Альберт Байкалов - Дезинформация прошла

– Кто? – донеслось из-за забора.

– Сулим дома? – спросил Джин.

– Зачем он вам? – Раздался лязг запора, и ворота приоткрылись.

Несмотря на темноту, Джин разглядел невысокого роста усатого мужчину в папахе и осеннем пальто. На ногах были сапоги.

– Мы знакомы с самого детства, – пояснил Вахид.

– Сулима нет, – мужчина посторонился, давая понять, что не против, если поздние гости пройдут. – Я вижу, вы не местные, раз ищете его здесь. Он давно покинул эти края. Очень редко теперь бывает дома.

Двор был освещен льющимся из окон светом. Кроме того, над входом горела лампочка. Поэтому, открыв ворота, Цицаев не разглядел, что на лицах гостей черные маски с прорезями для глаз и рта.

Грубо толкнув его рукой в грудь, Джин вошел в калитку и прижал Цицаева к забору:

– Кто в доме?

– Как ты смеешь?! – зло прошипел хозяин, пытаясь освободиться.

Однако к крыльцу уже направлялся Иса, а Татарин, проскользнув, пригибаясь под грушами, заглянул сначала в одно, потом в другое окно.

Иса задержался на пороге веранды, следя за Татарином. Только после того, как тот знаками дал понять, что не видит людей, он шагнул в оставленные открытыми двери. Следом за ним двинулся Татарин.

– Вы негодяи! – прошипел Цицаев. – Обманом вошли… В округе все знают, что двери моего дома всегда открыты для чеченца. Кто бы он ни был, если ему нужна помощь, здесь не откажут…

Прижатый щекой к металлическим воротам, он пытался увидеть, что происходит за его спиной. Но Вахид, заломив назад его руку и придавив шею локтем, не давал этого сделать.

– Ты так и не ответил, кто в доме? – не обращая внимания на шипение уже не молодого мужчины, еще раз спросил Джин.

– Только жена, и та не может ходить. Ее дикая собака искусала.

– Сейчас проверим, – Джин посмотрел на входные двери.

Одновременно в них показался Иса.

– Никого. Одна больная женщина.

– Татарин, будь во дворе, – распорядился по-русски Джин и развернул Цицаева лицом к себе: – Пошли.

Встретившийся днем старик не соврал, Цицаев действительно хорошо жил.

Дом был огромный и имел несколько спален, гостиную, просторную кухню.

– Ты неплохо устроился, – Джин цокнул языком и, выдернув из-за стола стул, сел. – Мои родственники даже не мечтают о такой роскоши. Откуда столько денег?

– Какая тебе разница? – зло прошипел Цицаев. – У меня сыновья неплохо получают. Сам бизнес имею.

– Врешь ты все. – Джин положил на колени автомат. – Твой Сулим грабит и убивает. То же делает и второй сын. Так что стены, мебель, эти ковры и даже посуда – все в крови.

– Откуда ты знаешь? – взревел Цицаев. При этом его кулаки сжались, а на запястьях выступили синие прожилки вен.

– Это только для тебя новость, – невозмутимо продолжал Джин. – Ты помог Большому иностранцев в заложники взять. Обманул своего дядю, уважаемого в соседнем селе человека. Он ведь поверил тебе, что здесь захоронение. Теперь тебе заплатят…

– Зачем говоришь, если не знаешь? – Цицаев немигающим взглядом уставился на Вахида. – Я лишь рассказал ему то, что видел своими глазами!

– Глупо отрицать то, о чем знают даже дети.

– Я действительно так считал, – Цицаев отвернулся.

– Не надо меня обманывать, – Джин провел по автомату рукой. – Мне нужна машина и деньги.

Медленно, не веря своим ушам, Цицаев всем корпусом развернулся к Вахиду:

– Что?!

– Что слышал, – Джин поднялся и окликнул безучастно стоящего у дверей Ису. – Иди, вскрой гараж.

