Дж. Э. Уайт - Призрак мальчика в пижаме

Он скрестил на груди мясистые руки и гордо улыбнулся.

– Просто у меня ровно сто восемьдесят футболок разных команд! И я каждый день учебного года надеваю новую, в алфавитном порядке, по первой букве того штата, откуда команда. Так что когда я надену футболку «Timberwolves» из Миннесоты, вы сразу поймёте, что сейчас середина учебного года. А когда увидите футболку «Washington Nationals», можете радоваться: значит, лето не за горами!

Пока мистер Брюс говорил, Корделия всё старалась как бы ненароком заглянуть сквозь щели под трибуну. Мальчика не было. Её немного отпустило.

«Может, он прячется, когда кругом слишком много народу, – подумала она. – А может, он сейчас вообще где-нибудь в другой части школы».

Бенджи Нуньес вошёл в спортзал, пряча лицо под капюшоном. Он торопливо миновал учителя и нашёл себе место на трибуне, как можно дальше от всех остальных.

– Бенджи Нуньес! – сказал мистер Брюс и потянулся за папкой, чтобы отметить его присутствие. – Как мило, что ты соблаговолил к нам присоединиться. И опоздал-то всего на четыре минуты! Неплохой результат.

Он жестом показал, что снимает капюшон.

– Ну, ты же знаешь правила! И наушники тоже.

Бенджи откинул капюшон, выставив напоказ длинные, волнистые чёрные волосы и угрюмое лицо. И выдернул наушники. Корделия успела услышать гудящие басы, прежде чем он вырубил музыку.

«Как он ухитряется опаздывать на каждый урок?» – удивилась Корделия.

И снова переключилась на мистера Брюса: тот начал перечислять правила поведения на физре. К правилу номер четыре («Внимаем могучему свистку!») Корделия начала успокаиваться. «Мальчика нету, – думала она, – бояться нечего!»

Но через несколько минут снова послышался плач. Корделия застыла.

– Ты слышишь? – шепнула она Агнесе.

– Что?

– Плачет кто-то!

Агнеса внимательно прислушалась и покачала головой. А малыш плакал всё громче, всё настойчивей! Корделия обвела взглядом трибуну. Одноклассники со скучающим видом слушали мистера Брюса.

Они вообще не слышали никакого плача.

«Но как же так?! – удивилась Корделия. – Почему я единственная, кто…»

И тут её взгляд упал на Бенджи.

Парень неловко ёрзал на сиденье и испуганно посматривал вниз. Он взял наушники, болтающиеся у него на шее, и уже начал было запихивать их в уши, потом увидел, что мистер Брюс смотрит в его сторону, и принялся вместо этого теребить провод в руках.

«Он хочет вставить наушники, чтобы не слышать плача! – подумала Корделия и невольно расплылась в улыбке. – Он тоже слышит малыша!»

Корделии захотелось… нет, ей было непременно надо! – поговорить с Бенджи. У неё было столько вопросов! Впервые ли он услышал это привидение? Не знает ли он, что это за мальчик? Однако, разумеется, это не то, о чём стоило говорить прямо на уроке физры. Корделии пришлось ждать, пока закончится разминка, а потом ещё бесконечная игра в кикбол, прежде чем она, наконец, смогла сделать свой ход. Но вот прозвенел звонок. Корделия бросилась к Бенджи, который собирал свои вещи со скамейки. Наушники были уже у него в ушах.

– Привет! – сказала она. – Меня Корделия зовут. Можно с тобой поговорить?

Бенджи как будто и не заметил, что она к нему обращается. Он накинул капюшон, юркнул между расходящихся одноклассников и исчез за углом.

Поймать Бенджи Нуньеса и поговорить с ним как следует оказалось решительно невозможно. Он всегда входил в класс последним, обычно уже после того, как учитель начнёт урок, а уходил первым, срываясь с места, как только прозвенит звонок.

Где он обедал, Корделия понятия не имела. На больших переменах она его вообще не видела. Этот парень был мастер избегать людей.

Корделия даже попыталась проследить за ним по пути с урока на урок, просто чтобы узнать, почему он опаздывает. Оказалось, что Бенджи выбирает самый головоломный и извилистый маршрут из всех возможных, так что вместо двух минут у него на дорогу уходит десять.

Ненормальный какой-то.

Бенджи Нуньес оставался для Корделии загадкой, зато она очень много узнала про Агнесу. Её семья проводит лето, путешествуя по национальным паркам, она никогда не смотрела кино для взрослых, она хочет стать учёным-экологом, когда вырастет. Девочки успели неплохо сдружиться. Не то, чтобы между ними было много общего, но им обеим был нужен друг. Иногда этого достаточно.

– Слушай, ну что такое с этим Бенджи, а? – наконец однажды спросила Корделия у Агнесы.

– Тебе виднее, – многозначительно улыбнулась Агнеса. – Это же ты с него целыми днями глаз не сводишь!

– Ну я же не… – начала Корделия. – Это же не то, что он мне нравится! Он мне даже не друг! Мне просто… просто интересно.

– Я тебе расскажу всё, что знаю, – сказала Агнеса, – но только если мы пойдём быстрее. Я не хочу опаздывать.

– Сейчас же математика! – поморщилась Корделия. – В коридоре хорошо. А на математике плохо.

– Ну миссис Мэйчен же приятная.

– Да, это тебе она приятная, потому что она тебе позволяет весь урок сидеть за нетбуком! Тебе даже слушать не обязательно.

– Ну я же не виновата, что школьная математика для меня слишком лёгкая! – воскликнула Агнеса. – А работать на этих сайтах вовсе не так здорово, как кажется. Это довольно скучно, и к тому же другие ребята на меня за это злятся. Вон, вчера Мэйсон кинул мне в волосы фантик от жвачки, и даже Кейт Мьюлони смеялась! А я-то думала, мы с ней друзья.

– Кейт Мьюлони ходит как пингвин, – заметила Корделия. – А миссис Мэйчен ты не сказала?

– Да ну ещё! – ответила Агнеса. – И так все думают, что я к учителям подлизываюсь. Только этого мне не хватало.

Агнеса явно была самая умная во всём классе, но Корделия не думала, что она подлизывается к учителям. Похоже, учителя её даже не очень-то любили. Она была не из тех, кому всё даётся играючи, как Аарон Уэбер, который не говорил, пока его не спросят, и на всех тестах получал сто баллов. А Агнеса задавала вопросы, которых учителя не понимали, да ещё и поправляла учителей, когда они ошибались. Так что Корделия подозревала, что если Агнесе дают дополнительные развивающие задания, то только затем, чтобы она не мешала.

– Да не переживай ты так из-за того, что кто-то там думает! – утешила Корделия, приобняв Агнесу. – Они тебе просто завидуют, потому что ты гениальная.

– Ну да, наверно… – протянула Агнеса.

– Ну всё, давай, рассказывай про Бенджи!

– Про которого Бенджи? Этого или прошлогоднего?

– Чего-чего?

– Год назад он был совершенно другим, – сказала Агнес. – Непрерывно смеялся и болтал. Всеобщий любимец, но при этом не противный, как бывает с популярными детьми. И отлично играл в футбол. Помог сборной нашего города выиграть какой-то крупный кубок.