Виктор Доценко - Война Бешеного

— Черт, а как же мы тогда узнаем, когда они золото повезут? — воскликнул Воронов.

— Думаю, что это не будет большой проблемой, — ответил Богомолов, — для такого груза охрана ох какая нужна. Такую ораву мы всегда сможем засечь. Так что, майор, придется тебе опять в командировку отправляться. Возьмешь это на себя.

— Да я готов хоть сейчас!

— Сейчас еще рано, через пару дней поедешь. Вдруг жена твоя на меня собак спустит за то, что дома не бываешь, — шутливо сказал Богомолов.

— Спасибо за заботу, Константин Иванович, — улыбнулся в ответ Воронов.

Прошло еще две недели томительного ожидания. Наконец объявился Воронов, приславший факс на имя Богомолова с экстренным сообщением:

«Груз готов. Наблюдал конвой. Груз — двадцать ящиков зеленого цвета с ручками для переноски — отправлен в местный аэропорт. Из-за плохой погоды переброска перенесена на завтра. Вероятнее всего, груз полетит на вертолете с милицейскими опознавательными знаками. Конечный пункт назначения неизвестен…

Воронов».

В кабинете генерала прошло короткое совещание, на котором были разработаны меры по задержанию груза. Сам Константин Иванович и двое его доверенных офицеров немедленно вылетели в Забайкальский пограничный округ с тем, чтобы лично участвовать в задержании.

Операция прошла как по нотам: служба слежения ПВО засекла нужный Богомолову вертолет, и на подлете к российской границе два истребителя-перехватчика посадили вертолет. К нему немедленно вылетели на нескольких вертолетах пограничники и Богомолов со своими офицерами. Убедившись в том, что груз цел и невредим, перехваченную тонну золота перевезли в ближайший пограничный отряд и оттуда со всеми предосторожностями доставили в Москву.

Сопровождавшие золото двое офицеров милиции, пилот вертолета и двое людей Кузнецова были арестованы и на том же военно-транспортном самолете, на котором везли в Москву золото, переправлены в столицу, где и были заключены под стражу в специзолятор ФСБ в Лефортове.

О том, что везли в ящиках на вертолете, и то, что операция была проведена под руководством ФСБ, никто из рядового пограничного состава так и не узнал. Генералу Богомолову удалось обеспечить полную секретность. Даже руководству областной милиции, где верховодили люди Кузнецова, было официально объявлено, что принадлежавший их ведомству вертолет бесследно исчез на подлете к Алтаю и что специальные подразделения сейчас ведут усиленные его поиски.

Пока в Лефортове следователи проводили допросы сопровождавших груз, Богомолов получил официальное разрешение от Генерального прокурора на прослушивание переговоров попавших в поле зрения следствия людей. Кравченко, вернувшийся с Дальнего Востока, Воронов и подключившийся к ним Бешеный плотно уселись на хвост «Совету пятерых».

Правда, Кузнецов, как только узнал об аварии вертолета, тут же укатил в свою область разбираться в случившемся. А азиатский президент сказался больным и даже не стал участвовать в очередном совещании глав стран, входящих в СНГ, безвылазно засев в резиденции неподалеку от столицы своей республики.

Генералу иногда даже думалось, что Совет потерпел фиаско, что члены его разбежались, как тараканы, по углам. Но наблюдение за оставшимися тремя «советчиками» говорило о том, что каждый из этой троицы начал проявлять необыкновенную активность. Особенно Велихов.

Воронову удалось перехватить один телефонный разговор банкира, который он вел с английским предпринимателем мистером Сэндвиком. Велихов откровенно намекал, что предпринимает большие усилия для налаживания, как он выразился, «прямого и гладкого финансового пути», по которому будет перемещать большие денежные суммы из Москвы в банки западных государств.

Капитану Кравченко тоже улыбнулась удача: он смог документально зафиксировать встречу трех московских членов Совета в одном из служебных кабинетов правительства в Белом доме. Микрофон, установленный в ручных часах депутата Думы Виктора Захаровича, помог узнать, о чем шла речь на этой встрече. Члены Совета решали, какие меры им придется предпринять, если золото так и не будет обнаружено.

После двухчасового разговора тройка пришла к выводу, что надо активизировать связи с западными и восточными рынками и наиболее эффективно использовать для этого служебное положение. Первый заместитель премьера собирался в ближайшем же месяце отправиться в командировку в Италию, и Велихов посоветовал ему обязательно встретиться с Доном Кастелло, который контролировал на юге Италии не только все строительство, но и кожевенное и даже винное производство.

Савелий, чувствуя, что кольцо вокруг «Совета пятерых» неуклонно сужается, опасался, что ему не удастся отомстить Велихову за Олега Вишневецкого. Теперь, когда следствие шло по официально контролируемому пути, Бешеный все больше оказывался в стороне от главных событий и ему все меньше оставалось лазеек, чтобы быть рядом с банкиром. Он понимал, что таким способом генерал Богомолов и Андрей Воронов ограждают его от необдуманных действий, на которые Савелий определенно был способен.

Савелий продолжал честно делать порученное ему дело и терпеливо ждал удобного момента для решительного шага…

Ранним мартовским утром Сергей Петрович Челышев, сорокалетний первый заместитель мэра города Санкт-Петербурга, вышел из подъезда своего дома. Сопровождавший его телохранитель предусмотрительно открыл перед шефом дверцу его служебной «Вольво». Сергей Петрович сел на заднее сиденье. Телохранитель уселся спереди рядом с шофером.

— Иван, в мэрию! — приказал вице-мэр шоферу, доставая из портфеля несколько документов, которые он хотел еще раз проглядеть перед утренней планеркой.

Машина тронулась. Проехав по улице Рубинштейна, «Вольво» затормозила на пересечении улицы с Невским проспектом. Сергей Петрович не любил включать полагающиеся ему по рангу сирену с мигалкой, и шофер, стоя в левом ряду, поджидал, когда на светофоре загорится зеленый свет.

Поток машин на Невском схлынул, светофор мигнул зеленым, давая дорогу, и «Вольво» медленно стала выворачивать на проспект. Вдруг заднее стекло автомобиля разлетелось на мелкие стеклянные брызги, вслед за звоном раздалось еще два отчетливых щелчка; охранник ощутил, как в его кресло сзади что-то с силой ударило. Шофер, демонстрируя отличную реакцию, резко вывернул руль вправо и подогнал машину к обочине. Телохранитель тем временем перелезал на заднее сиденье, где среди забрызганных кровью осколков стекла, скрючившись, лежал тяжело раненный — это было видно сразу — Челышев.

— Гони в больницу! — заорал охранник шоферу.