Виктор Кирюшкин - Говорящий ключ

— Сохатенок! — крикнул Афанасий, снова стреляя.

— Стой! — Большаков положил руку на карабин Афанасия. — В сохатого промазал, теперь Хакаты хочешь подстрелить! Видишь, собака. Какой у тебя прицел? А, постоянный! Тогда можешь бить, все равно не попадешь.

Собака, достигнув середины реки, повертелась, тщетно выискивая зверя, и поплыла обратно к берегу. Афанасий смущенно смотрел на прицельную рамку карабина. Теперь-то он понял, почему все выпущенные им пули легли с большим недолетом. Второпях он забыл установить прицел. Последнее время ему приводилось стрелять только из дробового ружья, на котором нет прицельной рамки.

Скоро обе группы разведчиков встретились. Сначала из прибрежных кустов стремглав выбежал мокрый, извалявшийся в песке Хакаты. Он с радостным лаем бросился к Большакову, но тот предусмотрительно выставил вперед приклад ружья. Тогда преданный пес умудрился лизнуть в самые губы Афанасия, а затем обеими лапами встал на грудь Воробьева, норовя облизать его. Николай Владимирович оттолкнул Хакаты, но тут же отступил под натиском Юферова, Вавилова и Нины.

— Я говорил!.. — крепко сжимая обе руки геолога, кричал мастер. — Жив, здоров, ничего с ним не случилось.

— А чего со мной могло случиться? Ведь я не один.

— А фуражка ваша где? — спросила Нина.

— Потеряна.

— Ее выловили из реки ребята.

— Значит, уплыла по ключу в реку. — Воробьев коротко рассказал обо всем случившемся на безымянном ключе. Юферов пообещал заставить Виктора вспомнить дословно все слова Кандыбы, как только вернется в лагерь.

— Зачем ждать? — усмехнулся Большаков. — Можно сейчас спросить.

— Ребята в лагере остались.

— В лагере... — Большаков, подняв ружье, прицелился в ближайшие кусты, грозно нахмурил седые брови над веселыми глазами и крикнул суровым голосом: — Руки вверх!.. Выходи, кто там прячется, а то стрелять буду!

— Дедушка Кирилл, это мы! — испуганно прозвучал Санин голос.

Смущенные тем, что их открыли, Саня и Виктор вылезли из кустарника. Оба чувствовали себя виновными в нарушении приказа Юферова оставаться в лагере. К удивлению Сани, мастер даже не упомянул об этом, зато Виктор стал центром общего внимания. Поставив его перед собой, Юферов заставил мальчика рассказать о ночи, проведенной у костра вместе с неизвестным охотником.

— Потом, потом он сказал, — бормотал Виктор. — передай начальнику, чтобы искали Говорящий ключ вверх по реке, там... там... — Виктор растерянно оглянулся на Воробьева, силясь вспомнить последние слова охотника. — Там, где пороги начинаются! — выкрикнул Виктор и облегченно вздохнул. — Потом он еще сказал, что там другие люди работают.

— А где пороги? — спросил Юферов.

— В той стороне... внизу, — махнул Виктор рукой.

— А ты говорил «вверх по реке».

— Нет, вниз по реке, я говорил вниз, — заспорил Виктор, вполне уверенный в своей правоте. — У меня память крепкая.

— Оставьте его в покое, — сказал Воробьев. — Память у тебя действительно хорошая, но на этот раз она сыграла с тобой шутку. Теперь мы знаем, где искать Говорящий ключ, если только ты снова не перепутал.

— Около порогов, — твердо заявил Виктор и вдруг ясно, до мельчайших подробностей, вспомнил весь разговор с неизвестным охотником.

Утром другого дня над лагерем раздался гул самолета. Серебристая летающая лодка, поблескивая крыльями, сделала широкий круг и снизилась у самого стана. Взбурлив воду, гидросамолет, замедленно работая пропеллером, подрулил к берегу. Разведчики помогли летчику закрепить машину веревкой за ближайшее дерево. Пилот, ровесник Воробьева, высокий, стройный, в синем меховом комбинезоне и коричневом шлеме, подошел к Воробьеву, представился.

