Геннадий Прашкевич - Бык в западне
- Название:Бык в западне
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:ВЕЧЕ
- Год:1998
- Город:М.
- ISBN:5-7838-0412-6
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Геннадий Прашкевич - Бык в западне краткое содержание
Новосибирский писатель Геннадий Прашкевич, хорошо известный любителям остросюжетного жанра, продолжает криминальный цикл, начатый романом "По кличке Бык", новым детективом, героем которого является бывший российский борец, а теперь легионер французского спецназа.…
Бык в западне - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Ну да, не мне! —усмехнулся Зимин. — Если бне мне, стал бы я тратиться на цветы. Я, кстати, сперва хотел оставить букет в квартире и уйти, а встретиться с тобой уже под вечерок, чтобы у тебя, значит,от цветочного аромата голова пошла кругом. Странноведь, согласись. Все вроде на замках, на запорах, нигде не нагажено, двери не сломаны, ничто не пропало, а на столе цветы в вазе! А? Я сперва хотел, гражданин Чирик, чтобы ты, увидев цветы в собственной квартире, облазил каждую щель. Чтобы ты, не выпуская из рук «ТТ», забранный с одного из твоих знакомых трупов, заглянул в каждый угол квартиры Чтобы тебе, паскуде, весь день не спалось и не елось. Но потом раздумал. Ты не из таких. Ты не из сентиментальных. Ты бы смылся. Мы бы тебя, конечно, разыскали сразу, это факт, но зачем лишний раз напрягаться? У нас за тобой давно установлено постоянное наружное наблюдение. Ты ведь для нас давно уже не человек, а фигурант. Ты сейчас сидишь и прикидываешь, куда я тебя поведу? Наверное, думаешь, что в тюрьму. В тюрьме ты уже сидел и не умер. Но ты одиночка, ты работаешь сам по себе, ты ведь с настоящим преступным миром по-настоящему и не связан. Своих корешей, которые тебе помогали, ты уже загрыз и забросал хворостом, как того же Овечкина. Тебе, мол, тюрьма не страшна… А я тебе так скажу… В тюрьму, кроме дураков, никто не рвется. Даже знатные ходки туда не рвутся. Воры в законе, которые могут быть уверены в своих особых привилегиях, и те старательно избегают тюрьмы. Ну никак не хотят в тюрьму! Знают, что пусть в тюрьме их место и далеко от параши, только в тюрьме они все равно сидят. Понимаешь? Сидят! Именно сидят. К тому же, тюрьмы нынче прозрачные, ох, совсем прозрачные… Если уж на воле черт знает что творится, то в тюрьмах- то… И думать не хочется! — неожиданно развеселился Зимин — Тебе в тюрьме будет очень неспокойно, гражданин Чирик. Понимаешь меня? — И спросил: — Помнишь Колобка?
— Не помню.
— Неверно, но не совсем, — усмехнулся Зимин. — Мы еще отдельно поговорим с тобой про Колобка. Мы еще с тобой поговорим про самых разных людей. Свари-ка еще кофейку и предложи гостю приличную сигарету.
— Я не курю.
— Во-первых, куришь. Во-вторых, в ящике стола у тебя лежит начатая пачка «Мальборо». В третьих, никогда не ври попусту.
Почему-то эти слова подействовали на Чирика Он побледнел.
Наверное, до него наконец со всей ясностью дошло, что странный гость действительно уже не раз наведывался в его квартиру. И каждый уголок знает. Наверное, до Чирика наконец дошло и то, что для этого странного гостя он действительно давно уже не человек, а фигурант под колпаком наружки.
Он встал, послушно отправился в кухню, сварил кофе и принес на подносе в комнату.
— Только вы зря распинаетесь, — сказал он мрачно. — Ну, следили вы за мной. Чего ж?.. Бывает… Ну, незаконно проникали в квартиру. И такое бывает… И кассета эта действительно моя. Чего скрывать?.. И Вальку Овечкина я хорошо знал… Только что тут такого? На кассете-то? Ну, гуляют пацаны. Мирно гуляют. Ничего в том плохого нет… И про Вальку я больше ничего не знаю. Ну, уехал и уехал куда-то… И про «Икарус» слышу впервые… И не надо мне тут всяких сказок про беспредел… Говорите ясно, зачем пришли?..
— Я скажу, — пообещал Зимин, неторопливо закуривая. — Этот кореш, который на экране обнимает тебя. Валька, значит, Овечкин… Он ведь не сам поехал в Медведевский лес… Не такой он дурак, чтобы подставлять зверькам свою сытую рожу… Уж кто-кто, а ты- то наверняка знаешь, с кем Овечкин поехал в Медведевский лес?..
— Не знаю.
— Ишь какой уверенный!.. «Не знаю!» — ухмыльнулся Зимин. И подсказал: — Ты видик пока не выключай. Не выключай пока видик. Ты смотри, смотри на себя, каким ты когда-то был. Ты смотри на широкую рожу своего дружка, улыбайся своему дружку. Вдруг твоя улыбка каким-то образом дойдет до Овечкина?.. Как ты его называл? Валькой?.. Ну вот… А я, пока ты улыбаешься корешу, расскажу, как твой кореш Овечкин попал в Медведевский лес.
Чирик протянул руку за сигаретами и тоже закурил. Наверное, забыл, что он не курит.
