Александр Тамоников - Боевой расчет

– Посмотрим! И сколько мне здесь предстоит кантоваться?

– Столько, сколько нужно! Что, без баб тяжело будет? Ничего, онанизмом погрешишь немного! На зоне баб тоже нет, и сидят там долго! Обходятся как-то! Привыкай и ты! – Абдулла засмеялся. – Ладно, шучу я, но предупреждаю, люди, что будут с тобой, не для отдыха наряжены. Они будут следить за тобой! Смотри, не сделай глупости. Убивать не будут, а вот калекой на всю жизнь оставить могут. А тебе это надо?

– Что твой Хозяин думает об Астафьеве?

– Во-первых, наш Хозяин, а во-вторых, тебя это не касается! А вот и ребята мои подкатили!

К машине Абдуллы подъехала «десятка», из нее вышел крупный парень, подошел к двери начальника. Тот вышел на улицу:

– Салам, Марат! Все нормально?

– Салам, Абдулла! Нормально!

– Продуктами затарились плотно?

– Недели на две хватит!

– Хорошо, разгружайтесь, потом с клиентом познакомлю и проинструктирую!

Прибывшие молодые крепкие парни начали выносить из машины пакеты, свертки, баулы, ящики с пивом и минеральной водой. У них было и оружие – автоматы «АКСУ».

Карельскому определили черную комнату, без окна, поставили там кровать.

– Ну вот и все, Андрей Викторович, апартаменты, конечно, не как у тебя дома, но временно потерпишь, счастливо оставаться! До скорой, надеюсь, встречи! Марат! – позвал Абдулла старшего. – Проводи меня!

Тот вышел из дома следом за начальником.

– Марат! Ни в коем случае не упусти русского! Это приказ Хозяина! Будет дергаться, успокой, припугни, но, смотри, не убей случайно! Пощады тогда не жди!

– Я все понял, Абдулла!

– Машины спрятать, сидеть дома, связь со мной только в экстренном случае! По деревне не шастать! И вообще чтобы дисциплина была на уровне, с тебя спрошу! Все, свободен!

Марат вернулся в дом. Абдулла по спутниковой связи доложил Хозяину, что его приказ в отношении Карельского выполнен, и, поднимая за автомобилем облако пыли, ушел по грунтовой дороге к шоссе, ведущему в город.

Вечером того же дня Дмитрий Петрович Вишняков узнал, что исчез Карельский. Оставив дома охрану, взяв с собой две объемные сумки, выехал на личном автомобиле в неизвестном направлении. И после этого о нем ни слуху ни духу!

Вишняков вызвал Рудакова:

– О Карельском знаешь?

– Да, доложила охрана!

– И что скажешь по этому поводу?

– Одно скажу, сука твой Карельский, Дмитрий Петрович! Он работал на похитителей, он и Вику им сдал! И о своих людях, пошедших за Астафьевым, сообщил кому надо. То, что пацаны погибли, его работа, уверен!

– Но почему? Зачем? Ты мне это объясни.

– Деньги, Дмитрий Петрович! «Чехня» перекупила его с потрохами, и все дела!

– У тебя, как у начальника службы безопасности, факты против него есть?

– Он слишком хитер, чтобы дать против себя компрометирующий материал.

– А тебе не приходит мысль, что его, как и Графа, Ганса и Крюка, также могли убрать?

– Кто?

– Ты меня спрашиваешь? Или я должен задать этот вопрос?

– Извини! Если бы он был чист и чувствовал опасность, то обратился бы за помощью к вам, а не побежал бы из города, – переходя с «ты» на «вы», ответил Рудаков, указывая на очевидное. – Вещи же свои он дома не оставил? Значит, планировал слинять. Или ему дали на это команду. Он спешно покинул дом после того, как ему кто-то позвонил! Знать бы, кто сделал этот звонок…

– А почему его телефоны не прослушиваются? – спросил Вишняков.

– Основные прослушиваются, а вот сотовые он менял чуть ли не каждый день. Последний, например, приобрел позавчера. Сам понимаешь, никакой возможности заложить в трубу «жучок» в таких условиях мы не имели.

– Не нравится мне все это. Будем считать, что Карельского мы упустили, но это предвестие каких-то очень нехороших перемен, нутром чую! Надо усилить охрану и вообще все хорошо обдумать! Но главное, и я молю господа об этом, чтобы Астафьев сумел выполнить поставленную перед ним задачу! Тогда, уверен, все прекратится.

– Согласен! А охраной я займусь особо! С завтрашнего дня переведу ее в режим усиленного несения службы. Думаю, это не будет лишним.

Егора на вертолетной площадке полка встречал сам полковник Галкин. Винтокрылая машина, на минуту коснувшись бетонки и дав возможность Астафьеву покинуть борт, тут же взмыла вверх, догонять своих небесных собратьев.

Павел тут же подошел к Егору, не дожидаясь, пока уляжется пыль от винтов.

– Командир! Вот кого не чаял увидеть здесь!

Друзья обнялись.

– Ну пойдем ко мне, удобств минимум, сам понимаешь, но ничего, мы привычные, и стол уже накрыт, и водка стынет!

Офицеры прошли через плац полка, мимо штаба в командирскую палатку. Там посередине стоял стол, накрытый по-фронтовому: бутылка водки, алюминиевые кружки, открытые банки с тушенкой, рыбные консервы, кое-какая зелень и хлеб.

– Присаживайся, командир! Если бы ты знал, как я рад тебя вновь увидеть! Тогда, на вокзале, все так быстро произошло, что и в памяти не отложилось, так, какой-то эпизод. Сам-то как? На «гражданке»? – спросил Галкин, разливая водку по кружкам.

– Мне не надо, Паш! – остановил его Егор.

– Что так? – не понял Павел.

– Нельзя мне, Паша.

– Не понимаю, но подчиняюсь! А я немного выпью, если ты не против?

– Да ради бога!

Полковник выпил граммов сто, предложил Егору закусить вместе с ним. Астафьев от пищи не отказался.

– Так ты не ответил, Егор, как устроился на «гражданке»?

– А никак, Паша! Пошел на дно! В прямом смысле слова. Жена загуляла, я запил, семья распалась, Галина в поисках шикарной жизни трагически погибла. Я продолжал катиться вниз, пока обстоятельства не остановили.

– Встретил другую женщину?

– Если бы так… Хотя можно, наверное, и так сказать!

Егор закурил, печально и задумчиво глядя в колыхающийся на ветру квадрат окна в брезенте.

– Что же произошло? – осторожно спросил Павел.

Егор оторвал взгляд от окна:

– Сейчас я тебе все расскажу. Без твоей помощи мне не обойтись, поэтому-то я и нахожусь у тебя. Только, пожалуйста, не перебивай. На все вопросы твои я отвечу позже.

Галкин слушал очень внимательно.

– …Вот так, Паша, через Тофика, его брата Вазгена и их земляка полковника Мовяна я и попал к тебе в полк. И теперь ты знаешь, для чего я прибыл сюда!

– Да! – только и смог выговорить Галкин. – Значит, решил со смертью поиграть? Поставил на себе жирный крест и пошел ва-банк? Или пан, или пропал?

– Примерно так!

– Одного не пойму, Егор! Ты же всегда просчитывал вероятность успеха любой операции! Неужели сейчас не видишь, не понимаешь, что даже поиграть со смертью у тебя нет ни малейшего шанса? Не успеешь ты затеять эту игру!

– Это еще как посмотреть, Паша!

– Да как ни смотри, хоть в профиль, хоть в анфас!