Виктор Степанычев - Свободный охотник

Собственно, с этого момента и начиналась работа Гордеева.

То, что он преодолел три круга охраны, было детской игрой по сравнению с тем, что предстояло сделать. Машина была чистая, и он не прятал в укромных складках своего тела ни станковый пулемет, ни даже завалящую гранату. А то, что на втором посту заинтересовались его акцентом, так и на это был готов ответ. Станислав бодро доложил, что он гастарбайтер из Румынии и протарахтел заученную фразу на румынском языке. Задавший вопрос ретивый охранник изобразил на лице задумчивость, еще раз вглядевшись в темно-кремовый загорелый тон кожи Гордеева. Потом вяло пожал плечами, скорчил презрительную мину, дал команду пропустить микроавтобус. Надо полагать, что ЭТА и Румыния располагались в мозгах бдительного стража на разных полюсах, если последняя вообще занимала его мысли. А поэтому особой опасности для баскских инсургентов ни далекая Румыния, ни ее смуглый уроженец не представляли.

Оружие, два пистолета – 9-миллиметровый «Магнум» Deser Eagle («Орел пустыни») – с полными магазинами были запрятаны в торт. Несмотря на то что машинка эта была любимицей киношников, с ней красовались и Микки Рурк, и Сталлоне, и Шварценеггер, – стоило отметить, что по мощности и безотказности «Орел» являлся одним из лучших пистолетов мира. Точности стрельбы при длине ствола в 10 дюймов, особенно если «Магнум» находится в руках опытного стрелка, может позавидовать и спортивный «стечкин». Об убойности и говорить не стоит. Правда, тяжеловат немного, но в остальном – класс, а не пистолет.

Добраться до «Орлов пустыни» было проще простого. Требовалось лишь сорвать верхушку торта, ухватившись за сахарных ангелов, которые были надежно прикреплены к фанерной крышке коробки, укрытой бисквитами, кремом и взбитыми сливками.

В общем, все просто, проще некуда, если бы не мелочи, от которых зависела жизнь исполнителя. Станислав, согласно разработанному плану акции, должен был выгрузить торт из рефрижератора и передать его официантам. Точное расположение машины по отношению к столам заранее определить не могли, но исходили из предположения, что полкилометра или даже двести метров торт везти не могли по причине тридцатиградусной жары и маленьких колес платформы. Выбрали оптимальные семьдесят, максимум – сто метров. Правда, и такое удаление для надежной, с точки зрения точности, стрельбы было велико. Придумали маленькую хитрость с воздушными шариками, которые Стас должен был «забыть» прицепить к крохотному крючку, торчащему из верхушки торта. Это позволит сократить ему дистанцию стрельбы до 70–50 метров. А если еще сделать рывок…

Расчеты оказались в целом верными. Микроавтобус поставили за каменной опорной стенкой под кипарисом у входа на уложенную мраморными плитами площадку, с которой открывался великолепный вид на Бискайский залив. Слева высился белоснежный трехэтажный особняк, впереди виднелся бассейн, за ним – тенистый сад. Это были владения отца жениха сеньора Хосе Луиса Тернеги. Разглядывая окрестности поместья, Станислав задался дурной мыслью, зачем владельцу такой роскоши было нужно лезть в борьбу за независимость этой самой Басконии, которой на приличной карте и с лупой не найти. А может, он именно на этой борьбе и заработал достаточную для безбедной жизни сумму в песо или долларах, которой хватило и на виллу, и на бассейн?..

По разработанному людьми Горана плану Эмили должна была сопровождать Станислава на рефрижераторе в таком же клоунском наряде и, соответственно, принимать участие в «обнулении» объектов. Один из «Магнумов», запрятанных в торте, предназначался именно ей. Однако уже поздней ночью непосредственно перед акцией Гордеев принял решение отстранить Эмили от работы вторым номером. И на это имелись веские причины.

Три дня, которые Горан отвел им на подготовку к операции, Станислав внимательно, хотя и не показывая виду, наблюдал за женщиной. Слова куратора о некоторых фактах ее биографии не то что встревожили его, скорее насторожили. Внешне Эмили вела себя спокойно, деловито, однако Гор чувствовал, что она крайне напряжена. Порой женщина уходила в себя, на короткое время отключаясь от внешнего мира. Раньше за ней ничего подобного не наблюдалось. Такое поведение Эмили Станиславу совершенно не нравилось, вызывая у него вполне естественную тревогу. Перспектива предстоящего рискованного предприятия в паре с человеком, у которого серьезные проблемы с нервами, его совершенно не радовала.

Стас решил поговорить с Эмили, чтобы поставить все точки над «i». Он долго колебался, тянул до последнего, не зная, как и с какой стороны подступиться к женщине. Плохо ли, хорошо ли случилось, что Гордеев не стал нагнетать обстановку, судить сложно, Эмили сама не выдержала и пошла на откровенный разговор. Причины своего нервного состояния она поведала Стасу позже, уже после операции. Вряд ли Эмили очистилась от тяжелых воспоминаний, от жуткого груза прошлого, скрытого глубоко в ее сердце, однако душу облегчила, переложив на плечи Станислава часть своих проблем.

Возвратившись с заключительной перед предстоящей акцией рекогносцировки места, они приняли в гостинице душ и отправились ужинать в небольшое кафе в центре Витории, куда переехали сразу после встречи с Гораном. День выдался не слишком напряженный. До Бильбао, где располагалось поместье сеньора Тернеги, было недалеко, чуть больше ста километров, так что дорога не была утомительной. Выехали они уже после девяти утра, не как в предыдущие двое суток. Особых планов на этот день у них не было, просто Стас решил еще раз пройти по маршруту предстоящей акции и уточнить последние детали.

В принципе он мог работать с чистого листа, хотя такая формулировка не была совсем точной. Лист, а точнее – флешка с планом завтрашней акции, как раз был заполнен до отказа подробными схемами местности и поминутным, едва ли не пошаговым, расписанием действий Гордеева. Люди Горана поработали на славу, да только Стас не привык надеяться на чужие ум и смекалку. Лучше заранее пару-тройку раз проползти по маршруту на коленях, досконально изучить тропки отхода, чем потом метаться и проклинать себя и того парня, который не предусмотрел какую-то обидную мелочь.

Сутки ушли у Стаса и Эмили на тщательное изучение поместья сеньора Тернеги, точки встречи и маршрута следования рефрижератора, а также предварительный анализ путей отхода после акции. Если с первыми пунктами, в принципе, было все ясно, то отработанные людьми Горана планы убытия со свадьбы семейств Касы и Тернеги нежданных гостей, а их было предложено аж целых три, Гордееву не слишком понравились. А если быть откровенным – совсем пришлись не по душе.