Андрей Воронин - Инструктор. Кровавый реванш

– Не хочу сейчас высказывать, может, навязывать свое мнение. Мне необходима точка зрения эксперта, профессионала.

– Спасибо, что так высоко оценили мою персону, – улыбнулся Крачков.

Побеседовав еще несколько минут с Михаилом Михайловичем, Забродов ушел, пообещав заехать снова через несколько дней.

Группа «В» собралась за столом, чтобы обменяться мнениями.

– Поговорим о том, над чем мы работали последнюю неделю, – предложил Забродов Наталье и Максу.

– Иран мне уже снится по ночам, вот только сны все кошмарнее, – пошутила Краснова.

– Согласен, название этой страны я произношу чаще всех других слов, – опершись о стол локтями, произнес Растаев.

– Это хорошо, значит, вы работали добросовестно, – отметил Забродов. – Итак, начнем с дамы. Каково твое мнение, Наталья?

– Иран, как мы знаем, экспортирует очень много нефти, – начала Краснова.

– И в этом мы с ним похожи, – вставил Макс.

– Политика иранского лидера вызывает недовольство у многих жителей этой страны, – продолжила Наталья.

– До сих пор ему удавалось успешно справляться с недовольными путем репрессий, однако это подогревает страсти внутри страны. И с каждым разом сдерживать выступления оппозиции все сложнее, – заметил Макс.

– А тут еще Америка и Израиль давят, грозясь бомбить иранские ядерные объекты, – добавила Наталья.

– В общем налицо конфликт, – резюмировал Забродов.

– Да, и конфликт достаточно серьезный, трудно не обратить на него внимания, – сказала Краснова.

– Словом, мы единодушны в этом, – заметил Макс.

– И если кто-то с Запада или Востока, неважно откуда, ведь у иранского лидера очень много недругов, профинансирует иранскую оппозицию… – Наталья сделала многозначительную паузу, посмотрев на коллег.

– Мы ступаем по одной тропе, господа, – сказал Забродов.

– В общем, все достаточно легко устроить. Большие деньги делают большие дела, причем зачастую исторические дела, хотя об этом простые люди вряд ли догадываются, – сказала Наталья.

– По твоим выкладкам речь идет о какой сумме? – поинтересовался Илларион.

– Я думаю, – Краснова заглянула в свой блокнот, – учитывая очень крупные ставки в игре, речь должна идти примерно о двух – двух с половиной миллиардах долларов.

– Куда же без них, вечнозеленых? – с иронией заметил Макс и добавил: – Я бы увеличил ставки до трех миллиардов.

– Я этого не исключаю, – согласилась с ним Наталья.

– У меня примерно такие же цифры, – заметил Забродов.

– Итак, цена вопроса около трех миллиардов; как говорилось выше, они могут прийти как с Запада, так и с Востока, – продолжила Наталья, – вариантов много.

– Это точно, вариантов хватает, – кивнул Забродов.

– Иранская оппозиция получает эти деньги, и в стране начинаются беспорядки, – сказала Наталья.

– Причем очень большие беспорядки, иранскому лидеру мало не покажется, – высказался Растаев.

– А всему причиной нефть, и ничего больше, – констатировала Наталья. – Много убийств, беспорядков, якобы непредвиденных, происходит из-за нее.

– Да, нефть в современном мире – это орудие дьявола, – вставил Макс.

– Но это спорное утверждение, – возразила Наталья, – однако оно имеет место быть.

– И круг, как говорится, замыкается, – размышляя, произнес Забродов. – Массовые беспорядки в Иране приведут к росту мировых цен на нефть.

– Что и требовалось доказать, – откинувшись в кресле и улыбаясь, сказала Наталья.

– В общем мы пришли к единому выводу, – подытожил Забродов.

– Мы же команда, – улыбнулся Растаев.

– Отлично, здорово, но давайте порассуждаем, кто конкретно может выделить эти деньги? – взглянув на команду, спросил Илларион.

– США – на раз-два, если им это будет на руку. Мы знаем, что дядюшка Сэм никогда не скупится, если речь идет о крупном барыше, – сказала Наталья.

– С этим трудно не согласиться. Но тот же Ирак, к примеру, может выделить три миллиарда: нужно возрождать страну, да и новые власти, взошедшие на престол при помощи американских штыков, не прочь обогатиться. Израильтяне также могут сыграть свою партию. «Моссад» нередко опережает многие разведки мира, – высказал свое мнение Растаев.

– Хорошо. Теперь подумаем над вопросом: может ли кто-нибудь в России пойти на это? – Забродов взглянул на коллег.

– Что ж, интересное развитие ситуации, – задумавшись, произнесла Наталья.

– Но мы ведь любим интересные ситуации, не так ли? – оживился Макс.

– Вряд ли официальные власти пойдут на такое. У России хорошие отношения с Ираном и много общих точек соприкосновения, включая поставки нашего оружия. Нет, этого не будет, – категорично заявила Краснова.

– Да, слишком много интересов, чтобы Кремль затевал такие игры, – отметил Растаев.

– Я с вами согласен. Но мы говорим только о высших эшелонах власти. А как быть с остальными? Как вы считаете, может ли кто-то пойти на это? – спросил Забродов.

– Теоретически – да, – размышляя вслух, начала Наталья, – например, частные компании, хотя вряд ли.

– Я согласен с Натальей, – потирая виски, сказал Макс. – Сомневаюсь, что кто-то захочет рисковать, ведь есть наша разведка, агентурная сеть в Иране у нас очень сильная. Так что в случае чего можно потерять весь свой бизнес и оказаться за решеткой, скажем, за сокрытие от налогов большой прибыли. Вариантов очень много. Как раз тот случай, когда лучше синица в руке, тем более жирная синица, – усмехнулся Макс.

– Вы уверены, что участия так называемой «второй силы» со стороны России не будет? – спросил Забродов.

– Практическая вероятность развития такого сценария, на мой взгляд, равна нулю, – сказала Наталья.

Забродов взглянул на Макса:

– А твой окончательный вердикт каков?

Макс задумался, продолжая растирать виски:

– Всегда, как известно, бывают неожиданности, но считаю, что развитие такого сценария если и не равно нулю, то близко к нему. В этом я уверен. А как вы считаете, Илларион Константинович?

– Я бы не был столь категоричен, все-таки такая вероятность есть. Всегда могут найтись люди, которым огромные деньги затуманивают разум.

– Что ж, мнения разделились, но начальник всегда прав, – развела руками Наталья.

– Отчет, впрочем, как и вся наша работа, очень серьезный, поэтому для меня было важно услышать ваши мнения. Как вы знаете, от правильности наших выводов может зависеть судьба целых регионов и мира в целом. Следовательно, ошибки в своей работе по возможности мы должны исключить, – сказал Забродов и, немного помолчав, продолжил: – Если в первом, конечно же главном, пункте нашей аналитической работы о возможной дестабилизации мировых цен на нефть посредством финансовой помощи с Запада или Востока иранской оппозиции мы едины, что меня очень радует, то в последнем пункте мы разошлись во мнениях.