— Так вот… Если коротко… — Зимин не спускал внимательных глаз с хозяина квартиры. — «Подснежники», которые вытаяли из-под снега под поселком Мариничи, были все же опознаны. Можешь позвонить в прокуратуру, тебе подтвердят. Оказалась одна семья. Отец и сын Лапины. Ехали из Бреста в Армавир. Лапин-старший до этого работал в городе Винсдорф на складах Западной группы войск. Вместе с сыном перегонял домой новенький личный ВАЗ. Номера, понятно, транзитные. Нигде в ГАИ на территории России не зарегистрированы. Везли Лапины всякие хорошие вещи везли наличку в валюте. А опознали трупы потому, что жена Лапина-старшего каким-то чудом вспомнила слова мужа, сказанные им по телефону. Встречай, мол, жена, новенький ВАЗ с госзнаком 89–10 ЕЮЛ-транзит. Вот так вот — усмехнулся Зимин. — Запомнила номер. Случается. А у тебя в столе, кстати, до сих пор валяется занятный немецкий календарик с голыми бабами. И как раз на девяносто четвертый год. Убитых Лапиных опознали, значит, а через полгода нашли и машину. Уже в Москве. В лесопосадке на Юго-Западе. За улицей Двадцати шести бакинских комиссаров. Гулял там один хороший человек с собакой по кличке Трофим и наткнулся на машину. На разбитую, конечно. А разбил ее твой кореш Овечкин. И бросил. Так сказать, оставил след. А тебе это не понравилось. И чтобы ты не дергался, — сухо предупредил Зимин, — чтобы ты не суетился, и не врал, и не говорил лишний раз, что, мол, все это очень далеко от твоего района и тебя не касается, а немецкие календарики с голыми бабами можно, мол, купить в любом киоске, я тебе сразу скажу однувещь. Утебя в тайничке, в том, что врезан в деревянный подоконник, вместе с валютой припрятан на всякий случайсертификат об окончании курсов менеджмента на имяА.Ю. Лапина. А ты ведь не А.Ю. Лапин. Правда? ТыЛ.И. Лещинский. И кликуха у тебя Чирик. Наверное, жалко было выбрасывать, а? —подмигнул Зимин. —Думал, вдруг пригодится в будущем документик? Сидеть!.. — коротко приказал он попытавшемуся вскочитьхозяину квартиры. —Ты что, гражданин Чирик, с винтаслетел? Перестал понимать слова? Я же честно предупредил, что вгоню тебя в тоску В большуютоску Какбы даже подготовил тебя к этому, а ты все равно дергаешься. К тому же, гражданин Чирик,то, что ты сейчас чувствуешь, если, конечно, чувствуешь, это еще нетоска. Это только так. Этотолько ее начало. Это, таксказать, еще только самое начало приступа тоски, ноеще не сам приступ. Будешь вскакивать, я тебе яйцараздавлю, гражданин Чирик! А все остальное раздавятте, кто сейчас покуривает за дверью… Устраивает?.. Усек,гражданин Чирик?
Хозяин квартиры хмуро кивнул. И Зимин продолжил:
— Теперь об «Икарусе». Нападавших было трое. Всев масках. Наводчик выскочил из автобуса и участия вразбое не принимал В водителя стрелял плечистыйжилистый человек Как раз твоего роста. Без бороды.Никто не запомнил бороду. Зато многим запомнилисьего руки. Он закатал рукава рубашки, а руки у него оказались жилистые и волосатые. Многим эти руки показались страшными, азначит, запомнились. Наверное,не успел побриться перед делом, — усмехнулся Зимин. — Собрав дань спассажиров, лихие ребята уехали на иномарке вместе снаводчиком. А пассажир, которого застрелили, как позже выяснилось, раньше жилв Москве. Черт знает, может, он, дурачок, узнал кого-то по голосу.А? Некоторые пассажиры утверждают, что он вроде даже произнес какое-то имя. Тут, правда, масса противоречий. Один свидетель утверждает, что расслышал имя Леня. Другой утверждает, что Лена. Выходит, за этои шлепнули человека. А? Чтобы не трепался. Я ведь все эток чему? — говорилЗимин. — В том же тайничке, устроенном в деревянном подоконнике, лежит у тебяпластмассовая коробка из-под компьютерных дискет.А в коробке, я сам удивился,золотые и платиновыесережки, цепи, перстни. Я не спорю, сейчас многимзадерживают зарплату.Бывает, что задержан ную зарплату выдаютпродуктами производства Чайни ками, телевизорами,носками. А тебе,выходит, зарплату выдавали золотымии платиновыми цепями, перстень ками дасережками? Так, что ли?..И чтобы совсем вогнать тебя в тоску, гражданинЧирик, сразу скажу. Я сравнил твои богатства с описьювещей, отобранных у челноков в тот вечер. Ну, понятно,и сдругими извест ными мне описями. Жаба тебядавит, гражданин Чи рик. Не помнишь ты правилигры. Кто же держит дома, пусть даже в тайничке, чужоенаграбленное золотишко?.. Оно понятно, по истечении летэто как бы уже твое золотишко. А золотишко, говорят,душу греет… Но это ошибка. Точно тебеговорю, ошибка.Может, золотиш ко и греет душу, только не тому,кто его отнял силой… Я вижу, вон у тебяна полкекакие-то книги стоят. Не много, но ведьстоят. Значит, что-то почитываешь. А раз почитываешь, то когда-нибудьвстречал уклассиков такое выражение — убесов холодное семя?.. Так вот,гражданин Чирик, золотишко твое, оно как раз и есть такое бесовское семя… Холодное… Не твое… Не может оно тебя греть… Оно может только в тоску вгонять и в озноб… —И спросил, улыбнувшись: — Ну как, нагнал я на тебя тоску?
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: