Виктор Степанычев - Роман с героем

Через считанные секунды, которые понадобились, чтобы преодолеть какие-то сто с небольшим метров, «Ауди» подъехала к воротам и выдала длинный сигнал клаксона. Именно так вчера сигналила хозяйка дома. Ворота немедленно поехали в сторону. Станислав, въезжая во двор, разглядел в окошке будки профиль Василия Васильевича. Ну что, отчим Маши свое дело сделал, пришла очередь показать, на что способны его более молодые спутники.

Автомобиль не спеша проехал по радиусу мощенной тротуарной плиткой дорожки и остановился у дверей особняка. Если люди Славича и следили за движением «Ауди» с помощью камер видеонаблюдения, разглядеть Станислава и Вадима за тонированными стеклами они все равно не могли.

– На первом этаже трое. Один в дальней комнате, двое в холле. Один из них направляется к входной двери, – прошел в наушнике доклад наблюдателя, работавшего с тепловизором.

Сразу за ним в эфир вышел Василий Васильевич.

– Я ВВ. Ворота закрыты. Готов присоединиться.

– Внимание, начинаем работать. ВВ, контролируй двор и окна особняка. Пока твоей помощи не требуется.

– Готов? – повернулся к Стасу Веклемишев.

– Как пионер, – доложил Станислав.

– Тогда вперед! Все по плану. Идешь первым. Затем вступаю я. Ты меня прикрываешь.

– Понял, идти первым, прикрывать... – отворачивая на лицо вязаную шапочку с прорезями для глаз, продублировал команду Стас.

Достав с заднего сиденья заранее приготовленную «беретту» с глушителем, он открыл дверку машины и, пригибаясь, чтобы его не разглядели в камеры видеонаблюдения, выскользнул наружу.

Перекатом Станислав ушел под прикрытие заднего колеса и приготовился к стрельбе.

– Готов к работе, – шепнул он в соломинку микрофона.

Несмотря на то что план штурма особняка готовился в ускоренном режиме и, как говорится, на колене, расчет времени, особенно в самом начале операции, велся на секунды. И пока практически полностью совпадал с графиком. Конечно, следить по часам за его выполнением было трудно, если не сказать невозможно, но проводимые мероприятия исполнялись в полной мере и достаточно качественно. Василий Васильевич с блеском исполнил свою роль, открыв доступ во двор. А вот теперь пришла очередь Стаса и генерала Веклемишева вступить в контакт с противной стороной.

– Внимание, дверь открывается, – послышался в наушнике голос Вадима Александровича, а еще через мгновение пошла резкая команда: – Стас, работай!

Станислав лежал на спине, привалившись головой к диску колеса. Услышав приказ Веклемишева, он рывком перекатился на живот и выкинул вперед руки с зажатой в них «береттой», украшенной уродливым наростом глушителя. Сейчас его уже не прикрывала машина, но и вход в особняк был как на ладони.

С расстояния пятнадцати метров такому стрелку, как Станислав, промахнуться было невозможно. Два практически слившихся в один хлопка-выстрела бросили на пол боевика, вышедшего встречать «Ауди». Стас стартовал, когда его цель еще не успела толком «улечься» в проеме двери. Однако его опередил на несколько шагов Веклемишев. Станислав еще бежал по ступенькам лестницы, а тот уже влетал в открытую дверь.

Хлопок, еще один... Заскочив в холл особняка, Стас повел дулом «беретты» из стороны в сторону. Веклемишев уже стоял в дальнем углу холла у дверей комнаты, где находились мониторы видеонаблюдения и, соответственно, третий боевик. Второй по счету лежал недвижно у стены слева. Судя по тому, что рядом с ним валялся пистолет, Вадим Александрович сработал на опережение. Можно было лишь гадать, сотые или тысячные доли секунды решили исход этой дуэли.

Веклемишев знаком показал, чтобы Стас двигался на второй этаж, где держали Машу, и постоянно находился на связи. Дверь в мониторную решительному напору генерала никак не поддавалась. На вид она была вроде как бы и деревянной, а по звуку – очень даже стальной. Решение оставить в тылу вооруженного боевика вряд ли являлось разумным, поэтому генерал и решил довести дело до конца.

Станислав успел на бегу мазнуть взглядом по лицам выведенных из строя боевиков. Формана среди них не было. А из этого следовало, что он укрылся в комнате с мониторами. Если это тот человек, которого знал Стас, то Веклемишеву с ним справиться будет непросто. Зверь матерый, за просто так жизнь свою не отдаст. Правда, генерал в курсе, с кем ему придется иметь дело. А предупрежден, значит, вооружен.

Уже взбегая по лестнице, Станислав разглядел, как Вадим Александрович прилаживает к ручке двери гранату. Они взяли с собой на всякий случай по паре наступательных РГН, хотя и не планировали шуметь. Запас карман не тянет, вот и сгодились.

Пока они с Веклемишевым работали практически беззвучно. Если Десанка, сторож Маши, не стояла в момент их приезда у окна, выходящего во двор, то она, возможно, и не в курсе происходящего. Но на такой расклад не стоит надеяться. Эта женщина кожей чувствует опасность.

Стас влетел по лестнице на второй этаж. Нарост глушителя метнулся по уходящим влево и вправо коридорам. Они были пустынны.

– Шестой, доложите, где сейчас заложница. Какая обстановка в комнате, где она находится, – шепотом в микрофон потребовал Станислав у оператора тепловизора.

– Двое находятся на втором в левом крыле в третьей комнате от лестницы. Один человек сидит посередине помещения, второй стоит рядом с ним, – немедленно последовал ответ.

– Первый, даете команду на контакт? – спросил разрешения у Веклемишева Стас.

– ВВ, подтягивайся ко второму, – сразу же вышел в эфир генерал. – Сигнал на вторжение – взрыв гранаты.

– Принял подтягиваться, – немедленно откликнулся Василий Васильевич. – Буду через минуту.

Стас раздраженно поморщился. Похоже, Веклемишев не может на него положиться в полной мере, подгоняет опытного товарища.

Однако почти сразу раздражение ушло. Генерал был прав. Одна светлая голова и один пистолет в руках хорошо, а то же самое в двойном размере – куда как лучше. Да и опыт Василия Васильевича должен пригодиться. Честно говоря, Станислав впервые участвовал в операции освобождения заложника.

В ожидании ВВ, такой позывной выбрал отчим Маши, отказавшись от номерного обозначения, Станислав прокрался по коридору к третьей двери в левом крыле. Присев на колено, он прижался ухом к щели. В комнате было тихо, хотя, возможно, звуки приглушались хорошей подгонкой или уплотнением.

– П-с-с, – почти неслышно прозвучало за его спиной. – Я здесь.

Стас выпрямился, оглянулся на Василия Васильевича и едва сдержался от смеха. Отчим Маши явился спасать любимую падчерицу в том же виде, в котором нейтрализовал боевика у ворот. Правда, если тогда он являл образец благообразия, то сейчас его нелепая шляпа была сбита набок, а вместо трости в его руках был пистолет с глушителем.