Стивен Хантер - 47-й самурай

Свэггер старался не думать о Нике, о бедняге Нике. Старался прогнать прочь ярость, боль и отчаяние. Ему вспомнились слова Досю: «Только настоящее». Только настоящее. «Да, хорошо, но уберите меня поскорее с этой проклятой застывшей звезды, из этого чужого места, где всех, с кем я только заговариваю, тут же здорово бьет по голове. Я столкнулся с теми, кто прячется в тени, невидимый, и ведет игру, в которой я ничего не понимаю».

Только настоящее. Только настоящее. Думай, думай об этом.

Сьюзен ничего не говорила, лишь сидела совершенно неподвижно. Взгляд ее миндалевидных глаз был устремлен в пустоту; быть может, она смотрела вдаль, чтобы увидеть близкое.

— Бедный Ник, — наконец пробормотала молодая женщина. — Наверное, ему в конце концов удалось все выяснить.

— Умница. Храбрец. Лучший из лучших.

— Бедняга…

— Послушай, я вовсе не собираюсь на тебя давить, но мы должны хорошенько подумать. Раз Ник перерезал себе горло, значит, Кондо Исами его нашел и он понял, что его будут пытать. Он знал этих ребят. И поступил как настоящий самурай.

— Не хочу даже думать об этом.

— Видишь ли, дорогая, кому-то нужно думать, так что, полагаю, этим придется заняться мне.

— Знаешь, меня порой тошнит от того, насколько ты опытен в таких делах.

— Я тебя прекрасно понимаю. От меня многих тошнит. Я сержант, это моя работа. Мы на войне, вокруг нас умирают люди, кому-то угрожает опасность, поэтому давай определимся со следующим шагом.

Сьюзен молчала. Наконец она сказала:

— Я не могу думать в машине. Нам нужно зайти в кафе. Я больше не в состоянии оставаться на улице.

Заведение оказалось полупустым, и никто не обратил на них внимания. Взяв у стойки кофе, они выбрали уединенный столик в дальнем конце зала. Растворимый кофе «Старбакс». Казалось, они находятся где-нибудь в Айове.

— Ну хорошо, — начал Свэггер. — Я буду шаг за шагом двигаться вперед. Остановишь меня, если я буду не прав. Ты у нас умная, а я только среднюю школу окончил.

— Новое правило: любой сарказм запрещается. Для сарказма больше нет места, — сердито одернула его Сьюзен. — Это понятно?

— Приношу свои извинения. Это было глупо. Больше такое не повторится. Ну хорошо, вот что мы имеем. Ник что-то нашел. Что именно, мы не знаем. Однако Кондо каким-то образом проведал об этом и заявился к нему. У Ника хватило времени спрятать то, что у него было, и позвонить тебе. Он дал тебе подсказку: «Сьюзен, я накормил дракона». После чего перерезал себе горло, понимая, что, если он попадет в руки Кондо живым, его будут пытать и он все выдаст. Маленький щуплый Ник, самурайского духа в нем оказалось больше, чем во многих верзилах. И я подумал еще вот о чем. Посмотрим, согласишься ли ты со мной.

— Слушаю.

— Дом сожгли не просто так. Кондо понял, что Нику удалось что-то найти, и он опасался, не осталось ли это где-то спрятанным. Отыскать это он не смог. Вот почему сожгли весь дом — чтобы это «что-то» не досталось и тому, с кем работал Ник. В противном случае сжигать дом не было никакой необходимости. Пожар лишь привлек внимание, а этим людям меньше всего нужно привлекать к себе внимание.

— Пожалуй, своя логика в этом есть.

— Хорошо, а теперь давай подумаем о подсказке, которую передал тебе Ник. Возможно, я несу полную чушь, но ничего сложного тут быть не должно. Это что-то простое. Ник состряпал это за считанные секунды. Ты сказала, его голос был полон страха. Ник знал, что за ним пришли. Он быстро спрятал то, что у него было, быстро придумал подсказку, быстро сообщил ее тебе. И это что-то такое, что понятно только тебе. Эта подсказка предназначалась тебе одной.

— Но что это нам дает?

— Это означает, что Ник сыграл на чем-то таком, что тебе известно. «Я накормил дракона». Нет, «Сьюзен, я накормил дракона». Не каких-то драконов вообще, не драконов из истории, из поэзии, из кино или из песни, а дракона, которого знает Сьюзен. Так что нам нужно найти точку соприкосновения этих трех линий: Сьюзен, Ник, дракон. Что Сьюзен известно о драконах?

— Ничего.

— Ты никогда не говорила с Ником о драконах?

— Никогда.

— А он когда-нибудь упоминал тебе про драконов?

— Нет. Никогда. Впервые слово «дракон» я услышала из его уст вчера вечером.

— Какая мысль пришла тебе в голову первой, когда Ник сказал: «Я накормил дракона»?

— О, это нам много чего даст. Я подумала: «О чем это он, мать его?»

— У тебя в прошлом не было никаких драконов?

— Ну, с двумя я встречалась, и только. За одним даже была какое-то время замужем.

— Подумай о том, что может быть связано с драконами. Быть может, это название команды? Не сомневаюсь, ты была капитаном школьной футбольной команды. Она случайно называлась не «Драконы»?

— Ты прав, я была капитаном. Но наша команда называлась «Пантеры».

— А ты никогда не увлекалась этими… как их там… динозаврами?

— Палеонтологией, археологией, геологией? Нет, никогда. Только русской и японской литературой.

— О, а вот это нам точно много чего дает. На этом можно зашибить большие деньги.

— Свэггер, один раз я уже предупредила тебя насчет сарказма. Еще одно нарушение — и ты отправишься прямиком в Арканзас.

— В Айдахо. Ладно, я буду говорить тебе разные вещи про драконов. А ты слушай. Может быть, у тебя что-нибудь шевельнется в памяти.

— Валяй.

— Летающие драконы.

— Ничего.

— Спящая красавица.

— Нет.

— Прекрасный принц.

— Пусто.

— Пресмыкающиеся.

— А что, драконы пресмыкающиеся?

— Ну, они зеленые и покрыты чешуей. Они похожи на динозавров или больших крокодилов.

— У них двухкамерное сердце? Они холоднокровные?

— Не знаю.

— И я тоже не знаю.

— Китайские драконы?

— Нет.

— Драконы на парадах? Знаешь, когда много людей несут одного длинного дракона.

— А разве это не китайский дракон?

— Кости дракона? Крылья дракона? Следы дракона? Дыхание дракона?

— Нет, нет, нет, нет.

— Летающие драконы.

— Ты это уже говорил.

— Некая банда под названием «Драконы».

— Нет.

— Триада, называвшаяся драконами?

— Нет.

— Удар «летающий дракон» из карате?

— Нет.

— «Спящий дракон»? Это удар мечом снизу вверх.

— Уж это-то я знаю. Нет, не то.

— Китайский ресторан «Дракон»?

— Нет.

— Святой Георгий?

— Нет.

— Святой Андрей?

— Нет.

— Прекрасный принц?

— Это ты уже спрашивал. Так у нас ничего не получится.

— Да, я практически выдохся. Мне больше не приходят на ум никакие драконы. Может быть, картина, кино, книга, стихотворение, статья, научный труд, сочинение…

— Гм, — вдруг встрепенулась Сьюзен.

Боб увидел у нее в глазах что-то. Тот самый отрешенный взгляд, когда смотришь на далекую гору, словно та совсем рядом.

— Статья?

— Сочинение. Если драконы пресмыкающиеся, можно считать их ящерицами?