз почти исчез.

– Если хотите забрать то, что останется от тела, один из вас может пройти со мной. А об остальном я буду беседовать с официальным представителем Бласки.

– Я пойду! – рванулась Беат.

– Да пожалуйста. Но нести останки вам никто помогать не будет.

Арика покосилась на Жорота – чего это он… Хотя, ему виднее. Беат, тихо посовещавшись с мужчинами, отправила одного из своих спутников – темноволосого невысокого парня.

Женщина не успела заметить, когда к ним присоединились все три телохранителя. Жорот попросил всех подождать и повел «парламентера» в дом. Они вернулись очень быстро, парень нес в руках что‑то вроде мешка – немудрено, от Ракиса должна была остаться только пыль. Колдун дождался, пока незваные гости скроются из вида и приказал:

– Господа телохранители, вы остаетесь здесь, будете присматривать за детьми до тех пор, пока мы не вернемся. Сами решите, кто за кем, это временно, так что значения не имеет. Но чтобы дети без вас не показывались.

– Нам было приказано охранять вас, – попытался возразить Жан

– С Н'еве я все согласовал, – мрачно отозвался Жорот. – Кстати, вот двое из ваших подопечных. Фест, Рони, это ваши временные телохранители.

Близнецы оглядели мужчин, на лицах появилось выражение сдерживаемого недовольства. Но возражать не решились.

– Папа, вы когда освободитесь? – уточнил Фест. – Стол накрыли, я голодный, как волк! А Лонг сказал, что без вас ужинать не будем!

– Идите, мы сейчас. Господа телохранители, к вам это тоже относится.

Но за близнецами пошли только Жан и Робин. Хью негромко сообщил Жороту:

– Къон был ранен, я вызвал ветеринара.

– Что‑то серьезное? – уточнил колдун.

– Не особенно. Но без медицинской помощи могли возникнуть проблемы…

– Спасибо, вы все правильно сделали. Счет ветеринар пусть пришлет сюда.

Хью кивнул и добавил – еще тише – Арика еле его расслышала, а Роджер и Ларсен, стоявшие чуть в отдалении и о чем‑то беседующие (надо же, целитель снизошел), скорей всего, не услышали вовсе:

– Господин Жорот, держитесь от къона подальше. Вы неоправданно рискуете.

Колдун поморщился, покачал головой:

– Все нормально.

Но телохранитель не отступился:

– Вы не представляете, как сильно от вас пахнет смертью и болью, и насколько это выводит из равновесия. Я наполовину зверь и чую подобное очень хорошо. Будьте осторожней, – кивнув, Хью ушел следом за остальными в дом.

Арика встревожено уставилась на Жорота. Это из‑за жертвоприношений? Ничего себе… Тот, игнорируя ее взгляд, предложил:

– Господа, идем в дом. Хорошо, если успеем поужинать, Бласки сейчас собирают судилище, в нашем распоряжении минут сорок, максимум – час. Всем нам придется выступать, как свидетелям.

Роджер и Ларсен прошли первыми, все еще разговаривая. Арика с Жоротом шли за ними.

– Атане что‑то грозит? – встревожено уточнила женщина.

– Ни в коем случае, – твердо отозвался Жорот. – Она не только несовершеннолетняя, но даже еще не достигла физической зрелости.

– Хочешь сказать, дети освобождены у вас от ответственности? – подозрительно уточнила женщина.

– За них отвечают родители, старшие родственники…

– Опять?! – зашипела Арика. – Ты опять собираешься брать вину на себя?

– Девочке ничего не смогут предъявить в любом случае, – покачал головой колдун. – Но Бласки могут потребовать уничтожения фамильяра. А смерть запечатленного существа очень плохо сказывается даже на взрослых, не говоря о ребенке. Будем отстаивать Малыша.

Они вошли в столовую. Роджер, похоже, успел предупредить Лонга о гостях, и стол был накрыт в расчете на всю компанию. А народу собралось порядочно – кроме телохранителей присутствовали еще Ларсен и Ваел. Проводник мрачно ковырялся в тарелке, целитель, заявив, что домой возвращаться на полчаса смысла нет, прямо за столом устроил экспресс‑экзамен Фесту, правда, разговаривали они достаточно тихо. Похоже, Ларсена заинтересовал уровень, продемонстрированный мальчиком при лечении Атаны.

Жорот оказался прав. Не прошло и получаса, как колдун замер, склонив голову к плечу, и сообщил: