Альберт Байкалов - Убойный вариант

В день инсценировки нападения на автобус с омоновцами, ближе к вечеру, Шаману позвонил Нияз и приказал ехать сюда, в село Александровка, расположенное в тридцати километрах от березовой рощи, где поначалу остановились спецназовцы. Здесь они отыскали дом, в котором жила семья китайца по имени Ли, два года назад обосновавшегося в России и занимавшегося фермерским хозяйством. Уже на следующую ночь Джина на пару с Шаманом забрал и увез в Москву на стареньком «Опеле» человек Хакима, представившийся Александром. Он пробыл здесь не больше часа. За это время Антону так и не удалось у него узнать, что ждет его подчиненных в столице.

Жена и уже взрослый сын Ли с раннего утра возились в поле, начинавшемся сразу за домом. Они сгребали прошлогоднюю ботву в кучи, потом поправляли неказистую, сделанную из жердей изгородь, которая, по словам хозяина, лишь защищала их хозяйство от посягательств повсюду бродивших деревенских коров и коз.

Сам Ли был невысоким, с виду тщедушным мужчиной. Но Антон прекрасно знал: за безобидной внешностью скрываются сильный характер, воля, упорство и трудолюбие, которые, в сочетании с огромной работоспособностью, позволяют этой нации существовать и успешно вести бизнес в любой точке России. В Приморском и Хабаровском краях земляки Ли уже давно удивляют русских крестьян своими урожаями. К желтой экспансии Антон, как и большинство людей его профессии, относился настороженно. Он еще помнил времена, когда этот народ, во главе со своим руководством, претендовал на территории аж до самого Байкала. Он не исключал вероятности того, что, беспредельно преданные своей стране и партии «друзья навек», в случае обострения обстановки, аналогичной той, что произошла в шестидесятых, могут доставить много хлопот малозаселенному русскими Дальнему Востоку.

Его не особо удивила инструкция Нияза отыскать этого китайца. Еще Радуев лет десять назад на торжественном построении выпускников одной из диверсионных школ в Грозном рекомендовал в своей работе против русских опираться на помощь азиатов. Замкнутость их общин, круговая порука, языковой барьер, страшные казни за предательство, характерная внешность, делающие людей этой расы похожими друг на друга, создают российским спецслужбам большие проблемы при разработке мафиозных структур восточного соседа.

Шаркающей походкой из дома, в котором, казалось, даже стены пропитались запахом чеснока и каких-то специфических китайских специй, вышел хозяин. Редкая бородка, усы, раскосые глаза на сморщенном, как печеное яблоко, коричневом от загара лице создавали ощущение, что этому человеку уже давно перевалило за полвека. На самом деле ему не было еще и сорока.

– Плохой нынче погода, – цокнув языком, Ли покосился на Антона, потом, задрав голову в небо, некоторое время над чем-то сосредоточенно размышлял. – Солнце слишком жаркий. Земля обманет. Все взойдет, а апрель мороз будет. Погибнет молодой побег.

– Ты как познакомился с Ниязом? – заметив, что Фазиль ушел со двора, осторожно поинтересовался Антон.

– Какой Нияз? – китаец сделал лицо удивленным. – Не знаю такой.

– Почему нам помогаешь? – не унимался Антон. Даже если потом китаец расскажет своему покровителю о проявленном русскими любопытстве, можно все списать на обыкновенное волнение перед поездкой неизвестно куда.

– Ли всем хоросым людям помогать. – Китаец улыбнулся, оголив два крупных передних зуба. – Чечен хоросый мужик. Паспорт сделал, гражданство помог. Здесь дом нашел. Председатель предупредил: «Ли тронешь, плохо будет».

Антон отвернулся, обдумывая услышанное. По всему выходило, что китайцы помогают террористам, наверняка даже не зная, кто эти люди на самом деле. Возможно, просто в благодарность за то, что те по своим каналам в республике и через мощные преступные кланы в средней полосе, сросшиеся с бюрократической машиной, оказывают им разного рода помощь. Но если такие фермы используются для отсидки боевиков, лечения раненых или больных террористов, тогда все намного сложнее. Не исключено, что и здесь, у Ли, имеется какое-то укрытие, где томится очередной заложник. Подумав об этом, Антон непроизвольно посмотрел в сторону загонов для скота, построенных, со слов китайца, за месяц, собственными руками.

Кирпичный коровник, кошара, свинарник. С утра население этого мини-животноводческого комплекса блеяло, визжало, похрюкивало и мычало. За ними, чуть дальше, блестели стеклом и полиэтиленовой пленкой крыши пяти довольно длинных теплиц.

– Слушай, Ли, – Антон перевел взгляд на высокий дощатый забор, которым был обнесен этот участок, – а как же вы со всем этим втроем управляетесь?

– Помощник есть. Два мусик. Рядом живут. – Узкие глазки китайца превратились совсем в щели, но от внимания Антона не ускользнуло, как забегали его зрачки. – Плачу. Мало-мало работают.

– А сейчас где эти мужики?

– Пока у меня гость от Нияз, отпуск сделал.

– Какой Нияз? – Антон прикинулся, что уже забыл, как пытался выяснить у китайца, откуда он знает чеченца.

– Ты же спрашивал? – Ли повеселел, восприняв подвох как шутку.

Подошел Фазиль. Окинув Антона с ног до головы изучающим взглядом, словно впервые увидел, он стал тряпкой оттирать от мазута ладонь правой руки.

– Завтра с утра можно ехать.

– А почему не сейчас? – удивился Антон. – За четыре часа доберемся. Тем более продукты загрузили.

– Как загрузили, так и выгрузят. – Чеченец насмешливо посмотрел на Дрона и Тумана, услышавших диалог. – Этого времени нам хватит, только чтобы добраться до Грозного.

– А что – нам дальше? – нахмурился Антон.

– Пока не знаю, – пожал плечами Фазиль.

– Так когда будем на месте?

– Когда надо. – Чеченец нахмурился и прошел в дом.

Антон проследовал за ним. Миновав кухню, оказались в комнате, которую хозяин предоставил им для ночлега. Вдоль недавно побеленных стен, украшенных тростниковыми ковриками с замысловатыми рисунками и столбцами иероглифов, стояли три раскладушки, заправленные тонкими одеялами, на которых две ночи отдыхали спецназовцы. В простенке между окон на невысокой подставке стоял телевизор.

Чеченец уселся на стул, огляделся и вздохнул:

– Когда сюда ехал, почти никто не останавливал. Однако на постах скопились целые очереди из машин, которые ехали в Чечню.

– Думаешь, нас ищут? – догадался Антон.

– Думать не надо, так ясно. Несколько раз в месяц здесь бываю. – Он, прищурившись, посмотрел на Антона. – Давно такого не было. Видно, большой шум вы в этих краях подняли.

После ужина, который накрывали отдельно, сначала для гостей, потом для домочадцев, чеченец отправился спать в машину.

Антон, уверенный в том, что другого такого случая не представится, решил за оставшееся время во чтобы то ни стало более тщательно осмотреть хозяйство Ли.