Сергей Самаров - Ядовитый полигон

Шамиль догнал меня, когда я уже остановился и снимал с плеча убитого ведущего оружие. Так вот каким образом он решил уничтожить Пехлевана! Значит, эта группа из пяти человек не в засаду должна была сесть, а пройти к дому, где находился Пехлеван. Сам дом они вычислили с помощью ноутбука с системой спутникового контроля. Sim-карта точно показала, где находится Нажмутдинов. Остальное было делом техники.

Я держал в руках одноразовый огнемет «Шмель». Одного выстрела вполне хватило бы, чтобы полностью выжечь хотя бы один этаж огромного дома, где лежал Пехлеван. Остальные этажи после возникшего пожара сгорели бы сами собой. Уничтожать жилые строения я не намеревался, но огнемет мог сгодиться и мне. Хотя таскать по морозу одиннадцать лишних килограммов – тоже удовольствие не слишком большое. Я обернулся, чтобы двинуться навстречу своему спутнику.

–  Ты стреляешь, не переводя дыхания, – сказал он.

–  Ты не слышал взрыва?

–  Не слышал. Далеко…

–  Ветер в нашу сторону, дует сильно. Мы должны были слышать. Я специально вслушивался…

–  Значит, никто не вышел… Что это у тебя? – кивнул он на трубу огнемета.

–  «Шмель». Знаешь, что это такое?

–  Нет.

–  Огнемет. Они решили спалить все село. В такой ветер напалм разлетится на несколько домов. Опасная штука! В Афгане «духи» звали его «шайтан-трубой».

–  Ты и в Афгане был? – спросил Шамиль.

–  Я в те времена даже под стол пешком не ходил, а только ползал… По рассказам знаю.

Я, конечно, преувеличивал. Летом огонь с одного здания мог бы перескочить на другое, несмотря на то что земельные участки в селе были большими и расстояние от здания до здания тоже значительное. Сейчас же ветер только и мог, что искры разнести, но снегопад не дал бы разгуляться пламени. Однако припугнуть неопытного бойца тоже лишним не было. Это может повлиять на жителей, когда слух об уничтожении части банды распространится по селу, и повысит уровень моей поддержки в нужный момент. Конечно, в селе, может, и есть кто-то, кто знает, что «Шмель» – гранатомет одноразового действия и одной трубой все село не спалить. Но слухи это не остановит.

–  Вот сволочи! На зиму людей без жилья оставить…

–  После огнемета жилье уже никому бы не понадобилось. Ладно… В том же темпе – обратным путем. Пять стволов всегда больше, чем три. Парням легче будет, и урон больший нанесем. Вперед!

Сказать относительно темпа легко – выдержать его сложно. Тем более что в ту сторону путь наш лежал под гору, а теперь пришлось бежать в гору. А утоптанной тропы мы создать не смогли. То, что протоптали, уже занесло снегом. Конечно, мы старались, но теперь уже и такого критического стимула, как раньше, не было. Давно известно, что догонять всегда легче, чем бежать просто так. Да и усталость уже сказывалась. Даже профессионально тренированный человеческий организм имеет дурную способность уставать. Не знаю, тренировался ли в последнее время Шамиль, в чем я лично сильно сомневаюсь, но у меня возможностей для тренировки не было. В камере СИЗО не разбежишься.

Мы немного не добежали до фермы, когда услышали эхо взрыва, и остановились, прислушиваясь к тому, что будет происходить дальше. Дальше, согласно плану, должны были прозвучать автоматные очереди. Но их не было. Значит, что-то там пошло не так, как я планировал. Даже появилось предположение, что Тагир с Рагимом и Юнусом забыли спрятать головы в момент взрыва. А у гранаты «Ф-1» очень мощные осколки, головы снесут запросто. Так нелепо погибнуть… Это было бы очень обидно. Но в любом случае ситуацию следовало прояснить.

