Сергей Самаров - Мертвая армия

Чуть дальше, оказавшись в том месте, где оставил рядового Моховщикова, когда сам пошел уничтожать первые две пары в засаде, Загоскин распластался по земле, перешел на движение ползком и, незаметно подобравшись к ряду противников ближе, нашел большинство из них на прежней позиции. Здесь противник занимал подготовленные окопы для лежачего положения тоже парами, причем пара от пары, в отличие от двух самых левых, где Загоскин уничтожил четверых, располагались слишком близко, и атаковать их было невозможно, не привлекая к себе внимания. Он прополз незамеченным позади засады и насчитал в ней тридцать шесть человек. Это было больше, чем он ожидал, тем более что где-то должны были находиться и другие бойцы. Но эту засаду он оставлял «на закуску» тем двум взводам спецназа, что должны были вскоре прибыть, а сам начал искать миномет, но пока не находил его. Продвигаясь вдоль засады, Андрей добрался до свежепротоптанной тропы и легко сообразил, что тропа эта ведет ко второй сосне, под которой располагалась розетка для полевого телефона. Если противник продолжает оставаться на позиции и после гибели командира, причем в спокойном, почти стационарном положении, значит, кто-то взял командование на себя, связался по уцелевшему телефону с подполковником, с которым и погибший старший лейтенант общался, и получил те же самые указания, что получал старший лейтенант.

Миновав тропу, младший сержант вернулся к ней, выбрал место, вытащил из кармана «разгрузки» моток светло-зеленой лески и установил поперек тропы «растяжку», израсходовав таким образом одну из четырех гранат «Ф-1» своего боекомплекта. Подумав, установил вторую поблизости от тропы. Наверняка тому, кто на «растяжке» подорвется, постараются помочь, значит, следует и им самим обеспечить необходимость помощи. После второго взрыва к раненым или погибшим долго никто не подойдет, будут искать третью «растяжку». Обычно это так и работает. Но гранату ко второй своей «растяжке» Загоскин установил уже не на земле, а на дереве, среди жухлой ивовой листвы. И постарался при этом ни один из листочков не уронить. Маскировку ронять нельзя…

Но основной своей задачей младший сержант видел необходимость оставить миномет засады, грубо говоря, сиротой. Он по Северному Кавказу знал, какие потери может нанести миномет при наличии хорошего минометчика, и потому считал важным обезопасить подход двух взводов спецназа от этого завывающего обстрела. Без взрывателей мины не годятся даже на то, чтобы ими гвозди забивать — в руке, в сравнении с молотком, неудобно держать. И требовалось найти, где противник хранит мины и ввинчивающиеся взрыватели к ним. Но пока Загоскин не мог найти даже миномет. Однако, подумав, решил, что миномет должен быть расположен где-то на возвышенности или даже за возвышенностью, поскольку траектория полета мины всегда бывает достаточно крутой, чтобы стрелять из-за прикрытия. Кроме того, минометчику всегда требуется корректировка огня. В зоне отсутствия радиосвязи и сотовой связи связь могла быть только проводной, значит, следовало искать провод, протянутый… Протянутый откуда? Скорее всего, от второй сосны, где, наверное, и располагался командный пункт. Чтобы проверить это, Андрей пополз в сторону сосны. И там, под кроной, в самом деле увидел шестерых человек. Вероятно, седьмой сидел на дереве, невидимый спецназовцу. Атаковать противника, даже делая скидку на внезапность атаки, в этой ситуации было неразумно, решил Загоскин. Имей его пистолет-пулемет подствольный гранатомет, еще можно было бы рискнуть и попробовать, хотя тоже требовалось все предварительно взвесить не с наскока. А без гранатомета лучше оставить всех подходящим силам. Они справятся.

И младший сержант пополз по кругу в поисках провода. И нашел-таки этот провод. Обыкновенный кабель связи от полевого телефона, который на учениях протягивают от окопа к окопу. Но, если спецназ на учениях использовал кабель маскировочного зеленого цвета, здесь кабель был черным. Определенно, этим воякам думалось, что против них всегда будет выступать только полицейский спецназ, не иначе. Но не воспользоваться такой небрежностью было нельзя, и Андрей пополз в направлении, точно показанном кабелем. Как он и предполагал, в середине полосы ивняка, чуть левее ее, был небольшой и даже каменистый, что для здешних болот не характерно, пригорок с несколькими молодыми березками поверху. Кабель уходил за этот пригорок. Но до самого пригорка предстояло преодолеть чистое пространство. Правда, перед этим чистым пространством засады не было, она растянулась по первой трети полосы ивняка. Загоскин стрелой перелетел пятнадцатиметровый открытый участок и буквально упал в высокую траву перед жидкими кустами. Он оказался прямо у подножия того самого пригорка, за который уходил кабель телефонной связи. Но пригорок младший сержант решил обойти с другой стороны. Правда, там пришлось бы ползти прямо через мелкую болотную лужу, однако это Андрея не смутило, как не смутило и то, что при этом преодолении препятствия вода в месте, где была яма, попала ему даже под куртку и сразу обдала его ледяным холодом.

За первой лужей, после небольшого высокого перешейка, заросшего травой, через который младший сержант просто боком перекатился, последовала вторая, менее глубокая, но более грязная, где дно было глинистым и скользким. Но и ее Загоскин легко преодолел, а дальше уже пополз посуху, огибая пригорок по всему подножию. И старался он, как оказалось, не зря.

Обыкновенный восьмидесятидвухмиллиметровый миномет был уже установлен на тяжелую плиту. Такие минометы обычно перевозят в машинах, и как его на место доставляли, оставалось загадкой. Минометного расчета рядом не было. Возможно, минометчики как раз и находились под сосной и получали задание. Загоскин время терять не стал и быстро перебежал к ящикам с минами. В каждом из трех больших ящиков было по четыре мины, хотя младший сержант сам слышал разговор про десять мин. Оказалось, их на две больше. В маленьком ящике, разделенные перегородками из толстого картона, находились ввинчиваемые взрыватели. Этот ящик и интересовал младшего сержанта. Он подготовил гранату, обмотав леской прижимной рычаг так, чтобы леска сорвалась только после резкого рывка и освободила рычаг, вырвал кольцо, гранату засунул под угловой взрыватель, конец лески прикрепил в защелке замка и обрезал лишнюю леску под самый край, так, чтобы даже кончика видно не было до того, как крышку откроют. Леску обрезал не своим ножом, а ножом трофейным, с рукояткой-кастетом.

Теперь необходимо было уйти незамеченным. И Загоскин снова пополз, и снова в лужу грудью угодил, но не стал рисковать и перебегать, потому что из ивняка его могли заметить.