Виктор Доценко - Икона для Бешеного 2

Выпили спирта за успех дела. Полупьяный Горст бесцеремонно поинтересовался, с чего это Оскар не снимает перчатки. Оскар осторожно опрокинул в рот стопку спирта, запил холодной водой, а затем стянул перчатки с рук. Горста стошнило тут же на пол, а верный Никита выбежал из каюты, и его долго рвало за борт.

Руки Оскара были изъедены кислотами, с которыми он постоянно возился, изготавливая подделки. Местами концентрированная кислота проела мясо до кости, и там, под прозрачной пленкой кожи отвратительного серого оттенка, пульсировала черная кровь.

Неделя упорного труда дала потрясающие результаты. Но чего это стоило?

Землекопы вкалывали в три смены с минимальным перерывом на сон и прием пищи. Никита Разумнов охрип, улаживая конфликты, решая проблемы и разрешая противоречия. После того как один из парней Малюты, напившись настойки из бересклета, утоп в реке, председатель Горст объявил общий сбор, на котором сообщил, что на территории раскопок вводится сухой закон. За ним взял слово Малюта и сообщил, что любой, кто сунет нос в стакан со спиртным, будет похоронен заживо. В глазах Малюты люди прочитали четкую решимость выполнить обещание. После этого пьянство прекратилось, а работы возобновились с утроенной силой.

Что касается староверов, то о них старались не вспоминать, словно их и не было. Из домов растащили все мало–мальски ценное, домашнюю скотину да птицу зарезали и съели. Пепелище на месте сгоревшей церкви обходили стороной. Это место сразу получило название проклятого. Любопытным журналистам объяснили, что молния ударила в церковь после того, как местные жители стали противиться раскопкам. Приняв это за знак свыше, староверы сели на лодки и отправились незнамо куда, опасаясь гнева Господня.

По прошествии семи дней Никита продемонстрировал председателю и Казимире результаты работ. Горст остался доволен.

Казимира восторженно шепелявила:

Пршелестно!

Никита гордо улыбался.

Теперь отправляйся на большую землю, — приказал Горст Никите. — Собери

журналистов, телевидение не забудь. Пригласи кого‑нибудь из местных властей, чтобы все выглядело официально. Да не забудь купить для этих щелкоперов водки побольше…

Через три дня поселок преобразился до неузнаваемости. Повсюду бродили люди с видеокамерами и фотоаппаратами, тут и там, между сосен, торчали тарелки спутниковых антенн. Появилось множество палаток, среди которых выделялась одна — самая большая, оранжевого цвета, с большой табличкой у входа: «Пресс–центр».

На опушке леса урчали мощными дизелями передвижные силовые установки: для трансляции телепрограмм и нормальной работы компьютеров требовалось огромное количество энергии.

В одном из домов поселился вице–губернатор края со свитой. Он пил второй день, и ничто не могло отвлечь его от этого занятия, даже, как он сказал, «если найдут живого Илью Муромца».

Словом, Никита Разумнов постарался на славу.

Все ждали главного, когда же будет устроены посещение раскопа и демонстрация каких‑то невероятных находок, о которых уже который день говорят центральная пресса и телевидение, но о которых толком ничего и неизвестно.

Внезапно из мощного репродуктора, установленного на крыше одного из генераторов, послышался бодрый голос помощника председателя Горста Никиты Разумнова:

Уважаемые представители средств массовой информации! Приглашаю вас

пройти к месту раскопок. Начинается демонстрация открытий, совершенных экпедицией под руководством господина Горста, председателя Комитета по разработке национальной идеи!

Хитрый Никита сделал объявление после того, как пресса хорошо пообедала, выпила и закусила. Побросав тарелки, журналисты, представители радио и телевидения ринулись к раскопу.

Итак, господа, — начал Никита, когда журналисты собрались около забора,

установленного по периметру раскопок, — мы начинаем. Прошу вас сохранять максимальную осторожность, поскольку под землей имеется масса полостей. Провалившись под землю, вы можете погибнуть и разрушить ценный культурный слой.

Журналисты дружно закивали. Ворота заскрипели, и толпа повалила внутрь.

Внешне раскопки не производили большого впечатления. Повсюду, куда не кинешь взгляд, были отрыты глубокие ямы, навалены кучи земли и глины, повалены деревья. Тут же стоял наспех сколоченный сарай с надписью на стене масляной краской: «Археологическая лаборатория».

Умный Никита тут же отвлек внимание прессы:

Нам следует быстрее спуститься под землю и осмотреть раскоп. Нас

предупредили археологи, что грунт в этих местах крайне ненадежен. Здесь очень сильная верховодка…

Какая еще водка? — изумился представитель центрального телеканала.

Верховодка — это мощные водные пласты, — быстро объяснял на ходу Никита,

— которые скапливаются в почве после дождей, а также после разлива рек. А тут, куда ни плюнь, кругом болота. Вот вода и ищет, куда бы вырваться. А рядом — крутой речной обрыв. Того и гляди, новая река образуется…

Подготовив таким образом прессу, Никита ринулся вниз по деревянным ступеням. Лестница вела вниз, в темноту. Журналисты переглянулись. Ведущий центрального телеканала перекрестился и первым полез вниз. За ним последовали оператор с видеокамерой и звукооператор с длинным микрофоном. Следом потянулись остальные.

Под землей было тесновато, да и дышать было трудно. Земляной покров подпирали прочные на вид деревянные столбы. Никита пригласил прессу пройти за ним. Через несколько шагов перед глазами журналистов предстал сам Горст.

Председатель стоял в углу подземелья и внимательно рассматривал старинный меч, позеленевший от времени.

Защелкали фотокамеры, группа с телевидения включила свет, в подземелье сразу стало светло.

Обратите внимание, — затараторил Никита. — Вот перед вами скелеты

древнерусских воинов, обретших в этом захоронении вечный покой. Смотрите, как хорошо сохранились короткие кольчатые доспехи–байданы. Один из воинов — вероятно, старшина дружины, потому что одет в дорогой панцирь–бехтерец.

Горст продолжал все также позировать с мечом в руке, мысленно восхищаясь своим ловким Никитой. Державшийся в стороне доктор археологии Приходько с ненавистью вспоминал тот день, когда написал на листочке бумаге список названий старинного оружия и доспехов, чтобы Никита их выучил. От того, чтобы не выматериться, ученого доктора удерживали только обещанная ему крупная сумма в евро и курс лекций в Стэнфордском университете.

— …калантарь, — захлебывался от волнения Никита, — это доспех без рукавов, из двух половин — передней и задней. Тут же мы видим и другие, отлично сохранившиеся доспехи: бармицы, зарукавья, наручи…