Павел Шуф - Тайна Лысой горы
- Название:Тайна Лысой горы
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Ёш гвардия
- Год:1983
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Павел Шуф - Тайна Лысой горы краткое содержание
Книга "Тайна Лысой горы" является первой частью трилогии "Записки Балтабаева-младшего", и рассказывает об обыкновенных и необыкновенных приключениях школьников 6 класса, которые не произошли бы, ЕСЛИ БЫ… ЕСЛИ БЫ королева Марго не швырнула нам тяжелую перчатку… ЕСЛИ БЫ начинающий гроссмейстер Марик Егоров не угодил в собственную же матовую сеть… ЕСЛИ БЫ не пришлось гнать в город самосвал с макулатурой, чтобы малость подновить знаменитый афоризм… ЕСЛИ БЫ наш капитан Стелла Хван не замыслила скормить акулам группу упитанных и аппетитных учеников… ЕСЛИ БЫ не операция «13–30»… ЕСЛИ БЫ злющая корова Киса вела себя прилично и не спровоцировала принудительный марафон… ЕСЛИ БЫ не спасительная идея открыть в поселке АДУ… ЕСЛИ БЫ, наконец, нашу некогда пышную гору не прозвали обидно Лысой… Короче говоря, ЕСЛИ БЫ не вереница бесконечных приключений — эти записки не смогли бы появиться на свет.
Тайна Лысой горы - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Ребята, а ведь дяденьки дело говорят. Давайте возьмем, а? Ведь никто не узнает… И все сразу станем чемпионами — вон какие рыбины!
Мы онемели, услышав такое. И тогда Кулак, не дожидаясь нашего ответа, замахал руками и закричал:
— Пять мало. Десять давайте — по две на рыло…
Бородатый усмехнулся:
— По две на рыло говоришь? На аппетит ты, братишка, не жалуешься. Ну ладно, ссориться не будем — тащи сюда свое рыло и забирай добычу. Ваша взяла…
Кулак с опаской двинулся к рыбной куче, а мы замерли с зажатыми в руках комьями глины, оглушенные таким предательством. Когда Кулак был уже совсем близко, бородач кивнул на рыбную кучу:
— Бери по две на рыло — нам не жалко…
Кулак проворно нагнулся, и тут произошло вот что — бородач прыгнул к Ваське и цепко схватил его за ухо. А правой… Мы не смогли удержаться от восторженного рева — правой он обрушил на тыквоголового Кулака увесистый щелбан! Такой и сам Кулак отпустить пока не умел. Потом еще один… и еще…
— Вот… Вот тебе по три на рыло! — приговаривал бородач. — А вот и по четыре!
Кулак пытался вырваться, истошно визжал, как старые баянные меха — со свистом и скрежетом, но его держали крепко — как сазана на крючке.
— Вот тебе за глину! — приговаривал бородач. — А вот и на уху! Кушай на здоровье!..
Тут мы увидели, что Пескарь ведет отца. Точнее — это отец вез Пескаря на багажнике велосипеда.
И мы снова дружно обрушили на противника град сухих комьев глины — браконьеры едва успевали отбиваться.
Сервер смахнул со лба пот:
— Кажется, продержались до подхода основных сил…
И куда только подевалась воинственность браконьеров? Изнуренные долгой перепалкой с нами, завидев инспектора, они позабыли разом обо всем на свете и бросились к машине. Когда дядя Андрей подрулил к нам, уже и след их простыл.
— Номер машины записали? — заволновался дядя Андрей.
Мы переглянулись. Вот так горе-вояки! О главном-то забыли! Ведь запиши мы номер машины, и браконьеры уже не ушли бы от наказания. Растяпы, ох и растяпы!.. Настроение у нас свернулось, как перестоявшее молоко. Каждый из нас был зол на себя. Надо же — считали себя победителями, а нас вокруг пальца обвели. Правда, у насыпи лежали и мешки, и сачок, и лопата с кетменем — в панической спешке противник оставил нам трофеи. Но разве кетмень — это отпечатки пальцев? Попробуй по кетменю найти хозяина…
Кулак лежал в стороне, обхватив голову руками, и всхлипывал. Когда мы подошли к нему, он поднял голову и попытался улыбнуться. Но мы его улыбку резко отбили — как хрупкий теннисный шарик после робкой подачи.
— Уехали, да? — плаксиво спросил Кулак, осторожно ощупывая багровое ухо. — Браконьеры несчастные…
— Васька-то чего лежит? — удивился дядя Андрей.
— Свои его бросили и уехали, — сказал я. — Оставили на милость победителя.
