Георгий Миронов - Анаконда

Рука Димы резко рванулась за пазуху, где уютно покоился его любимый «глок», но Алиса перехватила руку.

— Это не киллеры. И не греки. Это наши. Чистильщики Хозяйки. Они нам ничего не сделают, если свои задания мы выполним на «ять».

— Ну, в этом-то я не сомневаюсь. Раз нам тут ничто и никто не угрожает, пошли в номер.

В номере он тщательно проверил «глок», полученный от встречавшего в аэропорту агента. Успокоился. В номере, который был для них заказан, сразу же сделал рекогносцировку. Проверил лоджию, возможность спуска на нижний, в данном случае, шестой, этаж, осмотрел ванную комнату. Под ванной нашел четыре коробки патронов для «глока» и для штурмовой винтовки «М16А1». Осталось найти саму винтовку. Она оказалась под матрацем в разобранном состоянии. Собрать ее для Димы — пустяк, минута.

— А «глушняк»? — спросил он не столько у Алисы, сколько сам у себя.

— Что? — не поняла она.

— Ничего, девочка. Мои проблемы.

Еще раз тщательно обыскал комнату, но «глушняка» так и не нашел.

— Ужинать или, — посмотрел на часы, — скорее обедать будем в номере? Или съездим на экскурсию? Ты ж говоришь, что, пока мы не выполнили, но и не завалили задание, нам нечего бояться? Можем и погулять. А завтра сделаем свои дела: ты своего успокоишь, я своего. И хоть домой, хоть дальше по Европе.

— Домой нам пока нельзя. Хозяйка приказала в Европе поработать.

— Значит, поработаем. Пошли?

Город Алиса знала плохо, а ехать в машине, ориентируясь по карте, как-то тягомотно. У отеля взяли такси. Только отъехали, водитель остановился перед светофором, обернулся, улыбнувшись Алисе, протянул Диме какой-то сверток.

— Вам тут просили передать.

— Кто просил?

— Кому надо, тот и просил.

— Откуда вы знали, что мы сядем именно в вашу машину?

— А у «Хилтона» случайностей не бывает. Подают ту машину, которая заказана клиентом или на которую укажет швейцар. Его и спрашивайте, а я человек маленький.

Дима тут же развернул сверток.

Это был «глушняк».

— На словах что-нибудь просили передать?

— Только одно: вы (водитель показал пальцем на Димину грудь) должны выполнить свое поручение сегодня вечером, а вы (он показал на пышный бюст Алисы) — днем. Куда едем?

Тем временем Дима все копался в свертке, пока не обнаружил в нем, кроме глушителя к его «глоку», еще и какой-то пакетик. На ощупь с порошком.

Дима выразительно посмотрел на Алису, дал ей пощупать порошок.

— Вечно она придумает что-то, а нам разгадывай ее шарады.

Недовольно прищурившись, он попытался разобрать цифры, написанные от руки на газете, в которую были завернуты глушитель и пакетик.

Слово он разобрал сразу — «Hilton». А вот цифры! Ну, конечно же, 401. Номер в отеле, где проживает его «клиент».

Ехать на экскурсию по городу как-то сразу расхотелось.

Но по ориентировке Мадам Алиса должна была появиться в день приезда у королевского дворца. К ней могли подойти, могли и не подойти. Но появиться она там должна. А дисциплина в бригаде Мадам не слабее, чем во всей системе Хозяйки. Вот и чистильщики сознательно засветились, дескать, работайте, ребята, спокойно, но знайте, и за вами идут...

На окраине площади Синтагма, возле начала широкой лестницы, ведущей к Старому дворцу, они попросили водителя остановить машину и подождать их. Не было смысла засвечиваться на другой машине, раз уж этот водитель работает на систему.

По широкой лестнице они поднялись к террасе, на которой собралась небольшая толпа у монументального барельефа, изображающего древнегреческого воина-гоплита, распростертого на погребальном ложе.

— Это у них тут памятник неизвестному солдату, — пояснила Алиса, уже дважды выполнявшая задания Мадам и Хозяйки в Греции.

— Должно быть, в мае здесь хорошо, — мечтательно заметил Дима.

— Повезет, приедем сюда и в мае.

— Если повезет. Дожить надо.

К ним подошла пожилая женщина в черном платье, почти до пят, и черном коротком пальто. Из-под черного платка контрастом выбивались совершенно седые волосы.

— Купите цветы, — предложила она Диме.

— Некуда ставить, — раздраженно ответил он, отворачиваясь от старухи.

— Если нет вазы, цветы можно засушить, — покорно ответила она. И настойчиво совала и совала в руку Димы букетик каких-то сиреневых, приторно пахнущих цветов, пока он не ощутил у себя в руке небольшой предмет, невольно раскрыл ладонь и принял в руку и букетик, и сверточек, не больше спичечного коробка.

Лишь спустившись вниз, под строгой ионической колоннадой университета он развернул сверток. На ладони лежало некое устройство, напоминающее ему, не раз имевшему дело с такими штучками, пульт управления взрывом. Однако, приглядевшись, понял, что приборчик предназначен для чего-то иного. Поскольку заданная Хозяйкой шарада с «Хилтоном» была уже им прочитана, оставалось предположить, что это весточка Мадам Алисе.

— Тебе, наверное, — протянул Дима предмет Алисе вместе с букетиком цветов.

Алиса вспомнила свою ориентировку, полученную перед отлетом: Спортзал «Дроссос», велосипед, Яковлев.

— Да, это мне.

Обедали они в старом ресторане недалеко от Академии. Молча ели жареное мясо, соструганное поваренком с кусков, надетых на блестящий штырь, который все крутился и крутился в тесном жарком пространстве, пока равномерно обжаренное мясо не было срезано все, без остатка. Ели овощной салат, запивали все это сладким густым критским вином.

Через час в спортзал «Дроссос», который облюбовали «новые русские», останавливающиеся в расположенном неподалеку отеле «Паллада» с номерами люкс, включавшими мини-бассейны, сауны, огромные спальни и бильярды с баром, появилась симпатичная женщина в форме электрика со специальной сумкой для инструментов через плечо. Она заботливо осмотрела ряд тренажеров, что-то подтянула в одном, что-то подкрутила в другом. Русские миллионеры и их качки-телохранители с любопытством, продолжая качать мышцы на тренажерах или вращая педали велосипедов, познакомились с округлостями форм «монтера», когда она, декоративно перегибаясь, крутила в тренажерах чего-то там не так крутящееся. В основном девушка работала со свободными тренажерами. Лишь один раз она была вынуждена попросить клиента на минуту остановить движение педалей велосипеда:

— Вы позволите мне тут немного подрегулировать? Педали будут идти тогда мягче, — на новогреческом спросила она клиента.

Тот и русский-то знал не очень хорошо, поскольку был не бизнесменом, которому для его дел нужны хоть какие-то мозги, а бизнесменовской «крышей». Веня Шбон, имевший три ходки в зону, три «лимона» «зеленых» на счету в Базеле и кучу бабок на отдых, должен был сегодня вечером прикрывать переговоры двух кланов — русского и греческого — по торговле кожей и трикотажем. Сделка должна была быть большая, и Веня Шбон привез в Грецию два десятка своих «быков», с которыми в свободное время и качался в зале «Дроссос».