Никита Карацупа - Жизнь моя — граница. Рассказы пограничника
- Название:Жизнь моя — граница. Рассказы пограничника
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Хабаровское книжное издательство
- Год:1983
- Город:Хабаровск
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Никита Карацупа - Жизнь моя — граница. Рассказы пограничника краткое содержание
Никита Федорович Карацупа — человек-легенда. Служил он на дальневосточной границе.
Смелость, мужество, умение быстро найти правильное решение в сложной ситуации не раз позволяли ему выходить победителем в неравных схватках с разного рода лазутчиками — шпионами, диверсантами, контрабандистами.
Вместе с верным своим помощником — овчаркой Ингусом пограничник Карацупа задержал и обезвредил около шестисот нарушителей государственной границы.
Сейчас Герой Советского Союза Никита Федорович Карацупа — полковник, находится в запасе. Эту книгу он написал для маленьких читателей, а помог ему журналист Виталий Захаров.
Жизнь моя — граница. Рассказы пограничника - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Убивай, убивай, но дальше не сделаю ни шагу.
Что ж, решил я, уговаривать бесполезно. Только время зря потеряешь. А сейчас каждая минута дорога. Пришлось его связать так, чтобы он не дотянулся рукой до другой руки и не мог встать.
В это время товарищи, искавшие меня, шли по моему следу. Услышав треск ломающихся ветвей, они преградили путь второму диверсанту. Тот повернул назад, но увидел меня и устало опустился на траву.
Мы пошли в обратном направлении, чтобы подобрать связанного и убитого.
Вот и знакомая поляна. Но что это? Связанного нарушителя на ней не оказалось. Может быть, я ошибся? Осмотрелся. Нет, вышел правильно. Поляну я не мог перепутать. Да вот и высокое развесистое дерево. Примята трава. Недалеко я увидел обрывки веревки. Странно, она была надежной, как же лазутчик смог ее разорвать? И только когда я взял в руки один обрывок, сразу все понял. Подкатившись к дереву, сломанному бурей, нарушитель перетер веревку и ушел.
— Найдем, — уверенно сказал я товарищам, потому что не сомневался: обессиленный человек постарается где-нибудь затаиться.
— Оставайся здесь, — предложили бойцы, — приведи себя в порядок, а мы займемся поиском.
Но я не хотел оставаться. Ополоснул лицо в реке, и как будто легче стало. След уходил в лес неровной дорожкой. Значит, лазутчик бежал на последнем дыхании. Его поводило из стороны в сторону. Потом он выдохся. Перешел на шаг. Видимо, каждый шаг ему давался с большим трудом. Он все чаще и чаще отдыхал, прислонившись спиной к деревьям. Садиться боялся, не надеясь на то, что потом сможет подняться.
Мы прошли несколько километров и вдруг потеряли след нарушителя. Куда же он мог подеваться? Как обычно в этих случаях, стали ходить по кругу, все время расширяя его диаметр. Следа не было. Спрятаться здесь он нигде не мог. В чем же дело? Я глянул ни дерево и увидел среди ветвей человека. Он недвижно лежал на ветвях.
— Спускайся! — крикнул я и постучал по стволу.
В ответ — ни звука.
— Да он, наверное, спит, — сказал кто-то из товарищей.
— Или потерял сознание, — добавили другие.
Пришлось лезть на дерево и снимать его. Лазутчик не приходил в себя, когда мы его спускали на веревках и потом, когда уже лежал на земле.
Я открутил крышку фляги, брызнул водой ему в лицо. Нарушитель с трудом открыл веки, сел, пошатываясь, обвел нас мутными глазами. Мы помогли ему подняться. Но ноги не держали его.
Долговязый стоял тут же и, кривя губы, с презрением посматривал на своего напарника.
— Бери его на спину, неси, — приказали ему.
Долговязый передернул плечами, но не сказал ни слова. Мы шли впереди, диверсанты — сзади. На развилке дорог должна была ждать нас подвода. Из-за поворота мы уже увидели ее. Но в это время послышался сзади глухой стук, и мы обернулись. Это лазутчик, который нес своего напарника, перебросил его через голову, да так, что сразу же убил его.
