Александр Тамоников - Базовый прорыв

– С тебя пузырь, Григ!

– Да говори ты толком!

– Прищучил я Омара. И знаешь, что эта лесная крыса собиралась сделать?

– Подорвать заряд в ранце?

– Ну, с тобой неинтересно, Григ! Ты прав, этот чухан собирался подорвать носильщика ранца. Представляешь, какой эффект вызвал бы взрыв пятнадцати как минимум килограммов тротила? Приличный, думаю, салют получился бы!

– Макс! Ты полностью обезвредил Омара?

– А то? Лежит вот под кустом, скованный и без сознания. Но живой!

– Понял! Пока отбой! Ты молодец, Макс!

– Знаю, командир! Отбой!

Пашин, приказав Скоблину осмотреть трупы боевиков в штурмовавшей объект группе и в первую очередь обезвредить взрывчатку, вызвал на связь капитана Воронцова:

– Ворон! Я – Григ! Что у тебя?

– Все как заказывали! Ровно в пять часов всадил в черепа боевиков по пуле из «винтореза» и осмотрел ранец. Взрывчатка действительно была подготовлена к взрыву! Извлек детонаторы. Сейчас динамит никакой опасности не представляет!

– Что на постах восточной окраины лесного массива?

– По-прежнему все спокойно! Только что получил доклад от ребят. Тишина на подходах к лесу и в самом массиве. Мои слушают довольно обширную часть округи. Все чисто!

– Добро! Тебе и твоей группе продолжать оставаться на месте до особого распоряжения. И продолжать наблюдение.

– Принял, командир! Выполняю!

Пашин вышел к воротам. Прошел, обходя трупы, у которых работали бойцы Скоблина, к кустам, где его встретил майор Глебов. Он улыбался:

– Ну что, Григ, похоже, сделали мы банду еще одного верного пса Гурбани, а?

– Погоди радоваться! Еще не вечер, вернее, не утро!

Глебов взглянул на подполковника:

– Продолжаешь ждать дополнительного удара Гульбеддина?

– Не знаю, Макс, не знаю, но на сердце неспокойно. Ты давай прикажи перетащить Омара в караульное помещение. Кстати, а как себя чувствуют наши земляки, Басов с Каштановым?

– Черт их знает! Но сейчас запрошу группу наблюдения за Ильинским. Будем брать шакалов?

Пашин хотел ответить, как вдруг плотина слегка вздрогнула, и тут же прогремел взрыв. Одновременно откуда-то ударил пулемет. Взвизгнули пули, заставившие офицеров упасть на землю. Пулеметчик продолжал работать, перенеся огонь севернее. От второй вышки раздался вскрик, и по лестнице скатилось тело.

И вновь взрыв, где-то у основания плотины.

Пашин, перебравшийся с Глебовым и Скоблиным к караульному помещению, крикнул в рацию:

– Пост-1, Пост-2, Ворон! Что, черт возьми, происходит? Кто и откуда обстреливает плотину?

Ответил Воронцов:

– Григ! Обстрел ведется откуда-то напротив меня! Гранатомет бьет по шлюзам, но пока неудачно, заряды ушли в бетон!

– Ты видишь стрелков?

– Нет!

Подполковник принял решение быстро:

– Открыть слепой ответный огонь по противоположному склону! Отвлечь неизвестные силы на себя!

– Понял!

С бывшей позиции резерва Омара заработали «ВАЛы». Но бойцы не видели цели, и их огонь не мог достать боевиков, внезапно появившихся у объекта. Это были люди, входившие в группу Омара, о которых не знал агент разведки Службы в стане Гурбани.

От второго поста пришло сообщение – пулеметным огнем убит стрелок военизированной охраны. Прапорщик спецназа получил ранение в ногу. Стрелять может, передвигаться – нет! Пашин приказал раненому затихнуть, не привлекая к себе внимания противника. Огневой точке, как и двойке Воронцова, подполковник отдал команду начать массированный обстрел по всему северному склону. Пулемет спецназа тут же ударил в указанном направлении. Огонь по склону с двух позиций заставил напавших на объект замолчать! Но долго ли продлится это вынужденное молчание? Вряд ли! А допустить повторного обстрела плотины нельзя! Если первые гранаты не попали в цель, то теперь гранатометчик, скорректировав огонь, вполне может послать заряды непосредственно в шлюзы. И тогда… вся работа спецназа окажется бесполезной!

Пашин обратился к Скоблину:

– Вова! Всех людей на северную оконечность плотины! Далее, рассыпавшись по склону и в глубь леса, двигаться на восток. Цель – обнаружение противника и его уничтожение!

– Понял!

– Подожди!

Подполковник обернулся к Глебову:

– Макс! Ты с резервом на выход из лесного массива, в месте выхода из него отводного канала. Перекрыть пути отхода боевикам на Голяны!

– Есть!

– Пошел, Макс! А ты, Вова, выводи людей к первой вышке.

Григорий запросил первый пост, северную огневую точку и позицию Воронцова, приказав прикрыть передвижение по плотине группы Скоблина.

Сам Пашин прошел к торцу здания. Оттуда получил доклад Скоблина о готовности группы к передислокации.

Приказав прикрывающим силам открыть огонь, Григорий отдал команду капитану:

– Вперед, Вова!

Штурмовая группа рванулась к противоположной оконечности гидротехнического сооружения.

Подполковник вскинул снайперскую винтовку, через прицел пытаясь зацепить противника. В это время почти вся верхняя часть склона покрылась фонтанчиками от пуль. Силы прикрытия действий группы Скоблина начали его массированный обстрел. Сейчас бандиты не имели возможности стрелять, если… если находились наверху. А если…

Пашин опустил винтовку вниз и… с трудом, но различил фигуру человека в лохматом камуфляже сбоку от одиночного куста рядом с отводным каналом. Человек стоял на одном колене, держа гранатомет на плече. Боевик целился прямо в шлюзы, и ничто, казалось, на этот раз не могло помешать ему расстрелять водяные затворы.

Подполковник поймал в перекрестье оптики его склоненную набок голову, перевязанную зеленой лентой. В мозгу Григория мелькнуло: лишь бы успеть опередить боевика.

Пашин опередил гранатометчика. От прицельного выстрела подполковника бандита отбросило на спину, с ним было покончено! Он не смог выпустить гранату.

Григорий опустил винтовку, главная опасность была отведена. Но тут же рядом с ним пули, выпущенные так же снизу, выбили приличные куски штукатурки здания. Сзади раздался вскрик.

Пашин резко обернулся и увидел оседающую по щиту перезаряжания оружия простреленную Лисицыну.

Черт возьми, откуда она-то появилась здесь?

А пулемет продолжал поливать свинцом плотину. В щепы разлетелась не защищенная с той стороны «корзина». Сверху на землю упали и боец отряда «Скорпион», и стрелок местного караула, и муляж.

Пашин крикнул Щурину:

– Шунт! К щиту и вышке! Определить, что с людьми! Бегом! Я прикрою!

Прапорщик рванулся к Лисицыной. Григорий вышел из-за здания и открыл огонь по отводному каналу, посылая очереди слева направо, удаляя сектор обстрела на восток. И вновь чуть не стал жертвой вражеского пулеметчика. Штукатурка брызнула рядом с его головой.