Константин Хохряков - Ассенизаторы. Расплата

Жестом определив парням сектора наблюдения, чуть не на цыпочках подкрадываюсь к забору. Качественное сооружение! Ни единой щелочки нет — только несколько пулевых отверстий. Причем, судя по торчащим щепкам, стреляли с той стороны. Глянув в одну из дырочек, никого не увидел. Как говорится, не верь глазам своим! Голосов уже нет, но кто-то за забором явно ходит — слышен размеренный хруст медленно шагающего человека. Судя по тому, что не таится — точно кто-то из «духов».

Ну что же, придется искать другой путь. Вступать в бой с раненым на руках — не самый лучший выход. Можно, конечно, гранату туда зашвырнуть, но где гарантия, что «эргэдэшка» их там всех положит? А от «эфки» нам самим достанется по самое не хочу… На Первомайку же сейчас даже и соваться не стоит.

Определив Димку на контроль забора, осторожно выглядываю обратно, в сторону БМП… Никого… Из открытого водительского люка валит черный дым. Пока еще не особо густой, но постепенно его становится все больше. Похоже, погибшие парни еще окажут нам неплохую услугу, укутав двор пеленой. Благо он закрытый: хоть и есть ветерок, но это явно не сквозняк. Держа автомат левой рукой за цевье и прижимая его к плечу, постепенно смещаюсь вдоль сараев, правой рукой за своей спиной пробуя запоры дверей на прочность. В любую секунду готов прервать это занятие и вступить в последний бой, отвлекая внимание от своих товарищей. Наконец, на пятой или шестой двери почувствовал, что гвозди подались из подгнившего бруска, высвобождая петлю с висящим на ней изрядно поржавевшим замком, что определяется даже на ощупь. Это не может не радовать — выходит, что сюда давным-давно никто не заглядывал.

Чуть слышно скрипнув, дверь отворилась. Внутри сарая полумрак. Хлама, конечно, дофига, но места нам всем должно хватить. У дальней стены стоит прислоненный к ней дощаной щит. Если положить его на землю, туда можно будет определить бойца, предварительно распихав по сторонам валяющийся на полу хлам. Сами же и «пешком постоим». Тесновато, конечно, но поместимся. Не до комфорта…

Вернувшись к парням, поманил их за собой. Развернулся, заметив при этом, что из люков «бэхи», помимо дыма, показались языки все сильнее разгорающегося пламени. Чему там гореть-то? Ну пусть даже из-за повреждений замкнула проводка, но теоретически внутри все сделано из негорючих материалов. Солярку тоже просто так не подожжешь. И такое не только с нашей машиной. Вся подбитая техника обычно выгорает дотла. Загадка какая-то…

Об этом феномене пусть конструкторы размышляют. Нам этим заниматься точно некогда. Торопливо заняли хлипкое укрытие. Висящую на замке сорванную петлю, загнув гвозди, затянули в щель на свое законное место. Кое-как закрепил с помощью Сереги дверь, чтобы просто так было не открыть. Благо снаружи ручки, за которую можно тянуть, нет. Внимательного осмотра маскировка, естественно, не выдержит. Ну что же. В таком случае останется только подороже продать свою жизнь. В плен никто из нас сдаваться не собирается.

Наведя в сарае относительный порядок, уложили солдатика на щит, поручив его попечение Олегу. Сами же, поочередно сквозь щели в двери наблюдая за двором, набили рожки патронами. Жить сразу стало веселее. Скинув РД, запустил в него руку. Нащупав, извлек моток синей изоленты, принялся за попарное соединение магазинов. После переделаю, чтобы обе горловины в одном направлении смотрели, а сейчас пока сойдет и «афганский» вариант — «валетом».

Присел на корточки, привалившись спиной к боковой стене, занялся делом… Вот ведь незадача! Температура на улице в районе нуля или небольшого минуса. Изолента застыла. Никак не хочет разматываться, рвется, не прилипает. Приходится отогревать дыханием. Скорости это, конечно, не прибавляет. Рядом, занявшись тем же делом, сопит Димка. Серега пока торчит на фишке…

До того момента, как снаружи пошла движуха, сдвоить рожки успели все. На стреме в это время находился я. Сквозь щель заметил, как из-за полыхающей «бэхи», не приближаясь к ней, высунулась темно-рыжая бородатая морда, следом за которой появился и весь боевик, поводя перед собой в районе чуть выше живота стволом автомата. Вояка, в рот ему полбатона! Как же, интересно, он прицельно стрелять-то собирается? Пока вскинет к плечу, я его пару раз срезать успею. Потихоньку, чтобы не было щелчка, перевожу переводчик огня на автоматическую стрельбу. Лишняя, конечно, предосторожность — хрен там кто услышит. Но лучше перебдеть…

Следом за первым кандидатом в трупы нарисовались еще пятеро. Идут не прячась, с небольшим интервалом. Первым делом, лишь коротко взглянув в мою сторону, двинулись к проходу между зданием и сараями. Ну да! Тут же нет никого! На дверях замки висят. Тупик завершается двухметровым добротным деревянным забором. Что удивительно, и это я уже успел заметить, любят тут показуху. Со стороны улицы каменная ограда в кирпич толщиной, а с тыла и с боков заборчик из сетки рабицы, который перешагнуть — раз плюнуть. В лучшем случае, как здесь, деревянный, перемахнуть который в нормальном состоянии не составит никакого труда.

Блииин! А не наследили ли мы, случаем! Толку в таком разе от наших уловок… Не помню, что под ногами было — грязь или сухо? Как узнать?.. Сквозь щель, прижавшись лицом к двери, осматриваю окрестности… От души отлегло! Только покоцанный асфальт, причем, нормальный, а не «жидкий», груды битого кирпича и обломки досок… А ведь проверив проход и убедившись, что нас там нет, «духи» попрутся к сараям. В том, что на улицу мы не выходили, они на сто процентов уверены. Но встретить ожидают только солдатиков, иначе не ползали бы так расслабленно, ждали бы сюрпризов.

Некогда было, уроды! Мне времени побольше, я бы вам «подарочки» приготовил. Гранат у нас сейчас — завались. Все, что только может пригодиться, у погибших бойцов я забрал. Ничего, ходите пока. Мы с вами попозже пообщаемся, преимущественно в одни ворота… Послышались приближающиеся тихие шаги нескольких человек. Поднял сжатую в кулак руку. Парни замерли, направив на разном уровне стволы в сторону выхода из сарая. Слышно, как снаружи дергают замки. Неслышно достав из закрепленных на голени ножен НРС-2, воткнул кончик клинка в торцевой брусок двери в районе вырванной петли, прижав ее к косяку… Только бы не заметили, гады, свежие царапины на двери. Хоть их и мало, но имеются…

Шаги и звуки проверяемых замков постепенно приближаются. Осторожничают, сволочи! Что, страшно пулю схлопотать? Никак въехать не можете, куда мы подевались? Мать!.. Я же сейчас практически безоружен! Даже парней поддержать не смогу! Ничего, сейчас это дело поправим! «Калаш» повис на плече, из нагрудного кармана-кобуры разгрузки извлекаю изрядно потертый «Макаров» — мой стальной ровесник. Год рождения у нас один и тот же… Патрон давно уже дослан — достаточно снять с предохранителя. На такой дистанции даже самовзводом промахнуться невозможно…