— Что ты наделал? — подступил я к долговязому.
— Это все он, — закричал долговязый и стал бить себя в грудь. — Я не хотел идти… меня заставили… угрожали оружием.
— Разберемся, — сдерживая ярость, сказал я: мне было досадно — ведь лазутчик мог сообщить командованию ценные сведения.
Около подводы сделали привал. Только сейчас я почувствовал, что болит каждая косточка. А голова словно свинцом налита. Ингус сидел рядом и постоянно облизывался, тихонько и жалобно поскуливая. Раскрыв ему пасть, я увидел, что собака ранена: рассечен язык и выбит зуб. Тут я вспомнил: когда нарушители напали на меня и один из них занес надо мной нож, Ингус схватил диверсанта за запястье, тот дернул рукой в сторону и, видимо, в это время лезвие попало в пасть овчарки.
Так Ингус впервые спас меня.
ПОЕДИНОК НА ОСТРОВЕ
Несколько часов подряд я лежал под большим развесистым кустом. Из-за него просматривалась река, освещенная луной. Уже выпала роса, и было зябко. Хотелось встать, размяться, но делать этого нельзя. Каждый пограничник знает: успех приходит тогда, когда он делает все, что ему положено. И не делает того, что не положено. А это значит — не курить, не шуметь, иметь выдержку и терпение, умело вести наблюдение…
Вдруг я увидел, как от противоположного берега отошла лодка. На корме стоял человек и ловко орудовал шестом. Он не сделал ни одного неосторожного движения. Под шестом не всплеснула вода, шест ни разу не стукнул о борт: звук далеко бы разнесся по реке, и это бы выдало лазутчика. Лодку человек вел уверенно и быстро.
Я приготовился к встрече: проверил оружие, успокоил Ингуса, затаился и стал ждать.
Едва лодка коснулась песчаной отмели, пристав под нависшими над водой тальниками, человек выпрыгнул из нее, вытащил из-за пазухи оружие и, озираясь по сторонам, направился в глубь острова.
— Фас! — я спустил с поводка Ингуса. Овчарка крупными прыжками устремилась к отмели. Я поспешил следом, маскируясь так, чтобы нарушитель не мог увидеть меня. А мне нужно было видеть нарушителя. Так всегда поступают пограничники. Когда оставалось несколько метров до цели, я услышал звук выстрела. Овчарка взвизгнула, и я понял, что она ранена. Диверсант затаился за толстым деревом.
Ингус жалобно поскуливал в кустах. Пригнувшись так, чтобы тень не падала на землю, я пробирался сквозь кустарник, стараясь, чтобы не качались ветки. Вот уже и толстое дерево, за которым спрятался диверсант. Для безопасности я тоже встал за ствол векового дуба и крикнул:
— Стой! Ни с места!
Диверсант был опытным и отличным стрелком. Он выстрелил на голос, потому что меня еще не успел увидеть. Пуля просвистела рядом. На землю полетели срезанные листья. Затем еще прозвучали два выстрела.
Я не отвечал, только вел подсчет выстрелам нарушителя. Я уже определил систему оружия врага, знал, сколько у него в обойме патронов. И выжидал того момента, когда он начнет перезаряжать оружие.
Выставив из-за ствола шлем на палке, я почувствовал, что пуля его сразу же продырявила. Резко опустил шлем в траву: мол, смотри, я убит. И стал ждать: не клюнет ли на эту приманку лазутчик. Но тот не торопился подходить к убитому. Осторожничал, выжидал. Что ж, тогда нужно действовать.
Скрываясь за деревом, я вел огонь расчетливо. Конечно, мог бы сразить врага с первого выстрела. Но он мне нужен был живым. И его следует захватить.
Наконец-то я отметил: остался один патрон, надо заставить врага сделать последний выстрел и тогда смело идти на схватку с ним. Но лазутчик не сделал этого последнего выстрела, а, пригнувшись, перебежал к ближайшему дереву, от него — к другому.
— Стой! — теперь уже не таясь, я выскочил из укрытия. На ходу дважды выстрелил в ноги, и лазутчик сначала припал на одну, стал ее волочить, а затем рухнул наземь. Но лежа, он сумел развернуться и послать пулю в меня.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: