Stasy Smatkova - Бессердечные

— Ну, а если эти мерзавцы не виноваты в том, что камни стали машиной для убийства, — осторожно произнесла Корнелия.

— А ты хочешь сказать, что Патриция сама колдовала над ними и переделала их, — заявил Томас. — Камни очень сложны, и поэтому их переделать могли только сами учёные по приказу Патриции. Они хотели уберечь свои шкуры и продали свои знания, даже не подумав, какие будут последствия. В итоге они всё равно погибли, а их творения, если мягко выразится, калечат всем жизнь до сих пор!

— И вообще, Корнелия, зачем ты ворошишь прошлое, тем более такое? — раздражённо спросила Нора.

— Просто это прошлое имеет очень большое значение сейчас. Один из этих учёных остался в живых и рассказал мне всё, как было на самом деле. Его старший брат заведовал всем проектом, а сам он был нелегальным членом этой команды, так как являлся несовершеннолетним и поэтому никто не знал о его вмешательстве. Никто из учёных не участвовал в переделке камней. Патриции не трудно было выудить необходимые знания с помощью камней. Затем она ворвалась к управляющему и силою забрала у него необходимый эликсир. Зато, что он всеми силами пытался остановить её, она убила у него на глазах его дочь и жену, которая ждала второго ребёнка. Все обвинения она переложила на него, из-за чего он, и вся его команда поплатилась жизнью. В итоге Патриция вышла сухой из воды, сделав других виновными. Этот учёный, который один остался живой, и есть тот неизвестный, принёсший Марианн ко мне под дверь, и он прибыл сюда, чтобы помочь.

Наступила гробовая тишина, дети сидели с каменными лицами и совсем не были рады таким новостям.

— Почему ты уверена, что он говорит правду, ведь вряд ли он был вместе со своим братом, когда Патриция вымогала у него эликсир? — грубым тоном заявил Томас.

— Он был близким другом Гавриила и Патриции, можно сказать, что Гавриилу он был как брат. Когда началась вся эта неразбериха на него тоже легли обвинения, но доказательств так никаких и не нашли против него.

— Интересно, а как он попал в Авалон, неужели его пропустили по старой дружбе? — с презрением фыркнула Марианн.

— Нет, Ричард пробрался сюда тайком, как и мистер Смит, когда-то.

— Надеюсь, Наблюдатель быстро его оприходует, и я впервые скажу ему спасибо. Зачем он сюда явился, чтобы посмотреть, как действуют испорченные камни или он хочет попытаться что-то исправить!? — в негодовании воскликнула Нора. — Передай ему, что нам не нужна его помощь. Ему следовало вмешаться, когда камни ещё не были, воплоти, а сейчас уже слишком поздно что-то исправлять! А, если он попадётся нам на глаза, то мы за себя не ручаемся!

— Камни не станут вредить своему создателю, как бы вы не пытались его наказать, — сообщила Корнелия, которая уже была не рада, что всё рассказала детям. — К тому же, он пришёл сюда не для того, чтобы что-то исправлять. Он пришёл, чтобы сообщить, где находится сердце Воланда.

— И, что он уже сказал, где оно находится? — после возникшей паузы, спросил Джонатан.

— Ричард предполагал, что вы не захотите с ним встретиться и всё рассказал мне, чтобы я передала вам. Сердце находится в Вильяреале и спрятано где-то в склепе жены Гавриила. Париция хитрая и жестокая женщина и знала, где его можно лучше всего запрятать. К тому же ларец, в котором лежит сердце можно открыть только с помощью самого владельца, а вернее его крови, взятой из груди, где раньше было настоящее сердце.

— Вот гадюка! Она продумала всё заранее! Ведь, если Воланд узнает, где спрятано его сердце, то он приложит все усилия, чтобы его достать. А Вильяреаль он может вернуться только с войной, это и нужно как раз Патриции! — в ужасе воскликнула Марианн.

— Да, и вы тоже не сможете попасть в Вильяреаль, но достать ларец с сердцем может Ричард, и он готов помочь, так как у него свои счёты с Патрицией, — сообщила Корнелия. — Поэтому я советую вам с ним встретиться и всё обговорить.

— Нам не о чем с ним разговаривать! Ведь, если он знает, где сердце, то почему он не принёс его сюда или Патриция поставила на него сигнализацию! — с возмущением заметил Дэвид.

— Он бы забрал его, но ларец заперт в самом гробу, а ключи оставили Воланду, как мужу.

Ангелов хоронили в семейных склепах и по традициям, их не придавали земле, они покоились в стеклянных гробах, которые, потом запирали. Это считалось символом рабства смерти и ангелы верили, что придёт тот день, когда эти гробы будут открыты, и близкие их снова будут жить.

— Если Воланд узнает, что у него есть ключи к свободе, то он сразу направится в Вильяреаль и тогда Патриция сможет продвинуть свой план. Она не боится, что Воланд узнает как достать сердце, но она боится вас, что вы сможете помешать, ей осуществить её замысел. И вы действительно сможете ей помешать, если раздобудете у Воланда ключи, прежде чем он обо всём узнает.

— Да, это будет трудно сделать, но если у нас всё получится, то мы разрушим планы Патриции и тем самым накажем её за все злодеяния, — заявила Нора.

— Потому от вас требуется достать ключи, а от Ричарда принести сердце, — подытожила Корнелия. — Через два дня он будет у меня, и вы сможете с ним встретиться.

Дети не очень-то хотели встречаться с этим учёным, но ради дела нужно было затоптать своё недовольство. Однако через пару дней Ричард не пришёл, как обещал, а потом дети узнали, что это Наблюдатель прибрал его к себе.

Воланд шёл по тёмному, узкому, тюремному коридору, направляясь к камере, где сидел новый заключённый, которого отловил Наблюдатель. Сам же Наблюдатель шествовал за ним, освещая путь факелом, который был нужен только ему, так как Воланд отлично видел и в темноте. Император редко бывал в Склепе, но так как его ищейка утверждала, что узник шпион из Вильяреаля, то он решил его лично допросить. Они прошли в самый конец коридора, вдоль которого располагались помещения охранников и зашли в последнюю комнату-камеру, где допрашивали узников. В полутёмной комнате, кроме большой клетки с заключённым больше ничего не было. Ричард сидел посреди клетки на железном стуле, весь скованный цепями. Его уже успели хорошо потрепать, так как его вид оставлял желать лучшего. Опустив голову, он не сразу заметил вошедших к нему посетителей. Воланд с интересом окинул ледяным взглядом мужчину, который, подняв голову, удивлённо на него уставился. Наблюдатель же с безразличным видом стоял в стороне, так как не переносил ангелов, ему хватало, что рядом постоянно околачивалась Патриция. Воланд тоже не относился доброжелательно к ангелам и после всего случившегося, он разучился кому-либо доверять из них и считал их продажными лицимерами.

— Гавриил, неужели это ты! Как ты изменился! — произнёс Ричард после долгого молчания, смотря на бывшего друга. — Что она с тобой сделала, ты стал совсем неузнаваемым?!