Роман Каретников - Девушка с пистолетом ТТ

- Ты что? – Красавчик привстал. – Ты что, Бита, хочешь сказать …

- Сиди, - остановил его Бита. – Пока я хочу сказать, что тачка, судя по всему, была твоя. А вот находился ты в ней, или нет, мы и будем выяснять.

- Ну ты, ёлы-палы, даёшь! Выходит это я на Больмана наехал, да?

- Не ссыте, поручик, разберёмся.

- Давай сейчас к Матвею. Вот там втроём и будем разбираться.

Красавчик чуть не лопался от злости. Мало того, что ему сделали с машиной, так ещё и подставили так, что вполне можно схлопотать пулю. В лучшем случае.

В это время дверь открылась и заглянул один из людей Биты.

- Что? – повернувшись к нему, спросил тот.

Человек подошёл к Бите и показал полиэтиленовый пакетик с ключом и голубым мишкой.

- Вот. Было под пассажирским сидением.

Бита взял пакетик в руки и прищурился. Красавчик, вытянув шею, рассматривал через его плечо то, что в нём находилось. Гоша тоже подошёл поближе и стал рядом.

Этот мишка был знаком всем троим.

- Н-да, - сказал Бита. – Очень интересно.

Женя сидел в своей комнате у окна, выходящего во двор их малосемейки, и прихлёбывал горячий крепкий чай из большой щербатой чашки. Утром он успел съездить в лес и побывать на облюбованной полянке. И вот сейчас Желток покачивался на скрипящем стуле, смотрел во двор и пил чай. Когда чашка заканчивалась, он закуривал и задумчиво разглядывал завитки дыма, проплывающие к форточке. Докурив сигарету, он гасил её в стоящей рядом с ним пепельнице, наливал себе новую чашку и продолжал смотреть в окно. Впрочем, больше в его комнате смотреть было некуда и не на что.

Примерно в половине пятого во двор въехала машина, которая показалась Жене знакомой. А вот люди, выбежавшие из неё, были знакомы ему наверняка. Бита с Гошей, обогнув играющих ребятишек, метнулись к подъезду.

Женя вскочил, почувствовав как жаром осыпало всё его тело. Он отшвырнул чашку. Чашка клокнулась о голую стену и с печальным звуком разлетелась вдребезги.

Желток не обратил на это ни малейшего внимания.

Чтобы добраться до его квартиры Бите с Гошей понадобится три с половиной минуты. Это Желток проверял специально, засекая время по часам. Быстрее никак не получится.

У него есть три с половиной минуты на то, чтобы попытаться спастись.

- Вы уже? – спросил Акула.

- Да, всё в порядке, - кивнул человек, отвечавший за подключение к телефонной линии.

Они находились в квартире Ахмедова. Сам хозяин сидел на диване в гостиной, время от времени нервно потирая руки и ожидая, чем закончится эта заварившаяся вокруг него каша.

Перед тем Акула долго беседовал с шофёром, отвозившим жену и дочь Ахмедова на вокзал. Слежки за собой водила не заметил, хотя и был проинструктирован хозяином по поводу повышенной бдительности. Следовательно, их вели на разных машинах, что подтверджало серьёзность противника, с которым предстояло столкнуться. Хуже было то, что другая сторона уже знала адрес, по которому находилась семья предпринимателя. По распоряжению Акулы туда выехали три человека с целью охраны. Хотя, сам Акула считал, что главные события произойдут здесь. И от того, как они будут разворачиваться, зависит и безопасность семьи Ахмедова.

- У нас всё готово, - сказал Акула, входя в гостиную, где сидел изрядно перенервничавший хозяин, и опускаясь в глубокое кресло напротив него. Руки Акула положил на подлокотники, но не откидывался назад, а держал спину прямо.

Ахмедов кивнул.

- Всё будет в порядке, - сказал Акула.

Ахмедов ничего не ответил.

