Игорь Волгин - Алмаз королевы

Директор задумался.

— Возможно, возможно… Но не будем гадать. Сейчас нам, по крайней мере, ясно одно: труп, в котором Виктория Петрова опознала своего мужа, Алексея Михайловича Петрова, таковым не является. Можно с большой степенью вероятности утверждать, что тело принадлежит Алексею Андреевичу Петрову, бывшему менеджеру фирмы «Сагос»… Но как, однако, интересно получается! — Воротников взял со стола фотографию трупа с разбитым лицом и вгляделся в изображение. — Покойник тоже оказался Петровым и тоже Алексеем!

— И тоже побывавшим в июне месяце в Германии! — добавил Максудов.

— Удивительное совпадение, — согласился директор.

— Когда старуха увидела эти фотографии, то страшно расстроилась и тут же выложила мне множество сведений о Яковенко и Петрове, — продолжал детектив. — Оказалось, что они были гомосексуалистами и последние лет пять жили вместе. Вместе вели бизнес, вместе ездили за границу, кстати, довольно часто. Секретарша считает, что эти заграничные поездки в конце концов и разорили их. во время последнего путешествия в Германию на фирму тут, в Москве, наехала налоговая поли-ия. Они вынуждены были прервать турне и срочно озвращаться. Но срочно не получилось. Что-то ам их задержало почти на пять дней…

— Операция? — спросил Воротников.

— Старухе причина задержки неизвестна. Они ничего не сказали. Видимо, им было не до этого. Cразу по возвращении из Германии Яковенко стал быстро сворачивать бизнес. Сотрудников поувольняли, в том числе и секретаршу. До вчерашнего разговора со мной она была уверена, что Яковенко и Петров находятся в Новосибирске. В последнее время ее шеф несколько раз говорил о том, что собирается вылететь туда и начать там новое дело. —ак само собой разумеющееся, с ним должен был лететь и Петров. Но тут возникла коллизия, которая, может быть, в какой-то степени стала причинoй автокатастрофы. У Яковенко появился новый любовник — Эдуард. Так, во всяком случае, считает ceкретарша. Вероятно, Петров ревновал, хотя теперь этого мы, наверное, уже никогда не узнаем. Вдобавок у него после возвращения из Германии начались боли в животе. Ультразвуковое обследовано выявило в желудке раковую опухоль величиной с куриное яйцо. Можете представить себе его душевное состояние! Парень в отчаянии начал интенсивно колоться. Он чувствовал себя уже стоящим одной ногой в могиле. Что с ними со всеми случилось дальше — секретарша не знает. Повторяю, она была уверена, что уж по крайней мере Яковенко точно вылетел в Новосибирск. Директор закурил.

— Вместо Новосибирска все они отправились прямиком в морг, где тело одного из них —а именно Петрова — стало добычей аферистов, — скачя он, выпустив дым.

— Шеф, теперь нам остается как следует прижать эту псевдовдову. Когда мы предъявим ей показания секретарши, она расколется!

— А что мы скажем немцу? Детектив развел руками.

— Но ведь мы нашли ему Петрова… Пусть в виде трупа, но нашли. Формально он не может предъявить нам претензий.

Воротников стряхнул с сигареты пепел.

— Странная, однако, история получается. Почему он ищет именно Петрова? Если фирма «Сагос» задела его финансовые интересы, то он должен искать Яковенко, ведь так? А крутые, которые подвалили сюда позавчера? Им-то зачем понадобился этот гомик?

— Я тоже думал об этом, когда разговаривал с секретаршей. Вы знаете, шеф, из ее рассказов я вынес впечатление, что Петров — абсолютно серый тип, который сам по себе вряд ли кого-то мог интересовать. Если, конечно, не иметь в виду его голубых друзей… Своими обязанностями менеджера занимался из рук вон плохо, любил выпить, употреблял наркотики… — Максудов пожал плечами.

В кабинете установилось молчание. Директор бросил окурок в пепельницу.

— Хорошо, — сказал он. — Займись подготовкой материалов для немца. Для него у нас осталось только двое Петровых. Один из них погиб…

— Но ведь именно ему сделали операцию аппендицита в Германии!

— Я тоже не сомневаюсь в этом, но все же это только наше предположение. Вопрос выяснится , когда мы найдем исчезнувшего мужа Виктории Петровой.

Он встал и подошел к приемнику, стоявшему на полке у стены. Нажал на кнопку.

— Анатолий! — вдруг обернулся он. — «Жучок» в квартире вдовы заговорил!

Максудов подбежал к нему. Миниатюрное подсушивающее устройство, которое Шулыгин установил в квартире на Мичуринском проспекте большe недели назад, до сегодняшнего утра хранило молчание. Передатчик автоматически включaeтся только при звуках человеческого голоса. Оба cыщика в волнении уставились на подмигивающую панели приемника зеленую лампочку. Это означaло, что работал магнитофон. Кассета крутилась! Воротников поворотом рукоятки усилил звук.

— …Позырь в холодильнике, есть ли чего пожрать, — зазвучал в динамике сиплый голос.

— Только масло подсолнечное и кефир… прокисший!

— Тоже мне «новые русские»! Жмоты!

— Слышь, Чурбан? Мы без жратвы тут много не накараулим!

— Шеф сказал, что вечером нас сменят Очкарь с Митяем. Так что, Сидор, перебьешься.

— Ты послушь, Чурбан, — продолжал после паузы тот, кого назвали Сидором. — Я не совсем врубился. Мы здесь бабу, что ль, ждем?

— Ты еще зелень, Сидор, салага, понял? Делай, что тебе приказано. А приказано тебе вязать всех, кто сюда войдет. Баба это будет, мужик — все Равно. Понял?

— Понял… А если менты подгребут? — Не подгребут. Прийти, по идее, должна баба, жена хозяина квартиры. Кащей велел ее сразу вязать, в рот затычку…

— В жопу член, понял!

— Глохни, кретин! Это жена Петрова, которого мы ищем!

— А правда, что ему в живот брильянт зашили? Чурбан удивился:

— Кто тебе вякнул такое?

— Очкарь. Вчера он мне по пьянке проболтался. Но ты не ссы. Я молчу как могила…

— Молчат только мертвые, секи это башкой своей дурной, понял, нет?

Воротников посмотрел на Максудова.

— Кащей? Их шеф — Кащей?

Детектив на несколько секунд задумался.

— Среди воров в законе таких нет, — ответил он. — Среди главарей группировок, по крайней мере известных, — тоже…

— Голос Чурбана мне как будто знаком… Не одна ли это из тех гнид, которые были здесь позавчера?

Максудов поднял палец, призывая к тишине. Сыщики, затаив дыхание, продолжали слушать разговор бандитов…

Липке лихорадочно соображал. «Жучок», установленный в кабинете Воротникова, принес совершенно неожиданные новости. Петров, в которого зашили алмаз, погиб в автокатастрофе и был опознан как совсем другой человек (удивительно, но тоже по фамилии Петров)! Выходит, Шредер на правильном пути! Если он найдет могилу и раскопает ее, то неминуемо завладеет алмазом. А уж тогда пусть начальство в Берлине решает, как действовать дальше: изъять бриллиант у Шредера здесь, в России, или дать ему контрабандой вывезти камень в Германию, чтобы конфисковать его там без всяких хлопот.