Владимир Тараненко - История лица. Мастерская физиогномического психоанализа
- Название:История лица. Мастерская физиогномического психоанализа
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Владимир Тараненко - История лица. Мастерская физиогномического психоанализа краткое содержание
Книга «История лица. Мастерская физиогномического психоанализа» – это уникальное практическое руководство для всех, кто хотел бы научиться искусству «чтения» человеческих лиц и толкования человеческого характера на основании анализа внешности.
Автор книги, знаменитый специалист по визуальной психодиагностике Владимир Тараненко, предоставляет энциклопедически исчерпывающую информацию об особенностях строения головы человека и черт его лица в их непосредственной связи с характером, волевыми установками и «подводными камнями» поведения индивидуума.
Обилие исторических примеров, фотографий и иллюстраций, простой и доступный язык книги делают изучение физиогномики интересным и увлекательным занятием.
Книга Владимира Тараненко не имеет аналогов по полноте и ясности изложения и, безусловно, будет полезна всем, кто стремится овладеть скрытыми знаниями по психологии и коммуникациям, а также тем, кто желает больше узнать о себе самом и о своем окружении.
История лица. Мастерская физиогномического психоанализа - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Фридрих Паулюс
…Генерал Фридрих Паулюс обладал выступающим подбородком, но недостаточно крепкой, треугольного вида челюстью, т. е. облегченной, но, тем не менее, установочной и целевой. При этом – выражено удлиненное лицо. Паулюс был прекрасным аналитиком, но совершенно не годился для оперативных боев, где нужно быстро действовать на свой страх и риск. В доказательство: он плодотворно участвовал в разработке плана «Барбаросса», где и отметился при Гитлере, затем блистательный карьерный рост штабиста – занимал в 1940–1942 гг. должность 1-го обер-квартирмейстера генштаба сухопутных войск, а затем получил под свое командование дотоле чрезвычайно успешно действовавшую в Украине 6-ю армию. Как говорят, по протекции самого фюрера, уж больно он любил активных и послушных проводников своей «гениальной» воли. Фюрер не ошибся, ибо его «послушник» Паулюс ни на йоту не отклонился от предписаний своего вождя. Кроме того, действовал исключительно в «рационально доктринерском» духе военной тактики и стратегии. Ему бы, вопреки генплану, вывести в начале сентября 1942 года части ударной армии из затягивающей Сталинградской «мясорубки» и ударить на север и юг обходными клещами, потребовав немедля с направления группы «А» (Северо-Кавказский фронт) 4-ю танковую армию Гота. В итоге, была бы взята Астрахань и нефтяной путь оказался бы надолго перекрыт. Увязнув в уличных боях за каждый сталинградский подвал и кирпич, Паулюс системно уничтожал свои боевые ресурсы, равно как и те, что непрерывно шли ему на подмогу. Последний штрих: он так и не осмелился, опять же вопреки воле фюрера, самовольно пойти на прорыв из окружения навстречу ударной группировке генерала Гота. Дисциплинированность, установочность в веру схемы и чисто рациональное отношение к выполнению своих обязанностей не позволили Фридриху Паулюсу выйти за рамки самого себя и отчасти переиграть ход истории. Большой «гений» фюрера для своей погибели выбрал поистине подходящую фигуру. Свою чисто человеческую слабость Паулюс продемонстрировал в 1944 году, когда, находясь в советском плену, вступил в антифашистскую организацию немецких офицеров. Физиогномическое резюме: чисто генетически Паулюс не был готов к длительным мощным стрессам, тем более, продолжительное время. Его облегченная и удлиненная челюсть точно так же не позволяла осуществлять маневры и адекватно реагировать на ситуацию. Брать личную ответственность он не мог и не хотел. Зато довлеющая «долихоцефальная» рационалистичность и схематизм позволяли успешно проводить в жизнь чужой абстрактный план, гибельность которого обозначилась уже во второй половине начального этапа. Личной волевой харизмой «скороиспеченный» и вскоре плененный фельдмаршал вермахта, увы, не обладал.
