Виктор Степанычев - Свободный охотник

Никто из лежащих под прикрытием стола не пошевелился. С «объектами» было все понятно, одна из женщин пребывала в обмороке, вторая была совсем близка к нему. Оба мужчины в отличие от своих супруг смотрелись здоровыми, если не считать бледности на лицах и ненависти во взорах.

– Повторяю: Каса, ко мне! – еще раз крикнул Станислав и для острастки пальнул в воздух.

Один из лежащих мужчин приподнялся и на четвереньках пополз к Гордееву.

– Встать! – рявкнул на него Стас. – Сделай два шага вперед и повернись ко мне спиной. И не вздумай дергаться.

Ортега Каса медленно выполнил команду. Гордеев рывком поднялся, шагнул к нему и, ухватив за ворот белого пиджака, приставил дуло «Магнума» к виску. Картина, открывшаяся перед Станиславом, подтвердила, что он был абсолютно прав, выбрав вариант с заложником. Не четыре, а все восемь стволов смотрели на него с расстояния не более двадцати метров. И еще от дома и со стороны сада спешили вооруженные люди.

– Не двигаться, сеньоры, иначе я ему мозги вышибу, – что есть силы прокричал охранникам Станислав и уже спокойно шепнул в ухо заложнику. – Повтори мою просьбу, уважаемый. Ты же понимаешь, что я не шучу. Мне нечего терять…

Cеньор Каса неуверенно, а скорее – неохотно, выдавил сквозь зубы столпившимся перед столом секьюрити:

– Не стрелять, выполнять требования этого…

– Верное решение, – удовлетворенно произнес Гордеев и немедленно дал команду: – Отходим назад. Еще раз попрошу: без глупостей.

Медленно, шаг за шагом они пятились к обрыву. Станислав внимательно наблюдал за оставляемым полем боя. Его очень беспокоил снайпер. Он так и не определил, откуда тот стрелял. А потому как можно крепче прижимался к заложнику и старался не высовывать голову из-за его затылка.

– Зачем вы это сделали? – прохрипел Каса.

– Что именно? – потребовал уточнения Гордеев.

– Убили моих детей…

– А вы разве не убивали чужих детей?

– О чем вы?

– О невинно убиенных младенцах. Вам они не снятся по ночам? Или уже забыли? Конечно, зачем об этом вспоминать, ведь это чужие дети.

Каса замолчал. Станислав почувствовал, что тот слабеет с каждым шагом. Еще немного и ему придется тащить на себе заложника. Похоже, он хорошо освежил память достопочтенного сеньора. Вот только выступать в роли вьючного животного Стасу не хотелось. Что есть силы, он пнул Касу по голени и рявкнул:

– Шагай нормально, а то пристрелю, как бешеного пса.

Радовало, что идти им оставалось совсем немного. Еще десяток шагов – и долгожданный обрыв. Рев мощного двигателя заглушил шорох волн, накатывающих на скалу. Эвакуационный катер подоспел почти вовремя, чего и опасался Гордеев. Если бы он не взял заложника, а пошел на рывок и прибыл на берег на полминуты раньше, чем подплыл катер, то стал бы отличной мишенью для толпы разъяренных секьюрити.

Станислав подвел заложника к ротонде, стоящей на краю скалы.

Она была для него ориентиром и возможным укрытием на случай перестрелки. Прыгать в воду, чтобы не врезаться в подводный гранитный зуб, было нужно в десятке метров правее этого сооружения. Вступать в огневую дуэль с охранниками Стас не собирался, но в виде временного укрытия ротонда ему была необходима.

Гордеев затащил сеньора Касу внутрь ротонды и усадил на пол, спиной к колонне. Сам уселся напротив.

– Быстро снимай пиджак и рубашку, – приказал Станислав заложнику. – Снимай, я сказал!

Ортега Каса не сопротивлялся. Из-за бледного пергаментного лица и безвольных движений он был похож на сомнамбулу. Видимо, напоминание о невинно убиенных младенцах окончательно сломало его психику.

Гордеев помог заложнику разоблачиться и сам сбросил расшитый золотом жилет. Скрупулезно разбираться с ранениями времени не было. Больше всего его беспокоила рана на плече. По бедру пуля скользнула по касательной, штанина почти не намокла от крови. А вот рукав рубашки от плеча и до запястья и бок были мокрыми. В пылу боя Стас не ощущал боли, она пришла лишь сейчас, когда все закончилось. Конечно, это еще не завершение операции, ему еще кое-что предстоит сделать и именно для этого он и укрылся в ротонде.

– Рви рубашку на бинты, – приказал Станислав заложнику. – Что, сил нет? А вот так не хочешь!

Он выбросил руку с пистолетом и дважды нажал на спусковой крючок. Эти выстрелы не предназначались для запугивания сеньора Каса. Стас стрелял в шустрого охранника, попытавшегося подобраться к ним поближе. Как говорится, совместил приятное с полезным.

Стрельба и впрямь прибавила энергии Ортеге Касе. Гордееву пришлось остановить его, чтобы полоски материи, оторванные от рубашки, вместо бинтов не превратились в мелкие клочки.

– Перевяжи мне плечо! – скомандовал заложнику Стас.

На удивление, сеньор Каса довольно ловко забинтовал рану, не испугался. Хотя уж чего-чего, а падать в обморок от вида крови старому террористу не пристало. Как и было бы стыдно не уметь оказать первую медицинскую помощь раненому.

Под скалой взревел двигатель. Его шум заметался под сводами ротонды. Все шло по плану – не Горана, а самого Станислава. Парни на катере, выждав положенные две минуты и так и не дождавшись «охотника», уходят.

Гордеев проверил повязку и подтянул ее покрепче с помощью свободной руки и зубов.

– Я же сказал: без глупостей! – негромко выкрикнул Стас.

Слово «глупостей» он договаривал, когда Ортега Каса уже закатывал глаза после «укуса кобры», вонзившей «зубы» в одну очень интересную точку на шее, где сплелись нервные окончания. Достопочтенный сеньор, воспользовавшись тем, что Гордеев отвлекся на перевязку, попытался выхватить у него из-за пояса второй «Магнум».

– Нехорошо получилось, не по-людски прощаемся, – посетовал Станислав. – Ну да ладно, не обижайся, рыцарь без страха, но с людскими упреками, мне пора в путь-дорогу.

Ему действительно стоило поторопиться. Выглядывая из-за колонны, он видел, что охранники все прибывают и прибывают.

А еще ему очень не понравилось, что их действия начинают приобретать организованный характер. Кто-то, явно опытный, взял на себя командование толпой секьюрити. Правда, Стаса это уже мало волновало. За те секунды, которые он потратит на считаные метры до обрыва, вряд ли кто-то из этих парней сможет всадить в него пулю.

Вскочив, Гордеев бросился к краю скалы. Не испытывая судьбу, он прыгнул по-простому – солдатиком. Уже в полете Стас услышал запоздалые выстрелы. Войдя в воду ногами, он развернулся и, сориентировавшись, поплыл к черневшему гранитному зубу. Обогнув его, Станислав увидел у самого дна то, что и должен был увидеть: расплывчатое красное пятно. Не полагаясь на зрение, под водой оставлявшее желать лучшего, Гордеев, чтобы сразу выйти на спрятанный у подножия гранитного валуна акваланг, привязал к нему красную тряпку.