Эрик Ластбадер - Крутой сюжет 1995, № 1
- Название:Крутой сюжет 1995, № 1
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Красико
- Год:1995
- Город:Минск
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Эрик Ластбадер - Крутой сюжет 1995, № 1 краткое содержание
Крутой сюжет 1995, № 1 - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Так кто же ты? — Ее лицо находилось очень близко, глаза ее блестели. — У тебя азиатский тип лица, глаза и широкий подбородок выдают тебя.
— Мой отец родился в Англии, — сказал Николас. — Он был евреем и ему пришлось изменить фамилию, чтобы заниматься бизнесом, а затем пойти служить в армию. Он был полковником.
— Как его звали? Я имею в виду его подлинную фамилию.
— Не знаю. Он никогда не говорил об этом. «Николас, — сказал он мне однажды, — какое значение имеет фамилия человека? Человек, который будет говорить тебе о важности своей фамилии, обыкновенный лжец».
— А твоя мать?
— Она была чистокровной японкой.
Доктору Дифорсу не нравилось лето, которое лишь прибавляло забот. Поток отдыхающих из города не переставал поражать его, казалось, сюда стекалось все население восточной части Манхэттена, отдыхающие напоминали стаи гусей, мигрирующих зимой на юг.
Доктор Дифорс мало знал о Манхэттене, вот уже пять лет он почти безвылазно жил в своем домике, делая лишь редкие визиты к своему другу Нату Грауману, главному медицинскому эксперту Нью-Йорка.
Сэму нравилось здесь. У него были дочери, регулярно посещающие его со своими семьями. Жена умерла десять лет назад от лейкемии, воспоминанием о ней осталась лишь старая фотография. Сэм работал доктором в медицинском заведении Флауера, где его любили за скрупулезность и изобретательность. Флауер предлагал перейти в главное управление, но ему больше нравилось на побережье. Здесь жили его друзья, богатые и добрые люди, хотя больше всего он ценил одиночество. Он давно понял, что испытывал счастье только оставаясь наедине с самим собой. Но была у него в жизни одна беда — его не переставали мучить ночные кошмары, которые подкрадывались тайком, как ночной вор-взломщик. Часто он просыпался среди ночи в поту, насквозь мокрая пижама прилипала к телу. Он пытался отвлечься, бороться, но все было напрасно. В такие минуты Сэм вставал с постели, готовил себе чашечку горячего какао и читал новеллы Раймонда Чандлера, которые немного успокаивали его, и через полчаса он снова засыпал.
Доктор Дифорс потянулся, чтобы хоть как-то заглушить острую боль, пронизывающую спину. «Это, наверное, от многочасовой работы», — подумал он. Перед ним лежали исписанные листы его труда, которые он снова и снова внимательно просматривал. Больше всего на свете он любил жизнь. Чтобы понять это, ему не обязательно было становиться доктором. Войны в Тихом океане с него было достаточно. День за днем, из своей палатки, разбитой в джунглях во время войны на Филиппинах, он мог видеть маленьких одноместных самолетов-камикадзе, груженых 2650 фунтами взрывчатки, которые отправлялись в атаку на американские корабли. Доктору Дифорсу казалось, что из обломков этих самолетов можно было бы выстроить мост между Западом и Востоком. Японцы называли их «ока» — цветками вишни. Но американцы прозвали их «бака» — живыми бомбами. В сознании западных людей не было места для понимания старых самурайских обычаев. Доктор Дифорс никогда не забудет хокку, сочиненную двадцатидвухлетним камикадзе перед смертью. Таким был обычай: «Когда мы падаем вниз, мы похожи на цветки вишен, опадающие весной, чистые и лучезарные!». Так японец думал о своей смерти. Самурай рожден для того, чтобы с честью умереть в сражении.
Жизнь доктора была размеренная, и только ночные кошмары впивались в него, как вампиры, поднявшиеся из могил.
Доктор Дифорс подхватил папку со всем содержимым, вышел из дома и направился по главной улице к одноэтажному зданию из красного кирпича, где находилась пожарная часть, затем свернул к полицейскому управлению.
На полпути он столкнулся с Николасом, вышедшим со свертком из автоматических дверей супермаркета.
— Привет, док. Как дела?
— Отлично. Я иду повидать Рэя Флорума. — Они встретились, как обычно встречаются знакомые, спешащие по делам. Вообще, в таком маленьком городке трудно было не иметь знакомых.
— Слышал об утопленнике, найденном вчера?
— Да, — доктор Дифорс быстро отвернулся и сплюнул. Он был рад встрече. Во-первых, ему хотелось оттянуть время свидания с Флорумом, которого он немного побаивался, во-вторых, ему нравился Николас. — Ты, наверное, его знаешь. Он жил недалеко от тебя.
— Догадываюсь.
— Его фамилия — Браум. Барри Браум.
Николас на какое-то мгновение почувствовал легкое головокружение, он вспомнил слова Юстины, сказанные на пляже в тот день, когда они встретились: «Довольно-таки опасное место». Она и не догадывалась, насколько была права.
— Да, — медленно сказал Николас. — Я знал его. Одно время мы работали вместе в рекламном агентстве.
— Прости меня, Ник. Ты хорошо знал его?
Николас задумался. У Браума был великолепный аналитический ум. Он разбирался в публикациях лучше всех в агентстве. Какое потрясение узнать, что его больше нет в живых!
— Довольно хорошо, — задумчиво ответил он.
В сумерках звучала медленная музыка. Пальцы Юстины дрожали, когда он впервые взял ее за руку и новел на крыльцо. Все было замечательно. Они танцевали весь Вечер. Юстина с удовольствием танцевала и прекрасно чувствовала ритм.
Они стояли на крыльце, касаясь друг друга плечами, когда она сказала:
— Всему в своей жизни я обязана книгам. Сначала я едва ли в чем разбиралась. Пока моя сестра, умеющая отлично ладить с людьми, ходила на различные вечеринки, я проглатывала одну книгу за другой. Это продолжалось недолго. Нет, я не бросила читать, но стала выбирать книги. — Юстина засмеялась так счастливо, что даже удивила его. — О, я словно бы поднималась по лестнице! Сперва — Гримэйк, потом — Говард, особенно любила Робин Гуда. Однажды, когда мне было уже шестнадцать, мне попалась книга маркиза де Сада. Я была просто очарована им. Почему-то мне пришло в голову, что свое имя я заслужила любовью к книжным рыцарям. Я спросила об этом маму. Она сказала: «Знаешь, нам с отцом просто понравилось это имя». Как я потом жалела, что задала этот вопрос! Моя фантазия была лучше реальности. Они оба оказались просто банальными людьми.
— Твой отец американец?
Юстина повернула к нему лицо, которое осветил тусклый свет фонаря.
— Настоящий американец.
— Чем он занимался?
— Пойдем в дом, — сказала она, отвернувшись. — Я замерзла.
На фотографии был изображен коренастый мужчина с массивной челюстью и бесстрашными глазами. Под снимком было написано: Стенли Толлер, начальник полиции 1932–1964. Рядом с фото висела обрамленная в рамку копия картины Нормана Рокуэлла «Беглец».
Кабинет был в форме правильного куба с двойными окнами, выходящими во двор. В это вечернее время двор был пуст.
— Оставьте свои медицинские термины, док, и объясните все на нормальном английском языке, — сказал лейтенант Рэй Флорум, начальник полиции западного побережья Бриджа. — Так что вы хотели сказать об этом утопленнике?
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: