Кирилл Казанцев - Обойма с икрой

Что касается Вероники, то и тут он поостыл. Наверняка она сказала эту фразу сгоряча, от расстройства. Все это не всерьез. Она и сама уже сейчас жалеет о необдуманно брошенных словах. Да и Славик хорош: можно было разговаривать не так оскорбительно. Может, девушка и сама рада была бы извиниться, а он своей грубостью все испортил.

Настроение Капитонова значительно улучшилось после благоприятных новостей об Аркадии Петровиче, и он, немного подумав, решил съездить к Веронике и помириться. В самом деле, повздорили, наговорили лишнего — с кем не бывает? Если не решить сейчас этот вопрос, потом будет только хуже. И он с практически легким сердцем повернул машину в сторону дома, где жила девушка, нарочно не предупреждая ее телефонным звонком.

Вероники дома не оказалось. Причем ее мама встретила Славика как-то настороженно и вела себя, как ему показалось, неестественно. На прямой вопрос, где Вероника, ответила уклончиво — дескать, уехала по каким-то делам и когда будет, неизвестно.

Славик вышел во двор и в задумчивости сел в машину. Он решил во что бы то ни стало дождаться Веронику. Почему-то интуиция упрямо подсказывала ему, что набирать ее номер не нужно. Прождать парню пришлось довольно долго, пока наконец во двор не въехала ярко-красная «Мазда». Первым из нее показался коренастый парень лет под тридцать. Вслед за ним выпорхнула Вероника. Она была весела, что-то говорила и при этом смеялась. Парень сдержанно улыбался в ответ. После того как он что-то сказал, девушка вдруг повисла у него на шее.

Славик смотрел на эту картину, не веря своим глазам. Он не собирался выходить из машины и устраивать сцены ревности. Виденные им на экране и в реальной жизни, они представлялись ему отвратительными. Особенно его поражало, как глупо и нелепо выглядит человек, устраивающий их. И сейчас он дожидался лишь того момента, когда Вероника и ее новый кавалер скроются в подъезде, чтобы уехать.

Однако девушка заметила его машину. На мгновение на лице ее мелькнуло смущение, но лишь на мгновение. Она очень быстро взяла себя в руки, приняла самоуверенный вид и, с каким-то злорадством бросив взгляд на Славика, крепко прижалась губами к губам парня, а затем, демонстративно взяв его под руку, пошла к подъезду, гордо подняв голову.

«Как же глупо и противно она выглядит!» — думал Капитонов, выезжая из двора.

Он бесцельно ехал по улице, сворачивая то в один проулок, то в другой. Мысли, конечно, вертелись вокруг Вероники. До чего же она все-таки глупа и меркантильна! Глупая, жадная эгоистка! Но, несмотря на осознание этого, Славик чувствовал боль: и от разлуки с девушкой, и от того, что больше года отношений были потрачены впустую, и от того, что он так поздно это понял. Сейчас он чувствовал себя очень одиноким. Капитонов не выносил, когда у него просыпалось чувство жалости к себе, — в такие минуты он казался сам себе слабаком и презирал себя за это.

Тут он вспомнил о вчерашней встрече с друзьями. Вот идиот! Из-за капризов Вероники поссорился с людьми, которых знал намного больше лет, чем ее, и с которыми было многое пережито. Славик внезапно почувствовал, что успокоился. Теперь он знал, что делать. Достав из кармана телефон, он набрал номер и проговорил:

— Антоха, привет! Говори, что покупать в дорогу. Я с вами в Бережное. Машина готова.

— Не пущу! — Наталья вскочила со стула, подбежала к двери и загородила ее своим стройным, но крепкими телом. — Не пущу, и думать не мечтай!

Сергей посмотрел на нее хмуро, вздохнул и спросил:

— Ну чего ты дверь подперла? Я же не сейчас собираюсь.

— И завтра не пущу! И послезавтра! Совсем с ума сойти — с браконьерами связываться! С преступниками!

— Да с какими преступниками… — поморщившись, начал Сергей, но Наталья, не слушая, перебила его:

— Не пущу!

Она притопнула ногой и вдруг, словно ослабев в один миг, сползла на пол и, закрыв лицо руками, расплакалась навзрыд. Плечи ее дрожали. Сергей быстро встал из-за стола, подошел к жене и, обняв ее, приподнял с пола и повел к столу. Усадив на стул, налил из кувшина стакан воды и протянул.

— Не надо! — сквозь рыдания выговорила Наталья, пытаясь отодвинуть руку мужа, но тот настойчиво, хотя и не грубо, поднес стакан к ее губам.

Наталья сделала несколько глотков, вздохнула, посмотрела на мужа и снова заплакала. Сергей, присев рядом, обнял Наталью и принялся уговаривать:

— Наташа, ну что ты, в самом деле! Из-за ерунды так расстраиваешься!

— Из-за ерунды? — Наталья подняла на Сергея заплаканные глаза. — Да ты понимаешь, что ты говоришь? Тебя же посадят! А я одна останусь с Егоркой! И все из-за чего? Из-за какой-то паршивой икры?

— Да ладно тебе! Многие занимаются — что-то пока никого не посадили, — заметил Сергей, но Наталья стояла на своем:

— Не посадили, потому что у них там круговая порука! Они там друг за друга все, каждый с другого имеет! А ты кто? Никто! Ты чужой для них, они таких, как ты, за дурачков держат! Обведут вокруг пальца, себе деньги, а вы отвечать будете! Нашел с кем связываться — с Ашотом! Да его все нормальные люди сторонятся!

Сергей снова вздохнул. Связываться с Ашотом ему и самому не хотелось. Ашот был не местным, он появился в Бережном около трех лет назад — никто не знал, откуда и по чьей указке. Но то, что за Ашотом стояли большие люди, было очевидно. Во-первых, он сразу же прибрал к рукам икорный бизнес. Бережное богато рыбой, но добывать икру строжайше запрещено. Точнее, добывать можно, но лишь в определенный период, с особого разрешения и в строго ограниченном количестве. Легально реализовать накопленную икру нереально: в России ее производство целиком монополизировано государством. Никакие частные предприятия открывать не разрешалось. Тем не менее Ашот занимался этим и был очень уверен в себе. Кто давал ему зеленый свет, никто понятия не имел. Да, признаться, и не интересовался особо. Жители Бережного больше озабочены собственными проблемами и заботами, а их у них немало.

Главной проблемой, как острый нож, стоял вопрос трудоустройства. С работой в селе было плохо. Уровень развития инфраструктуры не позволял обеспечить каждого рабочим местом с достойной оплатой труда. Несколько магазинов, мастерские, детский садик, школа, больница… Стандартный набор для небольшого населенного пункта. Сколько это рабочих мест? Ну, пусть тысяча. А жителей — десять. И куда деваться остальным? Вот и выкручивались кто как мог. Некоторые ехали в близлежащие города, что покрупнее, кто-то даже в столицу. Но крепко встать там на ноги мало у кого получалось. Выбравшись из нищеты поселка Бережного, погружались в нищету больших городов. То есть концы с концами сводили, но и только. Накопить на собственное жилье в столице или хотя бы Подмосковье нереально, поэтому львиную долю заработка съедала оплата съемной квартиры. Левые регистрации, за которые тоже постоянно приходилось платить, частая смена работы… Словом, очень непросто.