Ричард Кнаак - Волчье сердце

– Гилнеас – независимое государство. Мы отгородились от всех по веским причинам и в мирное, а не в военное, время. И ты это знаешь. Что же касается предстоящего голосования…

Однако Вариан повернулся к нему спиной и сказал:

– Прошу простить меня Верховный друид и Верховная жрица. Увидимся позже…

Не дождавшись ответа от Малфуриона, Вариан повернулся туда, откуда пришел, и зашагал прочь. Вслед за ним последовала и его свита.

Малфурион посмотрел на Тиранду, которая отправляла пару жриц за королем Варианом. Когда она посмотрела на Малфуриона, то ее глаза округлились от удивления.

С того места, где находился Генн, донесся низкий животный рык. Верховный друид сразу же посмотрел на человека. Генн так оскалил зубы, как не мог ни один обычный человек. Его тело увеличилось...

А потом он снова взял над собой контроль.

– П-простите меня, Верховный друид, – пробормотал вспотевший Генн. – Я должен был лучше подготовиться. Должен был.

– Предлагаю вам вернуться на ваше место и…

– Нет. Нет, я не могу это сделать. – Генн махнул Эдрику и остальным своим людям. Возглавив их, они все молча ушли в лес.

Остальные гости перешептывались между собой. Тиранда жестом приказала музыкантам снова играть, но было ясно, что банкет скоро закончится. И хотя Малфуриону пришлось сильно потрудиться, чтобы исправить возникшую ситуацию, этот конфликт все-таки развеял обнадеживающий настрой участников.

Однако когда он повернулся, чтобы обсудить это со своей супругой, то заметил, что один гость из Штормграда остался – это был Андуин, который тихонько разговаривал с Веленом.

Когда ночные эльфы подошли к ним, то услышали, как дреней говорит:

– … и то, что ты знаешь о Свете, действительно правда, но это только малейшая часть из всех его многочисленных граней, молодой Андуин! Чтобы полностью узнать всю силу Света, ты должен рассматривать его в более широком смысле и это позволит тебе увидеть его место как во всей вселенной, так и в нашей жизни. На это нужно терпение и обучение…

– Это я могу, но то, что я хочу…

– Принц Андуин!

Вернулись двое из личных охранников короля. Их покрасневшие лица и быстрые движения свидетельствовали о выговоре, который они без сомнений получили от своего правителя, когда тот обнаружит, что его сын отбился от остальных. Два здоровенных солдата прошли мимо ночных эльфов и пошли к своему принцу с разных сторон. Тот, который звал принца – закаленный в бою ветеран, нос которого выглядел так, будто бы был сломан не один раз в бою – подошел первым к Андуину, который не скрывал своего разочарования от вида охранников.

– Принц Андуин! Ваш отец очень расстроился, когда обнаружил, что вы не пошли с нами! Король приказал, чтобы вы немедленно пришли к нему!

Андуин выглядел так, будто бы был готов что-то сделать с несчастными охранниками, но затем передумал, так как всем известно, что они лишь выполняют приказ и, скорее всего, боятся быть наказанными. Покорно кивнув, принц присоединился к своим охранникам. Быстро повернувшись к ночным эльфам и остальным, он поклонился им. А затем жестом приказал двум обеспокоенным мужчинам отвести его к своему отцу.

– У молодого Андуина есть скрытая сила, – отметил Велен, как только мальчик ушел. – Жаль, что его отец пытается запереть своего сына в клетку, как он сделал это с собой.

– Вариан уже не раз рисковал потерять его, – ответил Верховный друид. – Его опасения, что Андуин может исчезнуть или быть украденным, не беспочвенны. – Малфурион нахмурился. – Также как и его резкие слова в сторону Генна Седогрива, как ни прискорбно это признавать.

– Генн загладит свою вину, – вставила Тиранда. – Ты знаешь это так же, как и я. Ведь нам известно, скольким он пожертвовал, чтобы вынести вопрос принятия их в Альянс на этом собрании.

– Но стоило ли оно того? Они чуть было не набросились друг на друга. Генн почти потерял над собой контроль!

– Пожалуй, нам следует обсудить это в другой раз, – ответила Верховная жрица. – Велен, могли бы вы …

Но к удивлению ночных эльфов Пророк незаметно покинул разговор, как будто бы знал, что они собираются обсуждать вопросы, которые лучше всего обсуждать только между ними двумя.

– Ну, мы наверняка можем доверять Велену, – пробормотал Малфурион. А затем серьезно добавил:

– Тиранда, прежде, чем ты что-либо скажешь, я должен тебе сказать…

– Он избранный, Мал.

– Я знаю, что Элуна так тебе сказала и я логически понимаю, что это должно быть так, но ты же видела его! Возможно, Вариан мог бы стать тем лидером, который нужен Альянсу, но сейчас у него больше шансов стать тем, кто приведет Альянс к катастрофе!

– Я согласна, что Вариан обеспокоен…

– Он больше, чем просто обеспокоен, хотя и по уважительной причине. – Размышляя, Верховный друид потянул себя за бороду. – Мне кажется, что презрение Вариана к Генну возникло не только из-за короля Гилнеаса, но и из-за самого Вариана. В его тоне слышались нотки самобичевания…

– Я тоже их слышала. – Верховная жрица случайно посмотрела в сторону. – Наши гости начали расходиться. Банкет окончен.

– Банкет потерпел фиаско. Все присутствующие на нем увидели, как Вариан назвал воргенов недостойными для вхождения в Альянс! Мы должны с этим что-то сделать…

– Я поговорю с ними. А ты, может быть, сможешь как-то переубедить Вариана?

– Возможно. – Однако Малфурион не смог скрыть свое сомнение по этому поводу.

Она взяла его руку в свою:

– Элуна поможет нам. Верь в это.

Он буркнул:

– Разве я один из всех должен в это верить?

– Иди. Поговори с Варианом.

Малфурион знал, что с ней лучше не спорить, когда она говорит таким тоном. Они поцеловались и Верховный друид, поклонившись остальным гостям, отправился к королю Штормграда.

Для кого-то, кто спал в грязных, кишащих жуками и залитых кровью клетках, будучи рабом и гладиатором, лесные кварталы, предоставленные хозяевами города, казались чересчур нежными. Даже родные палаты Вариана не были такими спокойными и умиротворенными. Король обдумывал возможность покинуть Дарнас и его относительно знакомые кварталы и вернуться на свой корабль, но он не хотел оскорблять хозяев этого города… или, по крайней мере, он не хотел оскорблять их еще больше после своего открытого осуждения Генна Седогрива.

Но о последнем Вариан не сожалел. Напротив – он был очень доволен. Он осознавал, что поступил плохо, но на Седогрива он выплеснул часть своей злости, которая бушевала у него внутри.

В дверь постучали. Ночные эльфы, которые их сопровождали, давно ушли. Для того чтобы Вариан и его свита смогли почувствовать себя как дома, их временные жилища были выполнены в стиле, присущем домам людей. Но, к сожалению, в них все равно ощущалась некая «природность», которую он всегда ассоциировал с расой Верховного друида. Поэтому Вариану гораздо больше нравились гнетущие каменные стены крепости.