Сергей Соболев - Братство волков

Он в целом был доволен тем, как протекал его разговор со следователем, к которому его вызвали повесткой для дачи показаний в качестве свидетеля по одному из расследуемых краевыми правоохранителями уголовных дел. Ему, собственно, и говорить особо не пришлось. Адвокат Кошехабов, тоже присутствовавший при этом разговоре со следователем, провел всю подготовительную работу. Так что Мухамадину оставалось только твердить одно и то же: не был, не знаю, не видел, ничего не писал и не говорил.

Следователь так и не предъявил ему никаких обвинений, не поменял его статус со свидетельского на иной. Отпустил восвояси, даже не взяв подписку о невыезде. Да, не зря дядя платит этому адвокатишке хорошие деньги… Полезный человек.

Они выехали из Краснодара в Краснореченск около восьми вечера. Дядя Тимур отправился в этот город, где находились все еще принадлежащие ему завод и крупная оптовая база, раньше, сразу после обеда.

Отец сказал, что им тоже следует там быть. Причины две (опять же, со слов отца). Одна юридическая формальность, соблюдя которую, можно было бы выйти из этой истории с пальбой и поножовщиной без всяких осложнений для Мухамадина. Всего-то нужно будет явиться в следственный отдел в Краснореченске – оттуда пришла повестка с вызовом на завтрашний день. Кошехабов заверил, что и там все на мази; что нужно только вовремя явиться, быть вежливым и внимательным, ответить на уже известные вопросы следователя… А остальное уже его, адвоката семьи, забота. Вторая причина того, что они отправились в этот небольшой город, расположенный в сотне километров от краевой столицы, заключалась в том, что Руслан Ахмедов, не без ведома старшего брата, конечно, не без его совета, решил на время удалить сына из его привычной среды обитания. Нечего ему ездить по «ночникам», незачем тусить с такой же, как он сам, золотой молодежью. «Пора браться за голову, Мухамадин, – сказал отец своему слишком горячему, слишком ретивому сыну. – Пора вспомнить, чему тебе учили, в том числе вспомнить и про заветы отцов и дедов, про наш родовой кодекс чести. Пора взрослеть. Ты уже не подросток, ты взрослый мужчина и должен вести себя именно как мужчина…»

Мухамадин, помимо того что думал об удачном визите к следователю, размышлял и о своем недавнем разговоре с Аскером Аскеровым, представителем «братства».

Аскер спрашивал у него, есть ли на примете у Мухамадина надежные люди, мужественные, смелые…. такие, кто готов резать глотки кяфирам. Несколько таких горячих парней из не слишком обеспеченных семей диаспоры у Мухамадина на примете имелось. Он кое-кому позвонил сам, другим дали знать через его знакомых или друзей, что им следует связаться с Аскером.

Сам Мухамадин, кстати, понятия не имел, что именно задумали столь внезапно объявившиеся люди из легендарного «братства». Но Аскеров намекнул ему, что скоро «свиньям» не поздоровится…

Мухамадин с задумчивым видом покачал головой. Он бы с удовольствием подключился бы и сам. Но дядя и отец были так встревожены последними событиями, что теперь не дадут ему воли: они какое-то время глаз с него спускать не будут.

Словно прочитав мысли, посетившие его старшего сына, Руслан Ахмедов сказал:

– У тебя будет возможность и время подготовиться к экзаменационной сессии. А то совсем ты, Мухамадин, учебу в университете забросил.

Ахмедов младший едва удержался, чтобы не рассмеяться в полный голос. Он, Мухамадин, числится на четвертом курсе факультета права местного госуниверситета. Зачем ему эти мертвые «знания», которыми пичкают студентов преподаватели? Он и так все знает. И его дядя – знает.

Мухамадин скосил глаза на сидящего за рулем телохрана – левая пола пиджака у того была заметно оттопырена плечевой кобурой. Вот что главное – оружие. И деньги, конечно. А еще связи и семейные узы. У кого сила, тот и прав – вот и весь закон.

Поблескивающий в закатном солнце черными глянцевыми боками «Мерседес» катил по трасе на хорошей скорости. Иногда, когда позволяли обстоятельства, водитель придавливал газ так, что стрелка на спидометре показывала 150. У них в семье все любят быструю езду, это у них в крови. И люди, которых Ахмедовы подобрали в штат водителей и охранников, знают об этой их черте характера.

До въезда в райцентр оставалось километров семь, не больше. Уже были видны на фоне закатного неба, предвещающего ясную солнечную погоду на завтра, труба ТЭЦ и телевышка. Вдоль обочин выстроились старые тополя; справа тянулись сады и частные домовладения, пригородные дачи. Слева – поля зерновых, огороженные столбиками с проволокой выгоны для скота и прочее хозяйство местной агрофермы.

«А все-таки хорошо, что Костяна-питбуля застрелили как собаку, – подумал, улыбаясь, Мухамадин Ахмедов. – Вот только кто это благое дело сделал?.. Кого благодарить?..»

И это была последняя мысль, посетившая голову несостоявшегося правоведа, племянника местного олигарха Тимура Ахмедова.

Двое молодых мужчин минутой ранее вышли из старенького «жигуля», припаркованного в «кармане», где иногда отстаиваются ахмедовские траки, пустые или с водочной продукцией (сегодня их здесь почему-то не было). Они действовали спокойно и расчетливо. У одного из них была рация. Второй открыл багажник. Отбросив кусок брезента и набросанную еще сверху ветошь, достал оттуда гранатомет «РПГ-7» – сначала саму «трубу», затем «выстрел». Быстро снарядил, снял с предохранителя. Второй, сунув рацию в карман, достал оттуда же, из багажника, «АКСУ» со снаряженным подствольником. Чуть отступил от обочины – к стволу одного из старых тополей, которыми обсажено с обеих сторон шоссе на этом участке. Один взял на изготовку «РПГ», второй – автомат. Они уже видели приближающийся с севера по шоссе черный «мерс» – тот на глазах у них обогнал другую легковушку и несся по трассе со скоростью свыше сотни.

Нужно быть опытными, многое прошедшими, очень хладнокровными и расчетливыми бойцами, чтобы сделать то, что сделали эти двое. Они пропустили машину мимо себя… И практически одновременно нажали на спуск: один – гранатомета, второй – подствольника. «Мерседес», вдогон которому пошли две дымные струи, вдруг резко вильнул влево! А затем, вспухая изнутри огненным клубом, врезался на полной скорости левой «скулой» в выросшие на его пути стволы разросшихся придорожных деревьев.

«Гранатометчик» бросил трубу на обочине. Мужчины подбежали к своему «жигуленку», запрыгнули внутрь. Водитель рванул с места… Проехали сто или сто двадцать метров, что отделяли их от того места, где, отбившись от стены деревьев, покалечив сразу несколько стволов, оставив также глубокую борозду на дорожном покрытии, пылал лежащий теперь на боку смятый ударом, изувеченный «мерс».