– Понял, – Иса исчез.

– Вы за это ответите, – заерзал Цицаев. – Ты даже не представляешь, на кого руку поднял.

– Ну, допустим, руки я еще не поднимал, – Джин усмехнулся. – Вот не дашь деньги и ключи от своего тарантаса, не обижайся. А по поводу того, что ты обещаешь, это все от злости. Сам понимаешь, найти ты нас не сможешь. Лиц не видел, машину мы продадим, как только уедем из этих мест. Так что передай сыновьям, пусть новую покупают.

Неожиданно проявив небывалую для своего возраста прыть, Цицаев соскочил со стула и бросился в соседнюю комнату.

Однако Вахид в два прыжка догнал его.

– Ну, чего опять? – удерживая строптивого хозяина дома за отворот пальто, спросил Джин. – Там, наверное, автомат? Так ведь возраст не тот, чтобы так бегать. Или ты все понял и за ключами с такой прытью метнулся? Тогда похвально.

Все это было сказано по-русски. В чеченском языке не было слов, чтобы с такой издевкой выразить мысли.

Спустя полчаса со двора Цицаева выехал джип. Проводив его взглядом, Мурод вернулся в дом, открыв двери связанными впереди руками. Прошел в спальню.

– Как себя чувствуешь? – спросил он лежащую на просторной кровати женщину.

– Уже лучше, – она осторожно села. – Кто связал тебе руки?

– Не твое дело. – Лицо мужчины сделалось серым от злости. – Развяжи.

Сдвинув шторы, Крайнов осторожно отогнул край висевшего на гвоздях куска брезента и выглянул в окно. Как он и думал, эта сторона дома выходила на улицу. Было полнолуние, а в комнате не горел свет, поэтому он без труда разглядел кусок магистрального газопровода и дорогу. Для того чтобы на нее выйти, нужно перебраться через штакетник палисадника. Не увидев людей, он полностью снял светомаскировку и осмотрел раму. Открыть окно оказалось не простым делом. Хозяева давно не пользовались щеколдами, на которых был толстый слой краски. Кроме того, Крайнов опасался, что находящиеся во дворе боевики могут услышать шум.

Расковыряв ножом щель, он отсоединил от автомата магазин, вставил его между подоконником и ручкой шпингалета. Прислушался. По-прежнему было тихо. Используя его в качестве рычага, со всей силы дернул вверх. Раздался хруст, и окно приоткрылось. Замер. Со двора донесся приглушенный смех кого-то из бандитов и едва слышная речь.

Медленно, буквально по сантиметрам открыл створки. В комнату ворвалась ночная свежесть. Где-то лаяли собаки.

Выбравшись наружу, он поправил за собой светомаскировку, прикрыл окно и только после этого прокрался до угла дома. Стоя кружком рядом с крыльцом, чеченцы о чем-то вполголоса переговаривались. Он только хотел развернуться в сторону улицы, как огромных размеров пес словно вырос из-под земли. С лаем бросившись на Крайнова, он повалил его на спину. Выпустив автомат, полковник схватил собаку за горло и принялся разряжать в нее пистолет. После третьего выстрела, разбрызгивая кровь, животное с визгом отскочило.

– Черт, – вслух выдавил он из себя, беря с земли автомат.

Поднимаясь, он увидел бегущих в его сторону людей. Не раздумывая, дал по ним очередь. Боевики рассыпались по двору, стараясь уйти с освещенных луной участков в тень сарая и забора. Одновременно по нему открыли огонь.

Забежав за угол, Крайнов бросился к ограждению палисадника. Пока он был прикрыт от пуль домом. Перемахнув на улицу, что было сил ринулся вдоль дороги. Между тем боевики, воспользовавшись воротами, начали преследование. Он отчетливо слышал топот ног, крики и даже тяжелое дыхание бегущих. Несколько дней, проведенных в яме, скудное питание, побои, драка с Халидом и Али дали о себе знать – его догоняли.