Мы схватили «трофейные» лопату и кетмень и, сменяя друг друга, быстро залатали брешь в насыпи и заперли воду. Потом долго стояли и смотрели, как упруго упирается вода в запруду, наваливается, и отбегает назад.
— Ребята, — шепнул я. — А ведь мы озеро спасли… И рыбу…, И камыши…
И мы захохотали, вспоминая, как испугались браконьеры нашей меткой глины.
— Вставай, трофей! — сказал я Ваське. — В поселок пойдем.
Кулак поднялся — чумазый, перепачканный, жалкий. В руках он цепко держал по сазану.
— Ты чего это? — удивился Сервер. — Проголодался?
— А зачем добру пропадать, — огрызнулся Кулак. И тогда я вспылил не на шутку, подскочил к дяде Андрею и взмолился:
— Дядя Андрей, дайте, пожалуйста, ружьишко, надо этого браконьера доставить по месту жительства.
— Без баловства? — строго спросил дядя Андрей.
— Без… Честное пионерское — без…
— Тогда держи, — сказал он, извлекая из ружья патрон.
Я схватил ружье и приказал Кулаку:
— Пройдемте, гражданин!
Так вот и шли в поселок после турнира: впереди Васька, вздымая руки, испачканные рыбьей чешуей, а потом и все мы.
— Куда тебя доставить? — спросил я Кулака, когда мы подошли к окраине. — В школу к директору или к бате под ремень?
Васька захныкал:
— Никуда не надо, ребята. Я больше не буду… А проклятую рыбу эту чтоб я сто лет не видал.
— Рыба не виновата, — оборвал его Сервер. — Сам жадный.
— Отпустите, ребята! — снова заканючил Кулак. — А я за это одну важную вещь скажу,
— Это какую же?
— Да номер машины.
— Запомнил, что ли? — ахнул я.
— А я и не запоминал. Просто заметил, что 13–30. Ровно — сколько мне лет и сколько человек у нас в классе…
С той поры Кулак почти позабыл про свои распроклятые щелбаны. Да и Кулаком-то мы его теперь зовем лишь по привычке — разве забудешь, как он озерко наше предал? Только вот что я заметил: позора своего он нам же простить не может. Оттого и злой ходит. А кто ему виноват? Сам Кулачишко и виноват… Кулачо-нок… Кулачусенький…
Ну, а насчет браконьеров — мы здорово в тот раз просчитались, когда думали, что поймать их — дело двух дней. Прошло немало времени, прежде чем мы снова напали на их след. Да и нашли то их, честно говоря, не совсем мы. Но это уже другая история.
Как выбирали отцов отряда
— Володька, в кино пойдешь? — Это Айгуль, сестра моя, студентка.
— Не-а! — отвечаю. Я, кажется, догадываюсь, почему она прямо-таки взашей прогоняет меня в кино. — И чего ты сегодня такая добренькая? Подозрительно…
— Ну пойди, Володь! Я тебе денег дам — и на билет, и на мороженое. А хочешь, и Сервера возьми, — уговаривает сестра.
— Не могу — послезавтра выборы отцов отряда.
— Кого-кого? — удивленно переспрашивает сестра.
— Отцов… Могу объяснить и популярно — совет отряда будем выбирать. Видишь — объявление о сборе писать собираюсь. Да и стенгазету надо сделать.
И я стал раскладывать на полу листы ватмана — я всегда рисую, устроившись на полу. Зазвонил телефон. Айгуль сняла трубку и защебетала, прикрывая рот ладошкой. Но я все равно слышал ее пугливый щебет.
— В семь приходи… Будут… И папа будет,
— Алишер, что ли? — спросил я, не поднимая головы. — Жених беспокоит?
— Не твое дело! — огрызнулась Айгуль. — И не подслушивай чужие разговоры.
— Во-первых, я не подслушиваю. А во-вторых, ты мне не чужая, а законная сестра… И в-третьих, дорогая, догадываюсь, почему ты меня в кино решила любой ценой спровадить на весь вечер. Свататься, что ли, прибудет твой Алишер? Собственной персоной…
Айгуль зарделась и убежала на кухню. Всегда вот так: как семейное торжество — норовят меня подальше упрятать. И чего Айгуль меня испугалась — не стану ведь на стул под ее жениха кнопки подкладывать. Он и без того сегодня как на иголках будет вертеться. Сдалось мне ваше сватовство — у себя весь вечер проведу, работы по горло. Я зло водил по листу плакатным пером, одновременно придумывая, чем заполнить стенгазету и как украсить ее. А другая половина головы в это время лениво пыталась вообразить, как пройдут выборы.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: