Том Клэнси - Без жалости

— Одну минуту, вот здесь что-то есть — три бумажных пакетика с белым порошкообразным веществом. — Райан говорил на профессиональном языке. — Карманная мелочь, доллар семьдесят пять центов; зажигалка «Зиппо» из неполированной стали, дешевая. Пачка сигарет «Пэлл-мэлл» в грудном кармане рубашки и еще один пергаментный конвертик с белым порошкообразным веществом.

— Нападение с целью забрать наркотики, — констатировал Дуглас. Такое заявление не было слишком профессиональным, зато казалось совершенно очевидным. — Монро?

— Слушаю, сэр. — Молодой полицейский так и не сумел отказаться от привычек морского пехотинца. После каждой фразы он добавляет «сэр», заметил Дуглас.

— Наши друзья Баркер и Доналд — опытные дилеры?

— Джу-Джу уже торговал наркотиками, когда я прибыл в полицейский участок, сэр. Никогда не слышал, чтобы кто-нибудь нападал на него.

— На руках никаких следов борьбы, — заметил Райан, перевернув трупы на спину. — Руки связаны.., электрическим проводом, медная проволока, изоляция белого цвета, торговая марка фирмы, не могу пока разглядеть ее. Следов оказанного сопротивления не видно.

— Кто-то прикончил Джу-Джу! — воскликнул Марк Шарон, только что прибывший на место преступления. — Этот ублюдок фигурировал в моем расследовании.

— Два выходных отверстия на затылке мистера Доналда, — продолжал Райан, раздраженный этим вмешательством. — Наверно, мы найдем пули на дне этого озера, — мрачно добавил он.

— Нечего и думать о баллистике, — проворчал Дуглас. Такое было обычным явлением с пулями 22-го калибра. Начать с того, что сама пуля, сделанная из мягкого свинца, так легко деформировалась, что следы, остающиеся от внутренней нарезки ствола почти всегда невозможно опознать. Во-вторых, пуля 22-го калибра обладала огромной пробивной силой, даже большей, чем у пули 45-го калибра, и часто разбивалась о какой-нибудь предмет позади тела жертвы. В данном случае это был бетон тротуара.

— Ну-ка расскажи мне о нем, — Приказал Райан.

— Крупный уличный торговец наркотиками, широкая клиентура, — объяснил Шарон. — Ездит на хорошем красном «кадиллаке». Умный и изворотливый парень, — добавил он.

— Все это в прошлом. Примерно шесть часов назад кто-то проделал пару дырок в его черепе.

— Ограбление? — спросил Шарон.

— Похоже на то, — ответил Дуглас. — Практически мы не нашли у него ни денег, ни наркотиков. Тот, кто сделал это, настоящий профессионал, по крайней мере на это указывает все, Эм. Непохоже на какого-то наркомана, которому просто повезло.

— Я вынужден признать, что это все, чем мы располагаем, Том, — заметил Райан вставая. — По-видимому, стреляли из револьвера, но подобные группы страшно любят «специальные для субботнего вечера». Марк, тебе что-нибудь известно об опытном грабителе, работающем в этом районе?

— Только «дуэт», — пожал плечами Шарон. — Но их оружие — обрез охотничьего ружья.

— Это убийство похоже на работу мафии. Убийца смотрит им прямо в глаза — и бах! — Дуглас задумался о том, что сказал.

Нет, пожалуй, не совсем так, правда? Убийства, организованные мафией, почти никогда не бывают такими элегантными. Преступники редко являются настоящими снайперами и почти всегда пользуются дешевым оружием. Ему с Райаном приходилось расследовать немало убийств, связанных с бандами, и характерным для них было то, что жертву обычно убивали выстрелом в затылок с очень близкого расстояния, о чем говорили все судебно-медицинские признаки, или убийство осуществлялось настолько небрежно, что у жертвы находили дюжину ран, разбросанных по всей ее анатомии. А вот эти двое были убиты кем-то, хорошо знающим свое дело, и число высококвалифицированных палачей мафии крайне ограничено. Но кто говорит, что расследование убийства является точной наукой? Настоящее преступление представляло собой сочетание рутинных действий с необычными. Судя по тому, что исчезли деньги и наркотики, — это простое ограбление, но в то же время поражает то, как оно сделано: или стреляющему удивительно повезло — причем дважды, — или он искуснейший стрелок. А убийства, числящиеся за мафией, обычно не маскируют под что-нибудь другое, вроде ограбления. Эти убийства являются большей частью открытым публичным заявлением.

— Марк, ты ничего не слышал о войне между бандами? — спросил Дуглас.

— Нет, никаких разговоров на этот счет, ничего похожего. Многие дилеры ссорятся из-за выгодных мест, но и тут все обычно.

— Все-таки поспрашивай, — предложил лейтенант Райан.

— Обязательно, Эм, можешь не сомневаться. Мои люди постараются все разнюхать.

Это преступление нам не удастся раскрыть быстро — скорее всего, не раскроем его никогда, подумал Райан. Ну что ж, только по телевидению подобные убийства раскрываются в первые полчаса — между рекламными паузами.

— Я могу теперь заняться ими?

— Да, конечно, — кивнул Райан судебно-медицинскому эксперту. Его черный фургон стоял наготове, а день становился все жарче. Мухи уже жужжали над трупами, привлеченные запахом крови. Лейтенант направился к своему автомобилю в сопровождении Тома Дугласа. Остальным займутся рядовые детективы.

— Да, кто-то умеет стрелять — даже лучше меня, — заметил Дуглас, когда машина повернула к центру города. Однажды его включили в состав команды департамента полиции для соревнований по стрельбе.

— Сейчас немало людей, владеющих этим искусством, Том. Может быть, некоторые из них на службе у организованной преступности.

— Значит, профессиональное убийство?

— Давай пока будем называть это удачным, — предложил Райан в качестве альтернативы. — Дадим возможность Марку воспользоваться своей разведывательной службой.

— Это меня радует, — фыркнул Дуглас.

Келли проснулся в половине одиннадцатого, впервые за несколько дней наслаждаясь ощущением чистоты. Вернувшись в квартиру, он сразу принял душ, едва ли не опасаясь, что смытая грязь засорит канализацию. Теперь можно побриться, и это послужит компенсацией за недостаток сна. Перед завтраком — хотя вряд ли его так можно было назвать — Келли проехал полмили к местному парку и совершил тридцатиминутную пробежку, затем вернулся домой, снова принял восхитительный душ и поел. Теперь следовало" заняться делом. Вся одежда, которой он пользовался прошлой ночью, была уложена в коричневый бумажный пакет — брюки, рубашка, нижнее белье, носки и кроссовки. Ему было жаль расставаться с походной курткой, ее размер, и глубокие карманы оказались такими полезными, но потом Келли решил, что купит другую, может быть, даже несколько. Он был уверен, что капли крови на него не попали, однако из-за темного цвета одежды не мог утверждать этого. К тому же на одежде наверняка имелись остатки — пусть микроскопические — частиц пороха, а сейчас он не мог рисковать. Несъеденная пища и кофейный осадок тоже оказались в пакете, поверх одежды, и Келли отнес пакет к мусорному ящику жилого комплекса. Он даже подумал, а не стоит ли отнести пакет куда-то подальше, но потом решил, что это только вызовет лишние проблемы. Кто-нибудь может увидеть его, заинтересоваться его действиями и тем, почему он выбрасывает пакет. Избавиться от четырех гильз 22-го калибра было просто. Во время пробежки он бросил их в решетку канализационного люка. В полуденных новостях сообщили о том, что найдены два тела, но ничего больше. Может быть, в газетах появится более подробный отчет об убитых. Оставалось сделать еще одно.