Олег Маркеев - Тотальная война

— Прекрасно. Предупредите о визите заранее, я сварю настоящий кофе.

Морщины на лице профессора поползли к вискам. Улыбка печального мима держалась на его лице до тех пор, пока за Максимовым не закрылась дверь. Потом складки опали, глубокими бороздами залегли вдоль носа. Уголки губ загнулись книзу, и на лице Брандта образовалась презрительная гримаса.

Он вернулся к столу. Разгреб бумаги, вытащил из-под них телефон. По памяти набрал номер.

— Здесь Брандт, — отрывисто, перейдя на немецкий, бросил он в трубку. — Он был у меня. Я сделал все, что вы хотели. И не надо меня благодарить, герр Блюм! Лучше дайте старику спокойно работать, мне не так уж много осталось.

Он. швырнул трубку на рычаг.

Максимов пересек лужайку. Игроков на ней уже не было, лишь в дальнем конце в кружок расселась группка студентов. Карина ждала его там, где он ее оставил, — на скамейке под старым вязом. Он специально пошел к ней не по прямой, а по дуге, надеясь, что за это время у скамейки покажется новая знакомая Карины, блондинка, которую он не успел разглядеть из окна.

— Пошли, галчонок, — сказал он, подойдя к скамейке сбоку.

— Ой! — встрепенулась Карина, уронив на колени книжку. — Так и заикой оставить можно, Максим!

— А ты время от времени смотри по сторонам.

— Что-то ты злой. — Карина внимательно посмотрела ему в лицо.

— Просто устал. Не скучала?

— Не-а. Побросала диск с ребятами.

— С теми? — Максимов кивнул на группку в дальнем углу лужайки.

— Нет, они уже ушли. Такой рыжий-конопатый Ганс и фроляйн а-ля Клава Шиффер. Тебе бы она понравилась.

— С чего ты взяла?

— А на таких все мужики западают.

— «Если все, то не я». Не помню, кто сказал. — Он сел рядом с Кариной. — Они тебя пригласили или ты сама подошла?

— Диск рядом упал. Я им бросила, ну и само собой получилось… Слушай, а что ты такой подозрительный? Знаешь, шпиономания — одна из форм паранойи.

— Галчонок, я ходил в школу в те года, когда в нашей стране шпиономания не считалась болезнью. Только не надувайся, как мышонок на крупу.

Он потрепал ее по макушке.

— Ты французский не забыла? Нужна твоя помощь. — Максимов достал мобильный и стал набирать берлинский номер Нуаре.

— Рада стараться, ваше высокоблагородие! — Карина отдала честь, прижав ладонь к виску.

— Вольно, боец. — Максимов усмехнулся. — Сейчас к трубке подойдет человек по имени Леон Нуаре. Он журналист. Поболтай с ним. Представься парижской знакомой, Вряд ли он их всех помнит. Попробуй узнать, можно ли с ним завтра встретиться. Если клюнет, сразу прерывай разговор.

Карина пожала плечами. Взяла трубку. Максимов суеверно сжал кулак.

Соединили быстро. Карина, услышав в трубке мужской голос, показала большой палец и хитро подмигнула. Дальше пошел беглый разговор на французском. «Молодец, не переигрывает. Впрочем, разводить мужиков они теперь умеют чуть ли не с пеленок. Жестокое время, и детки растут зубастые, как волчата», — думал он, следя за Кариной.

— Але, але… Але. — Карина все дальше относила трубку от губ, потом нажала кнопку отбоя. — Вуаля! — Она протянула трубку Максимову. — Клиент готов. Смешные вы, мужики, ей-богу!

— Ага, обхохочешься, — из мужской солидарности проворчал Максимов. — Что он сказал?

— Ну, мадмуазель Мари он помнит, но смутно. — Карина хихикнула. — В Париже Мари, как в Москве Маш. А если серьезно, до. конца недели будет в Берлине. Связаться можно в любое время по этому телефону.

Максимов закурил. Время от времени бросал взгляд на то узкое окошко под самой крышей, где по его расчетам находилась каморка профессора.

Карина ждала, положив рюкзак на колени. Молчание затянулось, и она, придвинувшись, положила голову на плечо Максимову.

Срочно

Конфиденциально

г-ну Хиршбургу

Этап «Архивариус» успешно завершен.

«Мангуст» и «Вольхен» срочно покинули гостиницу. На арендованной машине «опель-вектра» ВС497СА выехали на федеральную автостраду Гамбург — Берлин. В силу этого подводка к «Вольхен» агента «Мисти» продолжения не имела.

Передвижение «Мангуста» контролируется, попыток оторваться от наружного наблюдения до настоящего времени не предпринимал.

Совершенно секретно

Берлинская резидентура СВР,

т. Забелину

Получена достоверная информация о тесных контактах Леона Нуаре с руководством группы «Аль-Джамаа» (Алжир). [36] Исламская вооруженная группа численностью в несколько тысяч человек. Финансируется алжирской диаспорой в Европе, из Ирана и Судана. Руководитель — Хасан Хаттаб. Террористы «Аль-Джамаа» обвиняются в убийстве президента Алжира Моххамеда Будиафа в 1992 году и взрыве в том же году аэропорта в столице Алжира.

При дальнейшей разработке объекта присвоен псевдоним «Легионер», прошу получить дополнительную информацию по следующим вопросам:

— маршрут движения группы;

— особенно: интервалы на марше (короткий привал с маскировкой каждые 80 минут является признаком противодействия спутниковой разведке);

— состав группы, с целью установить возможное участие в операции Исламского движения Узбекистана; [37] Основано в 1996 с целью создания исламского государства в Ферганской долине. Штаб-квартира — Кандагар (Афганистан). Лидеры ИДУ поддерживают тесные контакты с разведками Пакистана и Саудовской Аравии. Отряды ИДУ, насчитывающие несколько тысяч человек, оснащены современным вооружением, включая установки «Град» и средства ПВО.

— судьба оставшихся в живых членов группы. Для дальнейшей разработки объекта признано целесообразным переместить операцию на территорию России.

Ярослав Садовский в третий раз выполнил проверочный маневр, прокатившись по переулкам. Немецкая или чья-то там еще «наружка», наверное, в этот час пасла других. Во всяком случае, «хвоста» не наблюдалось. Правда, могли ждать в конечной точке маршрута, но на этот случай у кафе Ярослава уже страховали. Сегодня в обеспечении вновь работал Витек. Вспомнив о молодом опере, Ярослав улыбнулся. У парня наверняка поджилки тряслись от страха и потная рубашка прилипла к спине. Подробностей операции он, конечно, не знал, но проникся ответственностью момента после часового инструктажа у и.о. резидента.

Вспомнив о Крысе, Ярослав болезненно поморщился. И его Крыс мурыжил не меньше часа. При этом сделал такое лицо, будто страдал от недельного запора. Провожал на плевое, по мнению Ярослава, мероприятие, словно речь шла не о возврате раритетной бляхи, а о передаче капсулы с концентратом бактерий дизентерии, чтобы усадить на горшок всю штаб-квартиру НАТО.