Андрей Еременко
…Его противник, Еременко Андрей Иванович, командующий Сталинградским фронтом обладал широкой и достаточно мощной челюстью. Лицо – ближе к среднему типу, но тяготеет к округлому, очень хорошо выражены «желваки», отчего широкая челюсть кажется еще более мощной. Тем не менее, назвать ее «треугольной» и «тяжелой» нельзя. Способности упереться, маневрировать, искать любые зацепки и в тоже время не поддаваться слабости во время Сталинградской битвы у генерал– полковника Еременко проявились сполна. Надо отдать должное Сталину, он вовремя назначил далеко не своего «фаворита» генерала Еременко на этот «убийственный» участок. И не прогадал. Еременко умел, как никто другой, выживать в обороне и осаде, доверяя своим природным задаткам, отточенному военному профессионализму и мощной воле, закаленной самой жизнью. Даже прижатый к кромке Волги, Еременко будет продолжать сопротивляться, непрерывно маневрируя оставшимися резервами, нанося во фронт наступающему противнику «точковые» контрудары. Какая-либо схема над ним не довлела. Ему приказано было выжить.
…Средне-облегченнная, но широкая челюсть была и у Михаила Илларионовича Кутузова. Не правда ли, похожи «кармические» сценарии у фельдмаршала Кутузова и генерала Еременко? Внимательный физиогномист, правда, тут же отметит, что волевые «желваки» и сама челюсть у Еременко чуть «представительнее». И все же они сходятся в одном: оба отличались превосходным умением маневра и необыкновенным чувством ситуативной реальности, которое корнями уходило глубоко в их генетическую жизнестойкость. Оба они в критических ситуациях принимали решения отнюдь не «по плану», руководствуясь профессионализмом, чувством долга и хорошо наработанной внешней обратной связью.
…Исаак Ильич Левитан, «художник печального пейзажа» обладал выраженной долихоцефалией, высоким лбом, огромными впалыми глазами и удлиненной, но узкой челюстью. В итоге – чувствительный невротический психотип, склонный к ипохондрии. Мало кто знает, что в припадке хандры Левитан два раза стрелялся, но остался жив. И если к чему-то привязывался душой, то оставался верен до последнего дыхания. Он очень мало ездил за границу, вопреки тогдашней моде, зато пешком, с удовольствием, и с печалью в душе и сердце, бродил хуторами и селами средней России. У него так никогда и не будет семьи. Он умрет от сердечной недостаточности, не дожив до сорока лет.
…У Юлия Цезаря удлиненное худощавое лицо, с легкой треугольной челюстью. Он был весьма впечатлительным, невротичным, но благодаря наработанной железной воле (а тому свидетельство чрезвычайно сильно развитые «желваки» и мышечные «тяжи» по низу щек!) сумел даже свои недостатки превратить в достоинства. Скажем, ту же тревожность и мнительность «перековать» в отчаянную смелость. Высокая чувствительность не раз выручала его в жизненных перипетиях, и даже момент своей смерти он предчувствовал, хотя и не пожелал защищаться. О точности и молниеносности ударов диктатора и полководца Юлия Цезаря до сих пор ходят исторические легенды. «Трудно сказать, осторожности или смелости было больше в его военных предприятиях» – это фраза древнего историка Светония, из его «Жизни двенадцати цезарей». А вот еще одна, не менее показательная: «Здоровьем он отличался превосходным: лишь под конец жизни на него стали нападать внезапные обмороки и ночные страхи, да два раза во время занятий у него были приступы падучей». Как видим, генетической силы противостоять стрессам все же не хватало. К слову, у Нерона, челюсть очень широкая и весьма мощная, потому даже в последние несколько дней своей жизни, когда стало ясно, что сенат и армия приговорили его к смерти, этот чудовищный тиран не терял своего высокомерного оптимизма. «Какой великий артист погибает!» – произнося перед вырытой могилой эти слова, он все еще надеялся на чудо.
…Александр Васильевич Суворов по физиогномическому типу весьма близок к Юлию Цезарю. Смелости и воли ему было не занимать. Напористости также. Плюс врожденное чувство поиска слабых мест у противника. Как известно, крепость Измаил бралась отнюдь не психической атакой и бессмысленным забрасыванием рвов и бастионов трупами своих солдат. Но вот невнимание к своей особе при венценосном дворе великий полководец переживал очень болезненно. Челюсть у него была весьма выпяченной, и потому сдерживать себя в поклонах и реверансах он долго не мог. А то бы с него получился очень дельный придворный интриган. И еще деталь – она хоть и узкая, но сильно удлиненная и напоминает колун. То есть, опять-таки, найдя слабину у противника, раскалывать его подобно лому. При своей узкой челюсти, Суворов психологически должен был бояться боковых фланговых ударов и потому предпочитал наносить их самолично на упреждение. Но чаще всего после стремительного марша шел просто в лоб под завесой сверхплотного артиллерийского и ружейного огня в «штыковую». Суворова боялись.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: