Виктор Доценко - Тень Бешеного

Водоплясов досадливо махнул рукой, отогнал посторонние мысли и снова уткнулся в микроскоп.

Однако беспокойство не покидало его. Иннокентий вновь оторвался от микроскопа и бросил взгляд на монитор. Увиденное изумило его. Он едва не вскрикнул.

На крыльце пристройки стоял человек. Неизвестный замер, словно размышляя: звонить в дверь или нет? Водоплясов понял, что если человек попытается самостоятельно проникнуть в дом, то его неизбежно встретит охрана в лице Рваного и Тимура.

Сам не зная почему, охваченный мистическим пред–чувствием, Водоплясов опустил руку под стол и нажал кнопку, отпиравшую дверь.

Дело в том, что Молоканов когда‑то приказал оборудовать лабораторию системой отпирания дверей: так, на всякий случай. Он нисколько не опасался, что Водоплясов попытается удрать от него. Для этого ему пришлось бы нейтрализовать охрану. А что способен безногий инвалид противопоставить двум хорошо питающимся здоровенным парням, находящимся в отличной физической форме?

Сейчас Водоплясов молча наблюдал за тем, как работает профессионал.

Неизвестный даже не удивился, что дверь приоткрылась. Ни секунды не медля, он вошел в дом. Оказавшись в комнате охраны, «гость» мгновенно оценил ситуацию.

Первым получил свое Рваный, недоуменно обернувшийся на звук шагов. Он и представить себе не мог, что кто‑то так просто проникнет на охраняемую территорию. Рваный с грохотом отбросил стул, на котором сидел, но так и не успел принять боевую стойку. Кулак неизвестного с тяжелым свинцовым кастетом со свистом рассек воздух и врезался прямо в лоб Рваного. Удар отбросил охранника назад, и он с грохотом свалился на пол, инстинктивно схватившись за стол. Стол покачнулся и тоже рухнул, накрыв тело. Из раны на лбу текла струйка крови, довольно быстро на полу образовалась лужа.

Неизвестный переключился на Тимура. Проснувшись от резкого звука отодвигаемого стула, тот недовольно разлепил глаза, собираясь покрыть матюгами напарника, грубо нарушившего его сон. И увидел, как Рваный летел на пол после удара кастетом. Он попытался было вскочить с койки, но получил быстрый и жестокий удар в грудь носком тяжелого ботинка.

Закашлявшись, Тимур перевернулся и свалился с койки. Он попробовал снова встать, но неизвестный не стал дожидаться, пока противник придет в себя. Ботинок опять с хрустом врезался в тело Тимура, на этот раз, к счастью для него, в правый бок. Парня отбросило — удар был настолько силен, словно его сбил локомотив. Но нападавший посчитал это недостаточным и нанес Тимуру еще один удар, под подбородок, отправив его в тяжелый нокаут.

Охранник окончательно затих, распластавшись на полу рядом с напарником, едва подававшим признаки жизни.

Водоплясов следил за происходящим. Ему казалось, что это кино, а не реальность. Он смотрел, как неизвестный выдирает кабели из аппаратуры систем наблюдения и связывает руки и ноги Рваному и Тимуру. Затем он широким шагом подошел к двери лаборатории и распахнул ее.

Константин Рокотов (а это был именно он) замер на пороге, с удивлением осматривая комнату, которая значительно отличалась от той, где он только что был. Рокотов и представить себе не мог, что в загородном доме может обнаружиться такое количество современнейшей компьютерной техники. Интересно, для чего все это?

Неожиданно он услышал слабый голос из дальнего угла:

— Заберите меня отсюда, прошу вас, — простонал безногий инвалид с ужасом. — Я для вас все сделаю, только не убивайте, заклинаю всеми святыми. Я могу сделать вас очень богатым. Вы даже не представляете, что я могу для вас сделать.

Однако Константин не успел ничего сказать в ответ. Он настолько увлекся преодолением хитроумных систем охраны, дракой и связыванием охранников, что даже не услышал, как ворота в заборе, окружавшем участок, открылись, и на территорию медленно въехала машина. Отличный двигатель работал практически бесшумно.

Находившиеся в ней двое мужчин вышли из машины и уверенно направились к дому. Вдруг один из них — тот, что повыше и покрепче, — резко остановился: он заметил приоткрытую дверь в пристройку, откуда доносились стоны и какие‑то странные звуки.

Он схватил второго, который был пониже, за руку и прижал палец к губам. Тот сжался — было заметно, что он изрядно струхнул.

Первый осторожно прокрался к комнате охраны, а затем махнул рукой напарнику. Осторожно ступая, низенький вошел в помещение вслед за ним. Увидел разгром и едва не охнул, но крепыш снова дал ему знак сохранять молчание. Он осторожно и быстро развязал охранников, вытащил из кармана пистолет и навинтил на ствол глушитель. Оставив напарника рядом с приходящими в себя Рваным и Тимуром, крепыш подошел к двери в лабораторию, приложил ухо к замочной скважине и прислушался. Затем отошел на цару шагов, взял пистолет в обе ладони стволом вверх и резко ударил в дверь ногой. Она распахнулась, он ввалился внутрь.

Константин и Водоплясов обернулись и увидели Боню с пистолетом в руке.

Довольный Боня улыбался одними губами, словно успокаивая всех присутствующих и обещая, что не сделает им больно.

Тем не менее Константину не понравилась эта гнусная улыбочка. Он только было изготовился сделать рывок вправо, как Боня, быстрый, как молния, тут же выстрелил, вдребезги разнеся девятимиллиметровой пулей экран монитора, стоявшего справа от Константина. Тот попытался дернуться влево, но старший охранник Молоканова вторым выстрелом разнес монитор слева от него.

Константин понял, что теперь находится во власти этого человека.

За спиной Бонн, в дверях, показались побитые охранники и сам Молоканов.

Тимур и Рваный держались за головы и старались не стонать, с ненавистью посматривая на Константина. Аристарх с бледным лицом и испуганными глазами маячил за их спинами.

— Возьмите, его, — кивнул Боня на Рокотова, не дожидаясь приказа хозяина. — Привяжите вон к той балке.

Охранники бросились выполнять приказание, предварительно обшарив карманы Константина. Они вытащили пистолет и швырнули его на стол, рядом с микроскопом. Затем привязали Рокотова к вертикально стоявшей балке; подпиравшей деревянный потолок лаборатории, теми же кабелями, которыми были до этого связаны сами. Охранники не удержались от того, чтобы не нанести Константину несколько болезненных ударов по почкам и в поддых, заодно разбив нос и выбив зуб.

— Что делать с ним, хозяин? — поинтересовался Боня, когда охранники выполнили приказ и отступили, предъявив на обозрение связанного Константина. — Может, вывезти в лес да там и грохнуть? И закопаем его там же!

Аристарх уже успел прийти в себя и к нему вернулось самообладание. Теперь это был прежний Молоканов, а не трясущийся от страха жалкий человечек.