–  Шамиль, отстань на пять шагов. Прикрываешь меня в случае чего. Идем…

Мы пошли уже более осторожно. Я то и дело прикладывал к глазам бинокль. И, наконец, он выхватил из метели три бегущие фигуры. Конечно, бегом такое путешествие по сугробам назвать было трудно. Тем не менее бойцы старались. Наверное, и мы с Шамилем выглядели со стороны так же смешно, хотя за нами, кажется, никто не наблюдал.

Я остановился, и Шамиль догнал меня.

–  Что там? – спросил он.

–  Бегут трое.

–  Наши?

–  Не могу знать. Ждем. Сейчас появятся. Бегут в нашу сторону. На всякий случай… – Я встал на колено и поднял пистолет-пулемет. Шамиль последовал моему примеру. Секунды ожидания казались минутами.

Но долго ждать не пришлось. Это были Юнус, Тагир и Рагим. У меня совершенно непроизвольно вырвался вздох облегчения. Оказывается, я еще могу переживать за тех, кого вчера с удовольствием уничтожил бы…

Шамиль первым поднялся навстречу. Правильно, потому что он был в точно таком же камуфляже, а меня можно было принять за противника, потому что мой армейский камуфляж ничем не отличался от облачения бойцов Лагуна.

–  Почему не стреляли? – не сказал, а почти прокричал я, потому что говорить приходилось против ветра, налетевшего в этот момент затяжным и мощным порывом.

–  Не в кого было, – просто и слегка недоуменно, но в то же время с каким-то чувством вины ответил Рагим.

–  А кто взорвался?

–  Часовой, видимо, принял смену. Один… И – сразу… Ворота вместе с дверью вырвало. Стрелять уже было не в кого. Больше изнутри никто не вышел. Мы подождали, думали, что хоть кто-то на взрыв появится, потом поняли, что они могут выбраться в окна и обойти нас. Стекол-то нигде нет… Стены только от ветра защищают. Внутри и холодно, и опасно. Мы понимали, что они будут выбираться, но куда – мы не знали. И побежали сюда.

–  Теперь бежим назад, – скомандовал я. – Впрочем, если устали бегать, сейчас можем себе позволить и пешком ходить.

Я предположил, что творится в отряде Лагуна после взрыва «растяжки». Только полный дурак может послать людей туда, где взрывом выворотило ворота. Но Лагуна к дуракам отнести было трудно. По крайней мере, мой побег он организовать сумел. И хотя боевая подготовка имеет существенные различия с организацией побега, я должен был учитывать, что Лагун если не военными знаниями, то хотя бы собственным разумом дойдет до настоящего положения вещей. Он должен понимать, что пошлет в этом случае людей под автоматные очереди. Так что не пошлет, скорее всего. Прикажет бойцам занять позиции, используя окна вместо бойниц, и будет ждать дальнейшего развития событий. Он способен долго ждать, не зная, на что решиться и с какой стороны придут неприятности.

Предположить то, что Лагун уже понимает, кто ему противостоит, было нетрудно. Поблизости не оказалось специалиста, который мог бы что-то организовать, приготовить мне ловушку, уничтожить моих бойцов, сам оставаясь вне зоны поражения. Лагун не может знать о том, что я сумел связаться с подполковником Громадским и имею от него конкретную информацию. Но уже по манере действия, по манере исполнения, даже по наглости исполнения, зная при этом, что Пехлеван находится не в самой лучшей боевой форме и мало способен к сопротивлению, подполковник Лагун наверняка понял, что против него выступил именно я, к тому же сумев организовать вокруг себя какую-то часть бандитов и местных жителей, предположительно с помощью Илдара, перешедшего на мою сторону. Это был один из вариантов, которого подполковник должен был больше всего опасаться и который поставит его в тупик, поскольку к полноценным боевым действиям Лагун со своим отрядом не подготовлен. Конечно, как всякий дилетант, он считал, что если человек носит погоны и оружие, то автоматически становится бойцом. Но погоны носит и пожарный, а оружие – и колхозный сторож, пусть даже и старую берданку вместо автомата…