Юрий Томин - А, Б, В, Г, Д и другие…
- Название:А, Б, В, Г, Д и другие…
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Детская литература
- Год:1986
- Город:Ленинград
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Юрий Томин - А, Б, В, Г, Д и другие… краткое содержание
Продолжение повести «Карусели над городом»; автор рассказывает о новых приключениях школьника Бориса Куликова и его друзей.
А, Б, В, Г, Д и другие… - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Нужна хорошая тренировка для будущего, закалка. А для этого — спорт.
Еще в мореходке он — один из первых в легкой атлетике. В университете — уже чемпион Ленинграда среди юношей. В добавление к этому — первый разряд по баскетболу и вторые разряды по волейболу и настольному теннису.
Он отдавал спорту почти столько же времени, сколько и учебе.
Наконец окончен физфак.
И пришло то, о чем он мечтал: крайний север Западной Сибири, полевая партия, дальние неизвестные пути. На самолетах, знаменитых «шаврушках» — амфибиях Ш-2 — людей и приборы забрасывали в «белые пятна» — такие места, которые в управлении знали только по аэрофотосъемке. Пришла работа, в которой были крепко связаны в один узел сопки, реки, пот, холод, усталость, ночевки на голой земле и мечты.
Туруханск, Игарка, Курейка, Таз, Средняя Тунгуска, Верхняя Тунгуска, Енисей…
Романтика.
При этом слове воображение городского человека непременно рисует бородача в ковбойке и с гитарой в руках у костра или жилистого геолога в парусиновой робе, лихо дробящего камни своим молотком на длиннющей рукоятке…
А ведь она совсем не такая, настоящая романтика.
Бородач с гитарой и лихой геолог — это из броских журнальных фото, из песен и надуманных кинофильмов.
А тут день за днем тянулась размеренная, однообразная работа, рассчитанная далеко вперед по часам. Один день от другого отличался числом преодоленных препятствий и количеством пройденных километров. Нужно было очень многое успеть в короткие летние месяцы.
Едва сходил снег, воздух начинал звенеть от комаров. Потом поднимался овод. Когда исчезали и те и другие, начинала неистовствовать мошка — знаменитый гнус. На ходу мошка еще не страшна — она облаком вьется позади. Но стоит остановиться, чтобы поставить приборы, осмотреть породу или записать наблюдение, и туча мошки мгновенно окутывает человека, лезет в глаза, ноздри, уши, липнет к потному лицу. Она забирается под одежду, разъедает кожу под поясом, на сгибах колен и на щиколотках, доводит до слез нервных и нетерпеливых. И только во время отдыха, когда разложены дымокуры или поставлены палатки, можно неторопливо оглянуться на пройденный путь.
Болота, покосившиеся столбы сухих лиственниц, зеленоватая дымка душных испарений.
И дни, когда проклинаешь все на земле.
И дни, когда радуешься открытию, которого ждал с таким нетерпением.
Настоящая романтика брала от человека столько же, сколько давала.
И эту романтику работы Юрий Томин узнал сполна и влюбился в нее.
Три года он отдал Крайнему Северу. Стал начальником геофизической партии. Потом поступил в аспирантуру, чтобы совершенствоваться, глубже узнать свою специальность.
И тут что-то помешало ему.
Это «что-то» оказалось литературой.
Рука сама просилась к бумаге, чтобы рассказать о том, что он увидел и пережил.
Давно известно, что путешествия обогащают человека огромностью и разнообразием знаний.
Но что стоят эти знания, если они так и останутся достоянием одного человека! Человек этот будет похож на скрягу, в одиночестве любующегося своими сокровищами.
Надо отдать то, что увидел и узнал.
Кому?
Сомнений на этот счет не было — молодым. Тем, кто только вступает в жизнь. Это важнее всего. Потому что очень часто едва повзрослевшие ребята думают, будто не осталось для них в жизни никаких уже тайн, ничего неизвестного. «Я это знаю, отстань!» Постепенно «я это знаю» становится второй натурой такого человека, и мир для него тускнеет, не остается в нем радости открытия, радости новизны каждого дня. А сам человек этого не замечает и становится очень скучным.
Такие люди больны самомнением. Их надо учить видеть мир заново.
И Томин начинает писать.
Однажды другой писатель, тоже геофизик по специальности, Олег Куваев, прошедший почти по тем же тропам, по которым шел Томин, сказал в письме своему другу:
«Люди просят у жизни всякое, кто денег, кто красоты, кто талантов. Пусть же даст мне Фортуна возможность шляться по планете и умение писать об этом так, чтобы жирным дачникам не спалось по ночам, и счастливее меня не будет человека. Удивительно и прекрасно каждое место на земле… и люди обязательно должны понять это. Может быть, посмотреть, как мчится по кочкам вспугнутый олень, — не менее достойное занятие, чем слушать „Пиковую даму“. А ведь мне повезло в жизни — я уже видел и держал в руках розовую чайку… Я слушал, как плачут на озерах гагары, и наши спины сгибались под тяжестью гусей. Не каждому посчастливилось замирать от ужаса в бушующем море, не каждый чуть не плакал от злости на тридцатом километре кочек. Я благодарен своей работе за это…»
Первая книга писателя всегда о том, что ему ближе всего.
Первая повесть Томина — это «Повесть об Атлантиде».
Она — о людях прямых и отважных.
И автор тоже благодарен тайге и своей работе за то, что они дали ему возможность написать эту книгу.
У геофизика Юрия Томина тоже оказалась в руках розовая чайка — талант писателя.
Через год появляется на свет вторая его книга — сборник рассказов «Алмазные тропы».
Так определился его путь.
Томин стал детским писателем.
Впрочем, я не считаю, что литература резко разделяется на «детскую» и «взрослую».
Хорошо написанную книгу для ребят частенько читают взрослые. А книги, которые раньше считались сугубо «взрослыми», сейчас с наслаждением читают ребята. Например, «Трех мушкетеров» Дюма или «Зверобоя» Фенимора Купера.
Настоящая книга интересна для всех возрастов. Ребята находят в ней одно, взрослые — другое, и каждый радуется своему открытию. Разве рассказ Гайдара «Голубая чашка» — не совершенно взрослый и грустный рассказ о ревности?
Книги Томина читаются всеми.
В ленинградском Доме детской книги я видел отзывы-письма на них от двенадцатилетних и от шестидесятилетних.
Мне кажется, что «детский» писатель — тот же самый «взрослый», только лучше иного «взрослого» понимающий и знающий ребят.
Это писатель, который до конца остается мальчишкой, запоем читает приключения и фантастику и склонен к авантюрам в самом хорошем смысле этого слова. Короче — это человек, не забывший своего детства.
Предельно приближаясь к молодому читателю, он должен идти дорогой детства, но всегда чуточку впереди. Он должен вести ребят за собой, как ведет их учитель.
И всегда помнить, что он и есть воспитатель, наставник, советчик — старший товарищ, которому доверяют.
Во всех своих произведениях Юрий Томин — именно старший товарищ.
Есть в сборнике «Алмазные тропы» рассказ «Я тебе верю».
Это история о том, как подружились летчик и мальчик Федя. Отец Феди погиб на фронте в последние дни войны. Мать — лесной инженер — пропала в тайге. Остался Федя у нелюбимой тетки, которая считала его для себя наказанием сущим. Решил Федя бежать от тетки.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: