Александр Маркьянов - Бремя империи

Когда в нескольких шагах, приглушенные прикрытой дверью, загремели выстрелы — один за другим, словно молотком по листу жести Сноу прижался к стене. Страхи, которые он безуспешно глушил алкоголем, вернулись удесятерено — он понял, что никого из тех, кто зашел в этот дом уже нет в живых. Русский снова переиграл их, сейчас он выйдет на площадку и увидит его.

Решение пришло само собой — бежать. Бежать, куда глаза глядят, спрятаться где-нибудь, любой ценой вырваться из этой кровавой мясорубки, обмануть британцев, русских, всех! Ноги сами понесли к лестнице, этаж за этажом размыто мелькали перед глазами. На третьем этаже Сноу остановился, врезавшись с разбега в стену, заполошно оглянулся и понял — его никто не преследует. Может, русский подумал, что кроме этих троих придурков больше никого и нет? Еще три этажа, дверь — и свобода… Тяжело дыша, спотыкаясь и запинаясь Сноу побежал дальше. Выход в холл на первом этаже с лестницы — она здесь была как запасная, пожарная — преграждала легкая дверь. С разбега толкнув ее, британский разведчик выбежал в холл и — остановился как вкопанный. Несколько человек, в почти одинаковых строгих костюмах, стоя в разных местах холла, внимательно смотрели на него.

— Что теперь?

Я включил свет. Держа наизготовку пистолет, подошел к распластавшимся в узком коридоре арабам, наклонился, приложил пальцы к шее одного, затем проверил второго, третьего. Пульса нет ни у одного. Белый ковер в прихожей, впитывая кровь, медленно набухал красным…

— Это ты убиваешь людей? Муллу и всех остальных. Я подозревала — но не хотела верить… — каким то чужим, старым и страшным голосом спросила она

Я убрал пистолет, повернулся к Юлии

— Да. Что-нибудь скажешь по этому поводу?

Мы молча смотрели друг на друга.

— Мне собираться?

— Собирайся — наконец проговорил я — только быстро, минуты три не больше. Пока они внизу, заняты делом. Я выведу тебя, пройдем через грузовой лифт. Там никого нет. Возьмешь такси, приедешь в порт. Сядешь на пароход, и больше не появляйся. Ни здесь, ни в моей жизни. Поняла?

— У меня паспорт в ванной. И деньги. Мне надо их забрать.

— Быстро.

Юлия отвернулась…

Вот и все…

То, что произошло — должно было произойти. Это и есть кара. Не наказание — кара. Кара за все, что сделано… Места для нее в моем мире больше нет…

Юлия зашла в ванную, аккуратно повернула защелку. Конечно, не выдержит — но все же.

На краю ванной, матово поблескивая в свете потолочного светильника, лежала опасная бритва.

Улица, где находилось новопостроенное здание МВД — старое было слишком тесным и его в семидесятые отдали под музей МВД, была полностью занята правительственными зданиями. На некоторых были вывески, на некоторых не было. Основательное, модерновое здание МВД располагалось между роскошным, но в два раза меньшим зданием министерства уделов [министерство уделов, так называлось министерство, которое управляло собственностью Его Императорского Величества] с одной стороны и зданием Фонда новых технологий [Фонд новых технологий — полукоммерческая венчурная структура, созданная для поддержки новых технологий, обещающих в будущем большую прибыль. На треть ее капитал состоял из средств частных инвесторов, на треть — и средств госказны, на треть — из средств Его Величества. ] с другой. Офисной площади хватало всем, не хватало мест для стоянки машин, в этой части города со стоянками были постоянные проблемы. В Москве, например вопрос со стоянками решался просто — строили подземные, уходящие вглубь на десятки метров стоянки, строили же и подземные дороги для разгрузки наземных магистралей. В Петербурге этого сделать было невозможно, почва была зыбкая и болотистая, поэтому выкручивался, кто как мог. Но сейчас, когда часовая стрелка только что минула цифру «двенадцать» отдавая дань наступившему новому дню, машин не было, и те кто приехал в министерство припарковались у самого его входа. Матово горящие во тьме окна свидетельствовали о том, что те кто поставлен Государем следить за порядком и благочиньем на Руси работают до глубокой ночи.

Собрались в кабинете коллежского асессора Круглова — хотя помещение выделенное ему вряд ли можно было назвать кабинетов. Это была причудливая мешанина из работающих и неработающих компьютерных системных блоков, мониторов, какие-то стойки с проводами. Сами провода с беспорядке змеились по полу и непривычный человек, зайдя в кабинет, вполне мог зацепиться за них ногой и упасть. Стульев в кабинете было только два, один из них хозяин кабинета предложил товарище министра, на втором уселся начальник департамента по борьбе с терроризмом. Сам же Круглов уселся на давно вышедший из строя компьютерный системный блок, причем уселся привычно и по виду никаких неудобств от столь неудобного сидения не испытывал.

— Давай, покажи — кивнул Ковалев, который подавал Круглову данные на анализ.

Коллежский асессор, пробежавшись пальцами по клавиатуре, вывел на самый большой монитор карту империи с горящими на ней непонятными значками.

— Мы проанализировали общественную, политическую и религиозную активность на предстоящий месяц, забили в программу все мероприятия, что должны состояться, включая даже мероприятия, что указываются в разделе светской хроники. Отдельно мы взяли уже давно известную карту с нанесенными на ней объектами с повышенным риском террористических атак. И вот что получилось.

Круглов ударил по нескольким клавишам и на карте замигали тревожным красным светом десятки точек.

— Что это? — спокойно спросил товарищ министра. Он знал, что докладывать как положено Круглов никогда не научится и надо всего лишь проявить немного терпения, чтобы получить информацию, обычно оказывающуюся нужной и ценной.

— Анализ выдал несколько десятков возможных целей террористов. Прежде всего мы немного изменили алгоритм поиска. Если раньше программа ставила в качестве приоритетных целей для террористического удара объекты техносферы, такие как атомные станции, нефте и газопроводы, опасные производства, объекты стратегической железной дороги, то теперь в качестве целей высшего приоритета мы поставили места массового скопления людей, используемые для отправления религиозных культов. Все объекты техносферы у нас являются режимными, они надежно прикрыты с точки зрения контрразведывательных и антитеррористических мероприятий. А вот с местами отправления религиозных культов намного сложнее — там сложно установить надежный режим прикрытия. Объекты эти посещаются огромным количеством людей, при входе их не обыскивают, технический контроль тоже затруднен. К тому же и Духовное управление и Патриархат категорически возражают против усиления режима на своих объектах. В результате родилась новая карта возможных целей, но из всех из них наивысший приоритет имеет одна! — Круглов показал на один из маячков на мониторе, находящийся в самом центре карты России.