— Ефремов!.. Трудно было вас отыскать в этих дебрях. — Он с любопытством оглядел лагерь. — На прииске о вас беспокоятся, радиосвязь оборвалась, послали меня на поиски.

— А запасной радиостанции вы, случайно, не привезли? — спросил геолог.

— Нет. Но ведь я в прошлый раз доставил вам радиостанцию и радистку. Где она? — проговорил летчик с некоторой тревогой.

— К сожалению, с ней случилось несчастье.

— Несчастье? — побледнел Ефремов.

— Да... авария. Радиостанция совершенно вышла из строя. Я хочу отправить ее с вами. Придет радистка и сдаст ее вам.

— Уф... — облегченно вздохнул Ефремов. — Есть принять на борт радиостанцию и радистку.

— Нет, товарищ Ефремов, — скрывая улыбку, сказал Воробьев. — Радистку мы пока оставляем. Ведь она, кроме того, и коллектор экспедиции.

— Имею задание произвести авиаразведку местности, — чуть обрадованно продолжал пилот. — Кроме того, мне поручено забрать от вас мальчиков.

— Тсс... — Воробьев приложил палец к губам, взглянул на Саню и Виктора, стоящих у самолета — Откровенно, чтобы вы предприняли на месте мальчиков, узнав, что вас хотят отправить из экспедиции домой?

— Сбежал бы в тайгу! — по-озорному блеснул глазами Ефремов. — Я был озорным мальчишкой. Потом, после вылета самолета, вернулся бы и дело с концом.

— Не сомневаюсь, что и Саня с Виктором сделают то же самое. Лучше будет предложить им прокатиться на самолете, а когда сядут — курс к морю. Я черкну записку Филиппу Васильевичу Дашуте, чтобы он не обижал сына, да и за Виктора заступился перед родными.

— Зачем же обманывать, — вмешался Юферов. — Надо объяснить, что им скоро в школу. Ребята они смышленые, поймут.

Воробьев замолчал и некоторое время над чем-то раздумывал. Потом повернулся к Юферову.

— Вы правы, Антип Титыч, обманывать ребят не к чему.

Ефремов предложил начать разгрузку самолета, на котором были продукты. Разведчики быстро организовали это дело. Воробьев подозвал ребят, приказал им разыскать Нину, которая ушла вверх по ключу, к разведочным шурфам. Видя, с каким нетерпением Ефремов оглядывается в поисках Нины, геолог предложил ему пойти вместе с ребятами, которые покажут ему дорогу.

— Она увидела самолет и теперь, наверное, бежит к стану. Самолет мы разгрузим без вас. Беру на свою ответственность, все будет в порядке.

Ефремов не спеша зашагал за ребятами. Вскоре Саня и Виктор вернулись. Через час пришли Ефремов и Нина. Оба были радостными, сияющими, хотя свидание оказалось коротким.

Воробьев и Юферов ожидали летчика у самолета. Здесь же вертелись Саня и Виктор, обсуждая достоинства машины и мечтая хоть раз подняться в воздух. Оба и не подозревали, что их желание скоро осуществится. Не знали они, что находятся в экспедиции последние часы. После случайного открытия залежей медного колчедана друзья ходили именинниками. Они готовы были считать себя взаправдашними геологами-разведчиками. В самом деле, ведь не каждому мальчику удается открывать новые ключи с настоящим колчеданом. Когда Воробьев с Юферовым расположились в открытой лодке самолета, а летчик занял свое место, ребята помогли Большакову, Вавилову и Муравьеву оттолкнуть самолет от берега и долго смотрели ему вслед, завидуя счастливцам, которые глядят сейчас на тайгу с высоты птичьего полета.