Виктор Доценко - Кремлевское дело Бешеного

— Все понял: не напрягайся! — прервал его догадливый Андрей. — Тогда жду твоего звонка. Когда примерно?

— Завтра днем.

— Заметано!

Савелий дал отбой и тут же снова принялся набирать другой номер. Он звонил своему названому брату Андрею Воронову, который в звании майора работал оперативником в ФСБ.

— Привет, Андрей! Помощь твоя нужна в одном деле, — сказал Савелий.

— Да я в курсе, мне Богомолов уже не только рассказал, но и приказал… Говори, в чем помощь требуется.

— Костя засек номер «Волги», которая пасла мой «жигуль». Узнай, откуда она.

Савелий продиктовал номер «Волги» и пообещал перезвонить Воронову через десять минут. Вскоре он уже ехал в сторону Дмитровского шоссе, где, как Савелий узнал от Андрея, располагался гараж частного охранного предприятия «Гарант», которому и принадлежала пресловутая черная «Волга».

Узнал он от Воронова и еще один любопытный факт: ОЧП «Гарант» был дочерней структурой Фонда социальной помощи военнослужащим, реальным главой и полновластным хозяином которого был один из самых активных членов «семьи», бывший генерал ФСБ, а ныне советник Президента по безопасности Кирилл Сергеевич Калошин, фамилия которого не раз фигурировала в тех документах, которые Савелий добыл в Швейцарии.

Номинально учредителями Фонда являлись Минобороны, МВД и ФСБ, но последние несколько лет Фонд, в результате усилий Калошина, работал фактически бесконтрольно. За эти годы «Гарант» практически превратился в организованную преступную группировку, использующую в качестве политического прикрытия незначительные, но всегда громкие «благотворительные» акции.

При помощи созданного на базе «Гаранта» собственного мощного информационно-аналитического центра Калошин, накопив компромат на «олигархов», подкатывал к ним и предлагал «поделиться», в случае отказа наводя на упертые банки через своих приятелей-«силовиков» аудиторские проверки. Для клиентов помельче у Калошина имелось охранное предприятие, действовавшее, как заправские рэкетиры, исключительно по-рэкетирски силовыми методами.

Оперативники из МВД знали о некоторых «операциях» «Гаранта», но ничего с Калошиным не могли поделать: он был непотопляем, пока находился рядом с Президентом и дружил с руководством силовых структур.

Савелий оставил машину в соседнем дворе и направился к гаражу. Выдав себя за шофера, ищущего работу, он проник на территорию и, походив вокруг и поболтав с шоферюгами, убедился в том, что искомая «Волга» стоит полуприкрытая брезентом в одном из гаражных боксов.

Этого Савелию пока было более чем достаточно. Теперь надо было возвращаться сюда с подкреплением: охрана гаража была многочисленна и вооружена стрелковым оружием. В одиночку тут делать было нечего. А Савелий жаждал узнать, кто же конкретно отдал приказ о его ликвидации.

Он хотел уже позвонить Ростовскому, как вдруг его словно в бок кто-то толкнул.

«Странно!» — промелькнуло в голосе Савелия, и он решил настроиться.

Не успел он сосредоточиться, как ему послышался далекий и очень слабый голос Константина:

— Помоги-и-и…

Не раздумывая ни секунды, Савелий бросился к машине…

А в это время сотрудники «Гаранта» готовили захват Рокотова-младшего, уверенные, что это Сергей Мануйлов. В операции было задействовано четверо профессионалов. Один сидел за рулем «скорой помощи», а двое, изображая врачей, по поддельным документам должны были, по распоряжению главного врача «Склифа», забрать раненого, чтобы перевезти в Боткинскую больницу якобы для экстренной операции. Четвертый был одет в форму сотрудника ОМОНа и в кармане имел классно изготовленные документы этого отдела. Именно он должен был под любым предлогом отвлечь сотрудника, охраняющего вход в палату. На этой предосторожности настоял Савелий, и Богомолов не стал возражать, распорядившись о трехсменной охране своего племянника.

Скорее всего, все прошло бы без сучка и задоринки, поскольку время было выбрано очень удачное: семь часов вечера. Главврач вызван по заранее запланированной схеме в Министерство здравоохранения, а старший дежурный врач, отработав свою смену, готовился к замене своим коллегой из второй смены и вряд ли стал бы вникать в детали ситуации.

Все было против Константина, но… в этот самый час его решил навестить Савелий Говорков. Мама Рокотова обрадовалась приходу Савелия: ей нужно было срочно побывать дома.

— У тебя; Сереженька, есть пара свободных часов, пока я не вернусь? — спросила она.

— Мама, зачем ты нагружаешь его всякими глупостями? Что я, сам не справлюсь? Если что понадобится, то охранника попрошу, — слабым голосом взмолился Рокотов-младший.

— Не вмешивайся, — оборвал его Савелий, — и говори поменьше, сил набирайся! Кстати, а где твой охранник? /

— Разве он не стоит у дверей? — удивилась женщина.

— Нет…

— Странно, с полчаса назад я с ним разговаривала и даже предлагала, если ему приспичит, предупредить и спокойно отойти по своим делам, я же все равно здесь…

— Наверно, ему неудобно было просить женщину, вот и отошел в туалет, — попытался успокоить ее Савелий. — Вы идите, а я здесь побуду, и не волнуйтесь: вас дождусь!

— Спасибо, Сереженька! Дай бог тебе здоровья! Побежала я! — Быстро накинув на себя пальто, она тут же вышла.

— Да не волнуйся ты так, приятель, может, действительно приспичило парню, а рыжие ведь такие стеснительные, — проговорил бодрящимся голосом Константин, заметив тревогу Савелия.

— Конечно, конечно! — задумчиво кивнул тот. — Ты постарайся заснуть, а я попытаюсь все выяснить, договорились?

Савелий заботливо поправил его одеяло, подоткнув с боков, чтобы не поддувало, и тихонечко выглянул из палаты. Коридор был пуст, охранника все еще не было. Он вышел и подключил свою энергию. Никаких тревожных сигналов не ощутил, но его слух уловил то ли стон, то ли призыв о помощи. Савелий понимал, что это больница: мало ли кто может стонать? Но его почему-то эти звуки заставили насторожиться. Ему хотелось пойти и проверить, но оставлять Константина одного все же не стоило. В этот момент он и увидел охранника.

— Почему вы оставили свой пост? — недовольно спросил Савелий.

— Живот прихватило, — явно смутился тот.

Однако Савелия насторожили его неспокойные глаза, словно он был чем-то напуган. И вдруг Савелий вспомнил примету Константина: рыжий! Этого высокорослого парня даже с натяжкой трудно было назвать рыжим.

Интуиция Савелия не подвела и на этот раз: парень был действительно озадачен тем, что перед ним вдруг возник тот, кто был очень похож на человека с фото, кого им приказано было убрать. Он даже подумал: «Не брат ли это?»

Его сомнения уловил Савелий и решил воспользоваться его нерешительностью. В конце коридора появились двое больных, которых сопровождала медсестра, и пришлось срочно принимать решение.