Андрей Воронин - Я вернусь...

– Нет, – сказал он, – не говорил. Ты опять за свое? Что ты заладил! Сидяков – фирма, фирма – Сидяков... Только это и слышу.

– Это серьезно, Леха, – сказал Зимин, из последних сил сохраняя дружеский рассудительный тон. – Останешься с голой задницей на морозе.

– Ну и что? – хмыкнул Адреналин. – Я, в отличие от тебя, к пиастрам равнодушен.

– Что ты говоришь?! – взбеленился наконец Зимин. – К пиастрам он, видите ли, равнодушен! На фирму ему наплевать!

– Совершенно верно, – боком сидя на сиденье "карреры" и с любопытством глядя снизу вверх на Зимина, подтвердил Адреналин. – Я тебе это сто раз говорил. Не понимаю, что тебя удивляет.

– Тупость твоя удивляет! – заорал Зимин. – Тупое твое вранье – вот что меня удивляет!

– Вранье? – Адреналин казался искренне удивленным. – Какое еще вранье? Ты что, белены объелся?

– Конечно, вранье, – с трудом взяв себя в руки, уже гораздо спокойнее повторил Зимин. – Скажешь, нет? Деньги, по-твоему, говно, да? А кто ты такой без них? Чего ты без них стоишь? Это тебе только кажется, что деньги для тебя ничего не значат. Кажется, пока они есть. А как только они кончатся, две трети членов твоего же Клуба с тобой здороваться перестанут.

– Ну и пусть катятся! Скатертью дорога, – сказал Адреналин.

– Э, нет, приятель, – возразил Зимин. – Это не они, это ты покатишься, потому что они – это Клуб, а ты – всего лишь человек. Букашка без банковского счета, и настоящим людям с тобой общаться, что называется, не в уровень. На фирму тебе плевать, делами ее тебе заниматься недосуг, и вообще, все как-нибудь само рассосется... Опять вранье! Ты просто запутался и теперь ждешь, когда я все за тебя распутаю и приведу в порядок. Вот и получается, что ты, Леша, просто трус, дурак и паразит. Я-то знаю, что это совсем не так, но объективно все выглядит именно так. Кролика облезлого на башку напялил, а сам при этом ездит на "порше".

Адреналин засмеялся. Он всегда смеялся, когда получал хорошую оплеуху, и чем сильнее его били, тем громче он хохотал.

– "Порше", говоришь? – продолжая глупо хихикать, повторил он. – Покачусь, значит? Здороваться, говоришь, перестанут? А вот мы посмотрим!

С этими словами он дернул рычаг под сиденьем и выбрался из машины. Заправочный лючок на левом переднем крыле "карреры" беззвучно отскочил. Адреналин стянул с шеи бесполезный шарф, отвинтил пробку топливного бака и принялся старательно проталкивать конец шарфа в горловину, не переставая при этом посмеиваться, как будто ему только что рассказали отменный анекдот.

Зимин наконец сообразил, что затеял этот сумасшедший, и рванулся вперед, чтобы помешать, но Адреналин лишь коротко, не оборачиваясь, взмахнул рукой, и Зимин отлетел в сторону, поскользнулся и грохнулся на бок.

Шарф пропитался бензином на удивление быстро – видимо, бак был заправлен под завязку. Через несколько секунд с потертой, спутанной шерстяной бахромы на снег уже обильно капала пахучая жидкость. Адреналин со щелчком откинул крышечку своей видавшей виды "зиппо", высек искру и не спеша прикурил сигарету, которая уже успела каким-то образом очутиться у него в зубах.

– Посмотрим, – с кривой улыбкой повторил он и поднес пляшущий огонек к концу шарфа.

Бензин вспыхнул. Адреналин быстро отступил в сторону и стал рядом с Зиминым, который, сидя в разъезженном грязном снегу автомобильной стоянки, с безнадежным видом наблюдал за происходящим. И это, по-вашему, нормальный человек?! Псих! Маньяк чертов, недоумок...

Бледный на дневном свету огонь проворно вскарабкался по короткому фитилю к открытой горловине бака и нырнул в нее, как испуганная мышь в нору. Горловина немедленно отрыгнула длинный фонтан густого оранжевого пламени, бак фыркнул, крякнул и с глухим кашляющим звуком взорвался. Вся передняя часть "карреры" моментально скрылась в бешено крутящемся черно-оранжевом облаке, пахнуло испепеляющим жаром, и в то же мгновение прозвучал еще один взрыв – громкий, мощный, мигом разодравший машину на куски и швырнувший сидевшего в снегу Зимина навзничь.

По всей стоянке на разные голоса заулюлюкали сигнализации, в нескольких автомобилях разом вылетели выбитые взрывной волной и обломками "карреры" стекла. Столб дымного пламени, завиваясь винтом, взметнулся на добрых полтора десятка метров и медленно распустился красивым грибом, наподобие того, что вырастает на месте ядерного взрыва.

Зимин медленно сел. В ушах у него звенело, от поглотившего "карреру" погребального костра тянуло невыносимым жаром, снег вокруг нее уже растаял, превратившись в грязь и обнажив мокрый черный асфальт, на котором плясали оранжевые блики. С неба все еще сыпались чадно горящие обломки, удушливо воняло паленым – резиной, пластиком, краской, бензином и черт знает чем еще. Рядом, почти комично задрав к небу ноги в стоптанных ботинках, лежал накрытый тлеющим пластиковым бампером Адреналин. Зимин потянулся, сбросил с него бампер. Адреналин опустил задранные ноги, сел, упираясь ладонями в снег, и тряхнул непокрытой головой. В его глазах вместе с огненными бликами плясало и прыгало дьявольское веселье.

– Вот это жахнуло! – восторженно заорал он. – Знал бы, что так жахнет, давно бы это сделал! Слушай, я же не слышу ни хрена!

– Ты что, не понял?! – тоже надрывая голос, прокричал ему Зимин. – Это же взрывчатка, бензин так не взрывается! Тебя же убить пытались! Допрыгался, урод! Пошли отсюда скорее!

– Да погоди ты, куда спешить? – крикнул наполовину оглохший Адреналин. – Ты посмотри, какая красотища!

Зимин лихорадочно завозился в быстро тающем снегу, встал и, схватив Адреналина за отворот кожаной куртки, силой поставил его на ноги.

– Побежали, дурак! – прокричал он этому кретину прямо в его сумасшедшие глаза. – Скорее, пока нам с тобой терроризм не припаяли!

Это был довод, способный пробить даже восьмидюймовую броню Адреналинова кретинизма. Они бросились к припаркованной на улице "вольво" Зимина, повалились в нее и вовремя дали тягу.

Зимин остановил машину возле станции метро. У него не было сил терпеть дальше этого ублюдка. Он был так взбешен и напуган, что боялся наговорить лишнего.

– Оставь лохотронщиков в покое, Леха, – сказал он, не оборачиваясь. – В следующий раз они не ошибутся.

Сидевший позади Адреналин открыл дверцу, и в затылок Зимину дохнуло холодом.

– А они и в этот раз не ошиблись, – сказал Адреналин. – Просто судьба до сих пор на нашей стороне. Если бы не ты со своим дурацким Сидяковым, я бы преспокойно сел за руль, повернул ключ и меня бы благополучно разнесло в клочья. Ха! Судя по силе взрыва, достал я их крепко. Это ли не признание моих заслуг перед обществом?

Зимину не хотелось спорить, но он все же не удержался.