Алла Щедрина - Эмигрант

– А у тебя? – тут же спросила Арика.

– Моя основа сделала по специальному заказу. У Роджера – стандартная, модифицированная с учетом его внешних особенностей.

– Н‑да, – пробормотала женщина, – сборище неповторимых и единственных в своем роде…

– Учитывая ситуацию, я сделал все, что мог. Если Роджер сумеет найти для себя новую логическую основу, точку равновесия, он стабилизируется. Если нет… Я постараюсь сохранить в псевдоактивном состоянии мозг Роджера. То есть, он будет сохранять свои физические характеристики, но не будет служить по прямому назначению. И твой фиал останется невредим. Постараюсь. Но гарантировать ничего не могу.

Арика замерла, лицо у нее затвердело. Да уж, перспектива потерять обоих мужей сразу…

– Речь не обо мне, а о Родже, – резко отозвался колдун.

– Ты сам ввел себя в уравнение. И теперь…

– Я осознавал, на что иду. Поэтому повторяю – решаем проблему Роджера и только его.

С точки зрения логики Жорот поступал глупо. Но ему казалось, что додумайся Лонг, как можно сохранить фиал, и он перестанет бороться за жизнь Роджера. Нет уж! Колдун заодно высказал пришедшую ему в голову мысль, непрофессиональную и, возможно, глупую, но вдруг сработает:

– Возможно, чтобы смягчить противоречие, необходимо добавить… ну, я не знаю, какую‑нибудь очеловечивающую его деталь. Ту, что есть у тебя, но нет у него?..

Лонг вздохнул:

– Уже. Без этой… детали, Роджер не справился бы с новыми установками. Но это именно деталь, она не завязана в систему, как у меня. И она конфликтует со всем остальным. Поэтому больше ничего подобного добавлять нельзя – и ее‑то много. Я могу попытаться изменить полностью систему. Но это будет означать уничтожение нынешней личности Роджера.

– Нет! – резко покачала головой Арика

– Давай воздержимся, – почти в унисон и абсолютно спокойно сказал Жорот.

– Я так и думал, что вас это не устроит. Единственное, что могу посоветовать… Не знаю, что такое ваш Клов, но возможно, он поможет. Я тогда не успел снять все характеристики, но даже остаточные данные показали, что Роджер был очеловечен настолько… Что если бы сам не видел, сказал бы, что невозможно.

– Клов не пойдет, – покачал колдун головой. – Это узкоспециализированная связь, предназначенная для боя и ни для чего…

Вдруг он подскочил, одновременно с Арикой. Они переглянулись:

– Супружеская… – выдохнул Жорот.

– Ты же с ним ее не делал! Да тогда и не получилось бы. А сейчас, с фиалом, вполне может и выйти!

– Только не «я», а вдвоем, – возразил колдун. – Скорее и Клов‑то сработал потому, что я использовал твою энергетику.

– Пробуем прямо сейчас?

– Угу… Лонг, вечером придут Ларсен, Распэ и Мортер. Надеюсь мы освободимся к этому времени, но если нет, пожалуйста, попроси, чтобы дождались нас и проследи, чтобы не заскучали. Хорошо?

Опасения Жорота оказались напрасными – они закончили задолго до появления гостей. Супружеская связь с Роджером установилась удивительно легко. К тому же Арике в этот раз ничего не пришлось объяснять, она прекрасно справилась сама, без всякой помощи со стороны мужа. Браслеты появились у всех троих – у Роджера два, а у Арики с Жоротом по одному, причем у людей новая татуировка выглядела гораздо более бледной, чем прежняя.

– Это нормально, – сообщил колдун в ответ на вопросительный взгляд жены. – Когда устанавливается связь с немагом, браслет или вообще не проявляется или бледней, чем обычно.

Арика, которая приблизив свою кисть к кисти Жорота, сравнивала браслеты, кивнула. Впрочем, сравнение было весьма относительным. Поскольку иллюзия с татуировки колдуна опять спала, и на запястье мужчины вновь красовалась алая спираль. Кстати, у Роджера один браслет тоже был спиралью и такого же вызывающего цвета.

– Значит, это все же от меня зависит, – пробормотала женщина.

– Ты еще сомневалась? – усмехнулся колдун, целуя жену.

– Ты как? – спросила Арика у Роджера.

Тот пожал плечами. Колдун успокаивающе заметил:

– Рано еще. Подожди, пусть обвыкнется немного… Супружеская менее сильная, чем Клов, но более устойчивая.

Арика вздохнула:

– Только, кажется, эту «устойчивую» надо постоянно поддерживать… Короче, чья спальня будет считаться общей? Поскольку четвертой нет, а свою я все же хотела оставить для себя… Хоть иногда одной оставаться.

– Неужели ты согласна спать втроем? – улыбнулся Жорот.

– Издеваешься? – подозрительно подобралась Арика.

– Ну почему сразу «издеваюсь»… Радуюсь. У Роджа, как я понимаю, Лонг ошивается, так что общая пусть будет эта.

– Ну да, – хмыкнул Роджер. – Ты из нас, как самый нетребовательный…

Арика едва сдержала реплику, которую, впрочем, колдун принял по связи – они все втроем лежали в обнимку, и мысли передавались очень легко:

«Скорее, как самый озабоченный»

Жорот только усмехнулся, зато Роджер среагировал вслух:

– Грубиянка.

– Тьфу, черт! – буркнула женщина. – Уже и подумать ничего нельзя! Между прочим, не высказанное вслух нельзя считать оскорблением!

– Да не оскорбился я, – мирно отозвался колдун. – Не ругайтесь. Что поделаешь, мне действительно одному не слишком комфортно.

– Ну, извини, пожалуйста, – Арика поцеловала Жорота и стала выпутываться из объятий мужей. Получалось это у нее с трудом – оба ее не выпускали. – От‑пус‑кай‑те! Я в душ. А то мне точно будет не очень комфортно, гости вот‑вот подойдут…

Ларсен, осмотрев Распэ – артефактор воспринял осмотр стоически – еще долго разговаривал с Мортером. Тот, кстати, извинился перед всеми за свое поведение, и вообще выглядел более чем адекватным. Арика в начале вечера поглядывала на Мортера издевательски‑насмешливо, явно намереваясь сцепиться, если тот хоть слово поперек скажет. Но очень быстро успокоилась – маг вел себя настолько вежливо, что долго злиться на него у женщины просто не получилось.

В конце концов, Ларсен с сожалением сообщил, что порадовать ничем не может. Он еще подумает и попытается поработать, но пока в полной растерянности.

Распэ и Мортер, посидев еще немного, ушли, причем артефактор договорился с колдуном о занятии на завтра. Ларсен задержался, когда они остались вчетвером, целитель заметил:

– Любопытная задачка. Видите ли, подобные последствия травм весьма распространены. Но они, как правило, проходят в течении суток‑полутора, либо очень легко снимаются. А чтоб магослепота длилась столько лет… – Ларсен руками развел. – Если б Мортер не был некромантом, я бы предположил проклятие. Но он, кажется, неплохой специалист, значит, это можно откинуть сразу. Не представляю, какие причины могут быть еще.

– То есть, единственное, что ты можешь сказать – ситуация выходит за пределы нормальной, – резюмировал Жорот.