Виктор Доценко - Тень Бешеного

Слова Арамиса тут же подтвердились. Пламя стремительно распространялось по всем этажам.

Байкеры носились вокруг здания и криками предлагали людям немедленно покинуть здание.

Многие обитатели «муравейника» выбежали на улицу и сейчас с отчаянием смотрели, как гибнет в огне их добро. Они даже не пытались помочь соплеменникам, напрасно взывавшим к ним о помощи с карнизов здания. За их спинами полыхали коридоры и рушились оказавшиеся деревянными перекрытия.

Наконец, кто‑то догадался сложить под окнами те тюки с товарами, что успели вынести. Тогда из окон начали выпрыгивать самые отчаянные. Они ломали руки, ноги и ребра, разбивали в кровь головы и сворачивали себе шеи, но все равно это было лучше, чем задохнуться в угарном дыму.

На разбившихся никто не обращал внимания — мысли тех, кто уцелел, были заняты одним: как бы спасти то немногое, что еще можно вытащить из огня.

— А где же пожарные? — удивлялась Джулия.

— Все на выезде, — с хитрым прищуром сообщил Арамис: его лицо, освещенное заревом пожара, не выражало ничего хорошего. — За пять минут до того, как загорелся верхний этаж этой конторы, пожарные получили по телефону два десятка ложных вызовов.

— И тебе не жалко людей? — осторожно спросила Джулия.

— Это тебе кажется, что они — люди, — помедлив, произнес Арамис. — Документов у них нет. Если кто и сгорит, то неизвестно, кто это. Нет документов — нет человека. Да и сами китайцы никаких исков предъявлять не станут. И тем более требовать компенсацию за сгоревший подпольный товар — это все равно что просить деньги за отобранный на границе контрабандный героин.

— Как ты можешь быть таким жестоким!

— А я не хочу, чтобы однажды приехавшие сюда незваные гости точно так же подожгли мой дом, — тут же отреагировал Арамис. — Либо мы их, либо они нас. Ты знаешь, сколько преступлений они совершают на нашей земле? За многие эти преступления у них на родине отрубают руки и приговаривают к расстрелу. Почему мы на собственной земле должны терпеть такое от иноземцев? Ты помнишь, что говорил этот идиот Ван? Напомнить?

— Нет, я отлично помню: «Передай тому, кто тебя прислал. Нас невозможно убрать оттуда, куда мы приходим. Если мы приходим на чью‑то землю, то это — навсегда!» — дословно повторила Джулия слова китайца.

Раздался вой пожарных машин. Наконец‑то прибыли борцы с огнем. Но прошло еще минут двадцать, прежде чем пожарные сумели оттащить в сторону автомашины китайцев, плотно забившие площадь перед зданием и мешавшие подкатить ближе к дому пожарные лестницы. Байкеры предусмотрительно прокололи шины большинства автомобилей.

С грохотом провалилась крыша. В небо поднялся высоченный столб искр и пламени. В дополнение ко всему раздалось несколько мощных взрывов. Во все стороны полетели обломки. Китайцы разом завопили и принялись оттаскивать тюки подальше от огня.

Джулия вспомнила о бочках в подвале, где предусмотрительные и экономные китайцы хранили горючее для своего транспорта на случай повышения цен. Только теперь она поняла, почему с таким интересом Арамис смотрел на те бочки.

Вокруг с потерянными лицами бродили бывшие обитатели здания, которое еще недавно казалось неприступной крепостью. Враз потеряв все, они снова оказались перед необходимостью как‑то выживать в стране, в которой были лишними, никому не нужными.

— Нельзя пренебрегать известными любому ребенку правилами противопожарной безопасности, — нравоучительно заметил Арамис и хитро улыбнулся. — Теперь менты пожар спишут на эти самые бочки. И в чем‑то будут правы.

Он хотел еще что‑то сказать, но тут его внимание привлек крутой джип, затормозивший метрах в двадцати от стоянки мотоциклов. Застегивая на ходу куртку и вытирая рукавом лицо, Арамис направился к машине.

Не торопясь и стараясь не привлекать внимание, Джулия пошла за ним: почему‑то ей показалось, что это необходимо сделать.

Стекло на дверце опустилось, и Арамис нагнулся.

Джулии не было слышно, о чем он говорил, и она подошла поближе.

Забрав протянутый ему из машины толстый конверт, Арамис выпрямился.

Одного мгновения оказалось достаточно, чтобы Джулия запомнила бледное лицо человека, мелькнувшее перед ней и тут же скрывшееся за тонированным стеклом. И еще она запомнила номер шикарного джипа, когда тот медленно проезжал мимо нее.

— Хороший человек, не обманул, — донеслось до нее бормотание Арамиса, пересчитывавшего толстую пачку долларов. — Зачем только родители дали ему такое чудное имя — Аристарх?

План Аристарха Молоканова оказался на диво прост. Обдумывая вновь и вновь его основные положения, Аристарх внутренне восхищался собой, но и удивлялся тоже: откуда только взялась у него эта смелость? Никогда ранее он не мыслил такими масштабами.

Размах задуманного ободрял, но и пугал одновременно. А ну как не пройдет? Гореть тогда ему синим пламенем. Никакой наночип не спасет. Но надежда на русское «авось» возобладала, и Молоканов решил действовать.

Главная идея заключалась в следующем.

Пункт номер один.

Предстояло основательно запугать население ужасом грядущей эпидемии атипичной пневмонии. Собственно говоря, народ России и так уже был готов бояться, натерпевшись изрядно страху за время напряженного ожидания: проникнет смертоносный вирус в Россию или нет?

Пока помирали китайцы на юге Китая и индонезийцы, российское население сохраняло относительное спокойствие. Но по мере продвижения эпидемии к границам России тревога нарастала.

Как только население будет основательно запугано. можно переходить к «пункту номер два».

Его суть заключалась в том, что некий ученый, азиатский специалист, изобретет вакцину от атипичной пневмонии. Неважно, что этот препарат не пройдет долговременного испытания. Встревоженный народ ухватится за эту вакцину, как за спасительную соломинку. О существовании такой вакцины народ узнает из публикаций услужливых СМИ, купленных Молока- новым.

Пункт номер три.

Необходимо добиться разрешения на создание лаборатории, где и будет проходить испытание этой самой «вакцины». Свои услуги государству предложит некий «радеющий за страну» бизнесмен, которому Молоканов заранее введет наночип и вынудит оплачивать все расходы по содержанию этой самой лаборатории.

Работы над вакциной будут продвигаться очень быстро, и СМИ примутся чуть ли не ежедневно рапортовать о неслыханных успехах в деле борьбы с атипичной пневмонией, не забывая одновременно рассказывать о колоссальных темпах распространения смертельного вируса по всему миру.

Пункт номер четыре — самый сложный.