Андрей Воронин - Марафон со смертью

Вместо ответа она зарыдала еще громче.

— Успокойся, Лариска!

— Андрюша, какие они сволочи!

— Как это случилось?

— Я вчера шла домой… По проспекту Машерова, от метро, как обычно… Рядом остановилась машина. Они спросили меня о чем-то, а потом схватили и затолкали на заднее сиденье.

— Номера машины запомнила?

Лариса даже плакать перестала, удивленно посмотрев на Андрея, — он что, действительно идиот?!

— Да как я могла их запомнить!

— А марка машины какая?

— Андрей, да не разбираюсь я в марках — большая, красная, красивая такая…

— Ясно. И что дальше было?

— Мне завязали глаза и отвезли куда-то на дачу. А там… — она снова расплакалась, не в силах выговорить и не в состоянии вспоминать, что произошло с ней на той проклятой даче. — А там они насиловали меня! Всю ночь! Ты понимаешь? Они били меня! На мне живого места нет!

— Успокойся, Лариса, не кричи, — Дубов даже вспотел от волнения.

Он налил ей стакан воды, и пока она пила маленькими судорожными глотками, сам нервно схватил сигарету и закурил, пытаясь осмыслить ситуацию.

— А утром они снова завязал» мне глаза, отвезли в город и вытолкнули ив машины на том же самом месте.

— А ты их не знаешь?

— Конечно, нет!

— А они чего-нибудь от тебя хотели? Чем-то угрожали? Что-то выпытывали?

— Нет! Трахаться им хотелось видите ли.

— То есть все случилось без какой-то причины?

— Конечно! Какая тут должна быть особенная причина, Андрей?!

— Слушай, надо позвонить в милицию…

— Нет, — она встрепенулась и протестующе протянула руку к телефону, как будто готовясь вырвать трубку из рук Дубова. — Не хочу. Начнутся все эти экспертизы, допросы, снятия показаний…

— Но их же надо найти!

— Я им глаза выцарапаю, если где в городе встречу! Я им все яйца поотрываю…

— Тише, тише, Лариса! Здесь стены тонкие, да и в коридоре могут услышать, — он погладил ее по плечам, пытаясь успокоить. — Раздевайся, я тебе сейчас кофе сварю…

— А что снимать, плащ? Тебе хочется на меня голую посмотреть?

— Ну что ты глупости-то говоришь, как тебе не стыдно, Лариса!

— Извини, — она попыталась улыбнуться, — я не хотела тебя обидеть. Просто… У меня под плащом почти ничего нет — всю одежду в клочья порвали, гады!

— Ну и ладно. Можно и в плаще кофе попить, правда?

И вдруг он вернулся на свое место, сел и обессиленно положил руки на стол:

— Черт, что же с тобой делать-то?

Она горько улыбнулась:

— А что тут сделаешь? Если можешь, отпусти меня на пару дней — отлежусь дома.

— Конечно.

— Тогда я пойду, — она встала, взяла сумочку, собираясь уходить, но Дубов вскочил со своего места и стал быстро натягивать куртку:

— Погоди секунду. Я отвезу тебя домой. Я сегодня как раз на машине.

— Что ж, и на том спасибо!..

Выписавшись из больницы, Николай с удвоенной энергией взялся за дело, будто хотел в считанные дни наверстать то, что упустил за два с половиной месяца вынужденного бездействия.

Он поставил перед собой задачу во что бы то ни стало за месяц подготовить и выпустить в эфир первую из передач, подсказанных таинственным незнакомцем. Именно в ней был запланирован сюжет о деятельности фирмы «Технология и инжениринг».

Всю работу по подготовке передачи Николай взял на себя, в общих чертах рассказывая о том, как движутся дела, лишь двоим — Андрею и Ларисе.

Он еще раз перепроверил все документы, данные таможенников и налоговой инспекции. Он взял интервью у водителя из гаража администрации президента, которому досталась одна из двух знаменитых «Вольво», расспрашивая о ее достоинствах по сравнению с отечественной «Волгой». Скрытой камерой (иначе бы не позволила охрана) он даже сумел заснять автосалон «Технологии», весь заставленный новыми сверкающими машинами.

И вдруг все пошло наперекосяк.

Одним прекрасным утром неожиданно обнаружилось, что в их компьютере стерты все файлы той программы, которую составляла Лариса на основе данных таможенной службы. Исчезло все — сколько автомашин ввезено фирмой, какого литража, на какую сумму ей пришлось бы раскошелиться, если бы растаможка происходила в соответствии с действовавшим законодательством.

Потом из монтажной исчезла видеокассета с сюжетом из автосалона.

Наконец неизвестные силы, которые, по уверениям Дубова, пытались сделать все, чтобы помешать программе выйти в эфир, нанесли самый тяжелый удар — из сейфа Николая была похищена копия контракта, заключенного между управлением делами администрации президента и фирмой «Технология и инжениринг», о поставке автомобилей «вольво» для «высокого» гаража и о привилегиях, которые получала в связи с этим обстоятельством данная фирма.

Файлы с данными удалось восстановить — у Андрея в столе случайно завалялась распечатка, которую он сделал на всякий случай.

Сюжет об автосалоне утерян навсегда — больше Самойленко туда даже на порог не пускали.

Хуже всего, однако, оказалась ситуация с выкраденным контрактом — в протокольном отделе администрации на его обращение предоставить еще одну копию этого документа ответили категорично:

«На ваш официальный запрос номер такой-то от такого-то числа сообщаем — подобного документа вообще не существует и не существовало, управление делами администрации президента никогда не подписывало никакого контракта с фирмой «Технология и инжениринг», поэтому ни первую, ни вторую копию его получить невозможно. Советуем вам тщательно проверять поступающую к вам информацию из официальных органов».

С этого момента Коле стало ясно, что против него действительно играют по-крупному.

Но не был бы Самойленко журналистом от Бога, если бы не нашел выхода — следы документа обнаружились в той самой Таможенной службе. Ведь таможенникам, как правильно рассудил Николай, нужно было руководствоваться какой-то официальной бумагой.

Словом, то ли у тех, кто хотел помешать расследованию, не хватило умения замести все следы, то ли у таможни в этой истории были свои интересы, но так или иначе, через несколько дней после исчезновения копия контракта снова была в руках журналиста.

Теперь Коля действовал более осторожно.

Он ни на мгновение не расставался с этой бумагой и еще с несколькими важными документами.

Он приказал продублировать все материалы расследования в трех экземплярах. Он копировал и забирал с собой каждый новый смонтированный сюжет.

Кстати, помня о летнем нападении на него в собственном подъезде, Николай купил бейсбольную биту и не ступал больше на темную лестницу подъезда без этого не запрещенного законом, но весьма эффективного оружия.

Теперь дело стало продвигаться намного успешнее, и Коля заявил эфир через две недели…