Борис Бабкин - Ожерелье смерти

— Чертовщина какая-то. — Моложавый полковник ОМОНа потер лоб. — Ухлопали троих солдат, двоих ранили, изуродовали старлея и как будто испарились. Какого дьявола вы на них с первогодками сунулись? — заорал он на стоящего навытяжку прапорщика.

— Товарищ старший лейтенант приказал заехать за капитанами, — глухо ответил тот. — К дому подъехали, посигналили — не выходят. Старший лейтенант двоих солдат послал.

Одного из обреза сразу убили. Из пистолета два раза выстрелили, в рацию попали. А потом…

— Суп с котом! — гневно прервал его полковник. — А вы чем порадуете? — стремительно повернулся он к тучному майору милиции.

— Нет их нигде! — отдуваясь, зло пробасил тот. — В болото они сунуться не могли. Там несколько метров — и топь. А напротив поселка Зарубин с приятелями отдыхает. Если беглые на них выйдут, трупы для опознания, может, и получим. Да и то навряд ли.

— Кто это — Зарубин? — омоновец удивленно взглянул на майора.

— Председатель спортивного общества «Звездное небо», — хмуро сказал майор. — У него как в песне: за все уплачено, у нас все схвачено. Мафия, одним словом.

— Так какого черта вы его не прижмете? — спросил полковник.

Милиционер молча усмехнулся.

— Ладно! — Омоновец поднялся и подошел к висящей на стене крупномасштабной карте области. — Перекрыть все дороги! Реку закрыть здесь, — он стукнул кулаком по карте. — И здесь! При опознании стрелять без предупреждения!

Молодая стройная женщина, испуганно оглядываясь на неторопливо идущих за ней по плохо освещенному двору двух мужчин, подбежала к подъезду шестиэтажного дома. Дернула на себя дверь, и вбежала в подъезд. Ее схватили за руки двое стоящих возле двери мужчин. Она вскрикнула.

— Тихо! — угрожающе проговорил один из них. Ее преследователи, остановившись, о чем-то тихо переговаривались.

— Узнаешь? — подошел к женщине «спортсмен».

— Я ничего не знаю! — умоляюще посмотрела на него женщина. — Ей-богу не знаю! Он никогда ни о чем мне не говорил! Если бы что-то было, я бы сразу…

— Вот что, Жанночка, — насмешливо улыбаясь, прервал ее «спортсмен». — Вполне возможно, твой братец очень скоро появится у тебя. Да, кстати, — вспомнил он, — милиция сюда заявлялась?

Женщина молча покачала головой.

— Странно, — удивился он. — Ну да ладно. Короче, вот что! Ты должна узнать у братика, если он тебя сильно любит и не хочет тебе неприятностей, куда он дел добычу с последнего дела! Узнаешь, сообщишь мне. И запомни, кобыла! — Он сильными пальцами ухватил Жанну за подбородок и приподнял ее лицо. — В третий раз мы шутить не будем! — Он смачно плюнул женщине в глаза.

— Мужики! — послышалось от подъезда. — Квартира двадцать два здесь?

— Не знаем, — глухо отозвался один из преследователей. — Мы здесь не живем.

— А какого хрена здесь торчите? — весело удивился спрашивающий.

— Двадцать вторая твоя, — прошипел Жанне на ухо «спортсмен». — Наверное, от братца пришел. Зови его. — Он подтолкнул женщину к двери.

Вытерев лицо и оглядываясь на стоявших в подъезде, она вышла на улицу. Высокий стройный мужчина с солдатским рюкзаком за правым плечом всматривался в табличку с фамилиями жильцов.

— Извините, — громко обратилась к нему Жанна. — Вы спрашивали квартиру двадцать два?

— Точно, — обрадованно кивнул он. — А вы…

— Уходите, — еле слышно прошептала женщина. Он вгляделся в ее напряженное лицо.

— А меня Эд, — вдруг громко представился мужчина. — Точнее — Эдгар. И фамилия чудесная…

— Уходите! — крикнула женщина.

Стоящие у подъезда бросились к ней. Эд с коротким выдохом встретил первого сильным ударом ноги в живот и, повернувшись, врезал второму каблуком. Из подъезда выскочили парни. Отбив удар одного, увернувшись от выкинутой руки второго, Волконский мощным ударом ноги сместил одному из противников колено. Тот заорал и рухнул на асфальт. Пропустив над собой брошенную в ударе ногу второго, Эд коротко ткнул его кулаком в пах. Отскочив к стене, Жанна широко раскрытыми глазами смотрела на драку. Выбежавший из подъезда «спортсмен» увидел лежащих приятелей и выхватил пистолет. Вцепившись в его руку, женщина не давала ему вскинуть оружие. Звонко хлопнул выстрел. Срикошетив от бетонной площадки подъезда, пуля взвизгнула и ушла в сторону. Эдгар ударом локтя в висок свалил «спортсмена».

— Бежим! — схватив женщину за руку, крикнул Волконский.

Вырвавшись, она сильно пнула лежащего «спортсмена» ногой. Из окон слышались громкие, встревоженные голоса. Какая-то женщина требовала вызвать милицию. Подмигнув Жанне, Эдгар поднял пистолет и дважды выстрелил в песочницу. Крики, как по команде, моментально стихли. Схватил Жанну за руку и потащил ее к выходу со двора.

— Куда вы меня тащите? — Она вырвала руку и остановилась.

— Сейчас ЧК нагрянет, — поглядывая на въезд во двор, нетерпеливо проговорил Эдгар. — Надо ноги делать!

— Кто вы? — тихо спросила Жанна.

— Эдгар Робертович Волконский, — неожиданно важно представился он и, не выдержав, рассмеялся.

— Ты чего? — опешила она.

— Прогресс, — вслух отметил мужчина. — Сначала на «вы», теперь на «ты». Давай на этом и остановимся, — предложил он.

Во двор влетела легковая машина. За ней милицейский «рафик».

— За мной! — Волконский схватил растерявшуюся женщину за руку и затащил ее в ближайший подъезд.

— Значит, они идут вдвоем, — прикурив, Нина тут же положила сигарету в пепельницу. — Неужели сумели договориться?

— Вряд ли, — с сомнением сказал атлет. — Скорее всего, просто деваться некуда. Вдвоем им сейчас удобнее. Ведь крови они пролили… — Он усмехнулся. — Ориентировки — как сводки с поля боя! Чувствуется, Псих в ярости. Ох, и начнется здесь, если он сумеет до столицы добраться!

— Думаешь, не перехватят его в Кирове? — насторожилась женщина.

— Мне кажется, не пойдет он с Лютым, — ответил Вячеслав. — Не дурак же он в конце концов. Лютому осталось сидеть три с небольшим года, а он с боем бежит из колонии. И убивает, убивает! Интересно, на что сам Дубов рассчитывает?

— Не знаю, — покачала головой Дьячкова.

— А твой папуля случайно не пообещал ему выезд за рубеж? — Атлет пристально взглянул на нее.

— Послушай, Кралин! — вспылила она. — Ты на что намекаешь?!

— Я не намекаю, — усмехнулся Вячеслав. — Мне действительно интересно. — Он встал, подошел к женщине и прошептал: — Я люблю тебя. — Его руки обняли ее, а губы слегка коснулись шеи. — Слышишь? Я люблю тебя.

— Слава, — порывисто обняв его сильные плечи, простонала она. — Зачем ты мучаешь меня? Ведь ты знаешь: пока отец жив, все будет по-прежнему!

— Слушай, — переводя дыхание после долгого поцелуя, спросил Кралин, — ты, как и твой отец, Дьячкова. А отчество не его. Почему?