Александр Тамоников - Базовый прорыв

– Так точно! Понял вас, генерал!

– Выполняй! Конец связи!

Григорий отключил рацию. Теперь точно можно отдохнуть! Это даже хорошо, что Луганский сам вышел на связь! С сего момента и до 23.00 Пашин может отдыхать, если, конечно, обстоятельства не вмешаются. Но к черту их! Сейчас главное – сон. Пашин развалился на директорском кожаном диване и мгновенно уснул. И ему удалось выспаться, никто подполковника не потревожил. И это был хороший признак. Следовательно, никаких изменений в сложившейся обстановке не произошло.

В 23.00 майор Глебов с капитанами Скоблиным и Воронцовым в полной боевой экипировке прибыли в кабинет директора завода. Следом явились полковник Кропоткин, майор Никитин, капитан Супонов и старший лейтенант Андреев.

Пашин встретил подчиненных и приглашенных, предложил занять места за рабочим столом.

– Как отдохнули спецы?

Ответил Глебов:

– Нормально! Вполне, чтобы ночью выполнить поставленную задачу.

– Это хорошо! Итак!

Пашин повернулся к офицерам, обеспечивающим постоянную охрану секретного объекта:

– Господа или товарищи, как угодно, буду краток! Отрядом спецназа, который, как вам известно, подчинен мне, определено наличие в коллекторе, совсем рядом с ангарами, диверсионной группы, имеющей целью подрыв складов с химическим оружием и цехов корпуса по переработке этой ядовитой гадости.

Кропоткин со своими подчиненными переглянулись.

Полковник спросил:

– Вы уверены в том, о чем только что сообщили?

– Полковник! По-вашему, я здесь для того, чтобы развлекаться? И отряд, у которого немало других задач, тоже выбрался к вам на отдых? Я подтверждаю, наемникам, нанятым одним из одиозных полевых командиров и руководителем крупной террористической организации, во время авиакатастрофы, подстроенной, как я сейчас смею утверждать с полной ответственностью, ими же, удалось проникнуть на территорию объекта и укрыться в подземном коллекторе. Не будем разбираться, как они смогли пройти практически к ангарам, это лишнее. Главное – факт их присутствия налицо. Мы ожидаем начала диверсии наутро, примерно где-то с пяти часов. Но уже в ноль часов начнем выдвижение бойцов спецназа на позиции, которые позволят отряду блокировать группу диверсантов. Как мы разберемся с наемниками, наше дело. От вас же, офицеров службы безопасности и боевого охранения, требуется одно! Несение службы в обычном режиме! Никаких дополнительных мероприятий не проводить! Ненужная инициатива с вашей стороны может кардинально изменить обстановку и поставить под удар нашу работу со всеми вытекающими отсюда последствиями. Мы знаем свое дело и имеем опыт нейтрализации подобных группировок. Посему повторяю: захват террористов сугубо наше дело. У вас будут ко мне вопросы?

Спросил Кропоткин:

– Директор и главный инженер поставлены в известность о нависшей угрозе?

– Нет! Считаю это лишним!

– Но, подполковник! Не стоит ли во время акции вашего отряда принять меры по остановке реакторов и блокировке их?

– Нет, не стоит! Наемники наверняка знают все особенности технологического процесса и сразу заметят внезапное изменение в нем. Это может вызвать непредсказуемые действия со стороны террористов.

– Извините, какие, например?

Пашин взглянул на дотошного и немного надменного Кропоткина. Тому не давало покоя осознание собственной ненужности в том деле, в каком он по роду службы должен был играть первую скрипку. Поэтому Григорий ответил довольно грубо и неформально, глядя в глаза начальнику службы безопасности:

– А хрен его знает, полковник! Такой ответ вас устроит? И больше вопросов не принимаю. Требую одно – строго следовать полученным инструкциям! Все, офицеры службы внутренней охраны свободны! О нашем разговоре никому ни слова! Можете идти!

Полковник ухмыльнулся, нарочно медленно встал, посмотрел на Пашина:

– Да, подполковник, самоуверенности у вас хоть отбавляй. Я подчиняюсь, но лишь имея прямой приказ на это. В противном же случае…

Григорий перебил начальника службы безопасности:

– В противном случае, полковник, вы все здесь взлетели бы на воздух. Идите и не вздумайте проявить самодеятельность.

За ним последовали и командиры подразделений охраны.

Как только они вышли, Глебов повернулся к Пашину:

– Не слишком ли ты резко с ними, Григ!

– Макс! Сейчас не время миндальничать. Главное, выполнить задачу, а будет обижаться полковник или нет, мне на это наплевать! Итак! Действуем, как определились ранее! С нуля часов начинаем выход на позиции! Связь во время выдвижения исключить! Затем работа только импульсивными передатчиками и в случае крайней необходимости. Действовать тихо и спокойно. При выходе боевиков на поверхность я с группой Скоблина нанесу щадящий огневой удар по ним. И тут же сближение с противником с фронта и тыла с целью пленения. Макс свою задачу знает. Все! «Скорпионы», начали!

Лески очнулся от легкого прикосновения своего помощника:

– Дэв! 4.30! Пора подниматься.

Британец встал, потянулся, достал фляжку, ополоснул лицо. Спросил:

– Люди еще отдыхают?

– Да! Тебя поднял первым, не считая Корна, что сидит на прослушке!

– О’кей! Давай и остальным подъем! Всем ко мне!

– Слушаюсь, сэр!

Спустя пять минут диверсионная группа в полном составе собралась у места отдыха Лески.

– Итак, парни, настает время выполнения нашей миссии! Я хочу спросить, готовы ли вы к акции?

Со всех сторон послышалось:

– Готовы, сэр!

– Ну и отлично. Теперь внимание, слушайте боевую задачу. Дассел!

– Я, босс!

– Распределяешь людей по четырем колодцам, начиная от того, по которому мы спустились сюда. Получится два человека на лаз. Одновременно, по моей команде, ударная группа начинает выход на поверхность. Далее синхронное продвижение к северной оконечности кустарниковой полосы и огонь по целям. Первой слева двойке удар по сектору № 1, второй и третьей – по ангарам, четвертой – по сектору № 2. Перед выходом облачиться в средства химической защиты. После пуска зарядов, Робби, ведешь Джона и Корна к огневой точке охранения, валишь наряд внутри бункера. Мы с Эшли выходим из подземелья и начинаем выход к минным полям. Бридж! Тебе быть в готовности применить ликвидатор заграждений! После взрыва специального троса и образования коридора отход по нему к нейтральной полосе. Я впереди, Дассел замыкающим. Вход в лес и форсированный марш к месту эвакуации. Пройти придется семь километров, чтобы выйти из зоны отчуждения, и еще три до квадрата, где ждет вертолет. Так что на всю работу начиная с подъема по колодцам до начала марша – пятнадцать минут! Не более! Исходя из этого времени каждый должен рассчитать свои действия и силы. Вопросы ко мне?