Александр Тамоников - Боевой расчет

– Здравствуйте всем! – поздоровался он. – Как отдыхалось, Егор?

– Замечательно!

– Ну и хорошо! Не будем терять времени, вот пропуск, закрепи его на лобовом стекле, пока будешь идти по области. Затем сними его, дальше он не действует. Для дальнейшего продвижения вот тебе документ. В нем предписывается всем органам силовых ведомств Северо-Кавказского региона оказывать тебе всемерную поддержку и помощь. Документ подписан на самом высоком уровне. Ну вот и все.

– Спасибо, Ашот!

– Не за что! Друзьям мы всегда готовы помочь. Счастливого пути, мне тоже пора. Удачи тебе, командир легендарного «Вепря»!

– И тебе всего хорошего!

Проводив Ашота, Егор попрощался и с Вазгеном.

– На обратном пути заезжай! Днем ли, ночью, всегда рады будем!

– Договорились!

– С Тофиком сам свяжешься или мне позвонить?

– Я сам. Ну что, Вазген, удачной охоты?

– Счастливо, Егор Васильевич, на святое дело идешь, да хранит тебя господь!

Вазген трижды перекрестил Астафьева.

Егор выехал со двора, свернул на улицу, ведущую к центру города, через Дон пошел мимо Батайска, на Моздок. На коленях его лежала карта-путеводитель.

Полковник Мовян оказался мужчиной статным, подтянутым, без намека на живот, который являлся основной достопримечательностью почти всех братьев Казарян. Чувствовалась в Мовяне сила, какая-то внутренняя собранность. Да и внешне он выглядел достаточно сурово для своей суровой, особенно в условиях войны, должности. И в то же время, внимательно присмотревшись, можно было увидеть, что суровый полковник человек добрый. Это читалось в его глазах, теплых и доброжелательных.

Таким Мовян предстал перед Егором Астафьевым, когда тот, наконец, после длительного марша встретился с ним в штабе Объединенной группировки войск. Время было 19.30, но полковник сдержал слово, никуда не ушел. На КПП при упоминании фамилии Мовян дежурный прапорщик лично провел Егора к полковнику. Тот встретил радушно, но сдержанно, по-деловому, по-военному.

– Егор Васильевич Астафьев?

– Так точно, товарищ полковник!

– Простите, но разрешите взглянуть на ваши документы – паспорт или военный билет.

Все же в полковнике первенствовал контрразведчик. Ему необходимо было убедиться, что встречает нужного человека, и он сделал это. Посмотрев документы, вернул их Егору.

– Еще раз извините, сами понимаете, служба.

– Я все понимаю.

– Тофик звонил мне, Вазген звонил, говорили, что у вас срочное дело в Чечне, а именно в Аргуне, я правильно их понял?

– В основном да! Если быть точнее, мне нужна связь с командиром N-ского полка полковником Галкиным. Можно с ним связаться немедленно?

– Можно, и это мы сейчас сделаем. Один вопрос. Меня вы не хотите посвятить в свои тайны? Согласитесь, не каждый нормальный человек просто так, чтобы встретить друга, отправится в воюющую республику. Мне понятно, что в Чечне у вас есть дела поважнее обычной встречи с бывшим заместителем. Или я не прав, командир «Вепря»?

– Не хочу и не буду вас обманывать. Да, действительно, в Чечню меня привело не только желание встретиться с Галкиным. И есть дела поважнее, в этом вы правы, в частности, это касается освобождения человека, захваченного и незаконно удерживаемого в заложниках. Но моя миссия исключает чье-то постороннее участие в деле освобождения заложника и тем более какие-то массовые действия против преступников. Они, я имею в виду тех, кто удерживает женщину, а именно женщина находится в заложниках, тесно связаны с преступниками в Москве. И всякое массированное вмешательство извне может привести только к одному – гибели женщины. А вот этого я допустить не должен!

– И рассчитываете в одиночку вытащить ее отсюда? Не слишком ли вы самоуверенны, Егор Васильевич?

– Понимаете…

– Извини, но давай на «ты» и называй меня, как и друзья, Славиком, – перебил Егора полковник.

– Понимаешь, Славик… К сожалению, я не могу сказать тебе больше того, что уже сказал. Я понимаю, твоя помощь будет эффективной, но она в то же время может дать и обратный эффект, что незамедлительно приведет к непоправимым последствиям. Так что спасибо. А самонадеян ли я? Наверное! И все же надеюсь, при всей, казалось бы, обреченности, переиграть противника. Кое-какой опыт в этих делах у меня есть.

– Не спорю! Сама должность, пусть и бывшего командира специального подразделения, которое занималось освобождением пленных в Афганистане, говорит о многом. Дай тебе бог, Егор, только не ошибиться и самому не попасть в сети экстремистов. Конечно, если они не допускают варианта вторжения извне, то…

– Напротив! Бандиты знают о том, что к ним вышел профессионально подготовленный человек с прямой целью не только освобождения заложницы, но и уничтожения главы похитителей!

На лице полковника отразилось крайнее удивление. Наверное, он в конце концов посчитает Егора сумасшедшим.

– Ничего не понял! Так боевики знают о тебе?

– Да, и информацией они обладают достаточно полной, чтобы подготовить мне встречу.

– И ты все равно идешь в их логово?

– Как видишь!

– Ну ничего не понимаю!

– А тебе, Славик, ничего и не надо понимать, извини. Мои проблемы – это мои проблемы.

– Но… черт возьми, у тебя же нет ни малейшего шанса не только спасти женщину, но и вернуться самому! Неужели ты не понимаешь этого?

– Все я понимаю, поэтому, думаю, нам не следует продолжать эту тему. Окажи любезность, свяжи меня с Галкиным!

– Ну и ну! Впервые встречаюсь с подобным. Ты и в Афгане действовал так же?

– Как «так же»?

– Нелогично!

– Не всегда, но приходилось! И, как ни странно, это почти всегда приводило к нужным результатам!

– Знаешь, если ты провернешь эту операцию, я был бы не против заиметь заместителя в твоем лице. Или советника, на выбор!

– Это дело будущего, что сейчас об этом говорить? Выполни лучше мою просьбу!

– Ах да, конечно! Извини!

Полковник вызвал к себе дежурного связиста.

– Капитан Фролов по вашему приказанию прибыл, товарищ полковник!

– Обеспечь-ка мне, дружок, спутниковую связь с командиром «Вислы» (кодовое название полка Галкина). И как можно быстрее. Связь выведи сюда!

– Есть! Разрешите идти?

– Идите!

Капитан вышел.

– Егор, это, конечно, не мое дело, но та женщина, ради которой ты идешь на смертельный риск, многое для тебя значит?

Егор улыбнулся:

– Ты не поверишь, но я видел только ее фотографию.

– Тебя заставили вступить в игру?

– Да!

– Но ты же с твоими-то навыками можешь спокойно уйти из-под контроля тех, кто считает, что прочно посадил тебя на «крючок».

– Мог бы, и сначала так и хотел поступить, но потом подумал: а кто поможет невинной женщине? Кто, Славик, если не я?

– А собственная жизнь, значит, побоку?