Акула вызвал, поочерёдно, по рации людей, расставленных вокруг дома. Все находились на своих местах и при этом – никого, похожего на наблюдателей противника. Время замерло.

Звонок раздался ближе к вечеру, когда нервы у всех были на пределе.

- Ты сделал то, о чём тебе говорили? – раздался знакомый Ахмедову голос.

- Да. Деньги у меня.

- Хорошо. Ты принял разумное решение. Сложи их в кейс и жди нас. Никуда не выходи до нашего прихода. Мы скоро заедем.

В трубке послышались гудки.

Человек, сидевший за столом, покачал головой.

- Ладно, - бросил Акула. – Быстро собирайте всё и уходите отсюда.

Он поднёс к губам рацию.

- Внимание! Всем! Покинуть территорию немедленно. Гурам, ты остаёшься на месте и смотришь за подходами. Вазген и Ашот, поднимаетесь сюда. Все остальные, станьте по периметру квартала, но не ближе …

В дверь позвонили. Мужчина, собравший свои принадлежности в чемоданчик, вежливо попрощался с Ахмедовым и вышел, разминувшись на пороге с двумя щетинистыми молодыми парнями в просторных кожаных куртках. Они кивнули Ахмедову, здороваясь, и прошли в квартиру. Он запер за ними дверь.

- …Отбой! – сказал Акула, выключил рацию и обратился к Вазгену с Ашотом. – Приготовьте оружие.

- Всё в порядке, - повернулся он к Ахмедову. – Мы их сделаем прямо здесь.

На Женю было страшно смотреть. Он сидел на стуле в подвале дома Матвея, с руками, заведёнными за спину и схваченными там наручниками. Кровь была повсюду. Лицо превратилось в ужасную маску тёмно-бурячного цвета, левый глаз закрылся полностью.

- Ну куда ты бежал? – Гоша подошёл к стоящему у стены эмалированному ведру, зачерпнул воды и плеснул её в лицо Жене, видя, что тот уже поплыл и вот-вот вырубится.

- Зачем ты бежал? – повторил Гоша, говоря нарочито громко, чтобы не дать Жене соскользнуть в спасительное забытьё.

Вода, смешиваясь с кровью, коричневыми струйками побежала по лицу Желтка, стекая на рубашку с оторванными верхними пуговицами. Он шевельнулся на стуле, его нога конвульсивно шаркнула по полиэтилену, заботливо постеленному на пол, чтобы нигде не оставалось следов крови.

- Что, увидел нас и испугался, да? – сочувственно спросил Гоша. Он стоял чуть нагнувшись и, уперев руки в колени, глядел в лицо Жене.

Тот попытался что-то ответить разбитыми губами, но из горла вырвался только свист с нечленораздельным шепотом.

- Что-что? – Гоша наклонил голову.

- Ладно, кончай эту бодягу, - поднялся из-за его спины Бита, подбрасывая на ладони «Макаров», изъятый у Желтка. Они с Матвеем сидели у стола, давая себе короткую передышку, после того, как двадцать минут, без устали, обрабатывали Женю.

Бита подошёл к Желтку, безучастно сидевшему на стульчике.

- Где деньги, падло? – с ровной интонацией задал он вопрос, который неизменно звучал здесь с того момента, как сюда привезли Женю. Бита был спокоен и не выходил из себя, зная, что, рано или поздно, ответ на него он получит.

Его ожидания оправдались где-то через час. Женя не выдержал. За это время он дважды терял сознание, его отливали водой и продолжали бить. В конце концов, он подошёл к той черте, когда человеку становится всё равно, будет он жить или умрёт, лишь бы остановить то, что происходит сейчас. Потому, что в нём не остаётся ничего, кроме боли, всеобъемлющей, пронизывающей каждую часть тела. Боли непереносимой настолько, что она заглушает инстинкт самосохранения. Тогда человек готов умереть, только чтобы она прекратилась, исчезла. Пусть даже вместе с ним. И, в конце концов, Желток тоже не выдержал, сломался и рассказал, где он спрятал деньги.