Виктор Степанычев - По прозвищу Викинг

— Хорошие отметины для детских игр, — сказала Надежда. — Огнестрельных ранений я на своем веку повидала достаточно и представляю, как они выглядят.

Она задумчиво посмотрела на Викинга:

— Кто ты такой, Вадим Веклищев? Милицейский следователь или наш доморощенный Рембо? В следственной работе ни черта не смыслишь, зато чужие головы крушить умеешь классно. И иностранные языки знаешь слишком хорошо для стандартного майора внутренних дел. Я, грешным делом, сначала думала, что тебя ко мне приставили для контроля, а может, и для чего-нибудь более интересного, например на роль свидетеля при несчастном случае. А ты все мечты у девушки разрушил, оказался не тем, кого она себе представляла в мечтах. Наоборот, начал ее спасать из лап разъяренных негодяев. Сначала мне показалось, что расследование гибели Осколовых просто предлог для твоего присутствия здесь, а ты искренне занимаешься этим делом. Еще одна загадка. Не могу я тебя понять.

Вадим с усмешкой взглянул на Надежду:

— Я вот тоже не догадывался, что такая хрупкая женщина объявила в одиночку войну целому синдикату из чиновников и воров в законе. А еще в мыслях не держал, что заботливые руководители решили ее подставить своим противникам, а вернее — их криминальной «крыше». Пока разобрался в деле, семь потов сошло.

— Как же ты успел так быстро вникнуть в эту кухню? — перебила его Надежда. — Я никак в себя прийти не могу от случившегося, хотя и была готова к такому повороту событий, а тут раз, два, во всем разобрался, всех развел. Прямо детективный фильм. Шерлок Холмс и Эркюль Пуаро... И ты хочешь утверждать, что не знал раньше обо мне и о том, какие проблемы и подводные камни существуют в моей работе? Не верю. Не могу поверить.

Вадим тяжело вздохнул.

— Каждый из нас имеет право на свое мнение о том, что произошло и происходит. Я не хочу ничего доказывать или объяснять. Думаю, что сейчас не время и не место для этого. Давай пока оставим свои догадки при себе. Могу сказать единственное, что сюда я приехал с одной целью — заниматься делом Осколовых. И, кстати, до встречи в аэропорту даже не представлял, кто будет моим попутчиком, а вернее, начальником. Даже не мечтал о таком приятном командире.

— Ладно, комплименты и разгадки пока отложим в сторону и будем считать, что некоторая ясность в наше сосуществование внесена, — миролюбиво сказала Надежда. — У нас других дел полно.

Они оба затихли. В голову Викинга опять полезли не очень веселые мысли. Надежда внимательно взглянула на него.

— Что, наше положение действительно очень серьезное? — с тревогой спросила она.

Вадим помолчал и решил, что не стоит скрывать от Надежды всю правду. Если реально смотреть на вещи, то полностью доверять он мог только ей. Дювалье, хотя уже проверялся в деле, оставался для него темной лошадкой, Христа была просто взбалмошной девчонкой, а о старушке вообще не стоило говорить. Он вздохнул и кивнул.

— Да, вполне серьезное, если не сказать большее. Ситуация очень тяжелая. А самое страшное, она может выйти из-под нашего, а вернее — моего, контроля. Завтра мы вполне можем оказаться в положении загнанной дичи и бегать от охотников по лесу, выгадывая хоть минутку жизни, — хмуро сказал Вадим. — Сначала я думал, что нам будут противостоять только потешные воины Россета, но игра приняла более крутой характер. К нашим поискам подключаются люди обученные, хорошо вооруженные, и думаю, что не ошибусь, еще более жестокие. Кто они, понять трудно, хотя некоторые догадки у меня имеются.

Вадим взглянул на застывшее лицо Надежды.

— Что будет завтра, не знаю. Пасовать перед ними, сдаться на милость, а тем более — погибать не собираюсь. Значит, будем воевать и пробовать выбираться отсюда.

Вадим замолчал и испытующе посмотрел на Надежду. Она молчала, и на ее лице трудно было что-то прочитать. Врожденный характер или не совсем женская профессия сделали ее такой сдержанной и холодной, судить было трудно. Нравилось Вадиму или нет такое поведение, он и сам не мог бы сказать. По крайней мере, его это вовсе не раздражало. Налаживать более тесные и доверительные отношения с ней он не собирался, тем более что какое-то сближение уже произошло. Он явно почувствовал в сегодняшнем разговоре доверие к нему, и этого было достаточно.

Надежда пожала плечами и усмехнулась:

— Выбирать мне не приходится. Я уже сказала, что другого желания, как остаться живой и выбраться отсюда, у меня нет. Для этого я буду делать все, что необходимо, что ты скажешь, — твердо ответила она. — Нужно стрелять, буду стрелять. Нужно бежать, буду бежать. Иного выхода я не вижу. Кстати, для информации — сеньора Лоуренсия не собирается покидать остров. Здесь ее родина, могилы родителей, мужа и сыновей. Христа беседовала с ней и рассказала мне. Россет сначала замучил ее мужа, вождя племени местных индейцев, а потом убил и сыновей, пытавшихся мстить за отца.

— А за что она сама попала в тюрьму Россета?

— Сеньоре Лоуренсии были какие-то видения, и она стала всем говорить, что скоро на остров с неба спустится воин в черных доспехах с сияющим венцом на голове и покарает злых белых, захвативших остров. Те, кто приносил страдания людям, погибнут в одночасье, в том числе и хозяин Генри Россет. За роспуск этих зловредных слухов ее схватили и посадили в тюрьму. Сеньоре Лоуренсии собирались предъявить обвинение в святотатстве — обычное сумасшествие Россета дополнялось еще и фанатичной набожностью. Аламейда пугал бедную женщину, что ее скоро сожгут на костре, как ведьму во времена инквизиции. Но тут появились мы и освободили. Вот такая ее история.

— Да уж... Картина наших безумных приключений дополняется в полном соответствии с жанром. На сцене появилась ясновидящая. Она случайно не предсказала, когда и чем закончится наша одиссея? — с горькой иронией спросил Вадим. — Может, и дергаться не стоит. Подождем пресловутого чумазого воина с чем-то сияющим с небес, он нас и спасет. Все получится просто и совершенно безболезненно. Старушка над костром в бубен побьет покамлает, воин всех в округе порубает — и заботы с плеч долой. Красота! Кстати, вам с Христой она суженого-ряженого не наворожила? Валенок за ворота не бросали? Ах, запамятовал, в тропиках валенки не водятся. Значит, кофейную гущу надо активнее использовать. Это мой совет. Материал местный, дешевый, как раз для здешних гаданий.

Надежда ничего не ответила и только посмотрела на него с непонятным укором. Вадим тоже замолчал. Ему стало немного стыдно за ерничанье. Надежда достала из кармана своего, когда-то белого, а сейчас — грязно-бежевого, почти под цвет местной почвы, костюма пластиковый прямоугольник и протянула ему. В сгущающихся сумерках Вадим с трудом рассмотрел удостоверение, выданное ему в конторе полковника Руэнтоса.