Алексей Рыбин - Генералы подвалов

– Ладно, – задумчиво сказала Настя. – С ним ясно. Кузу что будем говорить?

– А что за Куз?

– Господи... – Настя даже остановилась. Ей казалось, что они с Димкой знакомы уже тысячу лет. А ведь он ничего не знал о ее жизни. Прошлой жизни.

– Слушай, я и забыла, что вы не знакомы. Ладно, ты сиди молчи, я сама с ним разберусь.

Пропуск в редакцию им был выписан, они поднялись на третий этаж и вошли в кабинет.

Димка, как и договорились, помалкивал, а Настя рассказывала о последних событиях. Пока она говорила, Куз несколько раз тайком наливал себе в маленький стаканчик из стоящей под столом бутылки.

– В общем, я думаю так, – сказала Настя, осмелев напоследок. – Вы, Марк Аронович, позвоните Калмыкову и скажете, что папа оставил вам письмо, из которого вы кое-что узнали. О деньгах, например. И назначите ему встречу на лесопилке.

– А почему ты думаешь, что он поедет на лесопилку, а не пошлет меня подальше? И не грохнет потом?

– Видите ли, дело в том, что без него мы не найдем этих денег. Можете сказать, что хотите купить лесопилку или что отец отписал ее вам, что вы пайщик, ну, я не знаю, придумайте что-нибудь, вы же писатель. Журналист.

Куз помолчал, снова вытащил из-под стола бутылку, налил себе стаканчик, выпил и наконец произнес:

– Так... Значит, ты, Настя, организуешь преступное сообщество. И вы, молодой человек, и я – бойцы. А ты, Настя, пахан. Ну-ну, всю жизнь мечтал о живом деле.

Он подумал еще, посмотрел в пустой стакан.

– С этой сволочью надо, конечно, рассчитаться. Только ты представляешь себе, чем все это может кончиться?

– Представляю. Все будет нормально, – ответил за Настю Димка. – Я в этом варюсь уже не первый год. И не такое на моих глазах проделывали. А этот ваш Калмыков – за ним никого нет. Он – одиночка. Не мы, так другие его прищучат.

– Одиночка... А ты уверен?

– Да.

Куз хотел что-то еще спросить, но телефонный звонок оборвал его на полуслове.

– Алло, – сказал он. Потом, растерянно взглянув на Димку, передал ему трубку. – Это вас.

– Я слушаю, – ответил Димка, молча выслушал то, что ему говорили, сказал «Окей» и отключил связь.

– Ну что? – Настя схватила его за руку. – Это он?

– Он. Сегодня вечером приедет к тебе. Сначала позвонит, надо будет его встретить. Он согласен.

Настя посмотрела на Куза.

– Ну, что? Едете с нами?

– Да, – ответил журналист, – еду, – он выкатил из-под стола пустую бутылку. – А то иначе мне, пожалуй, это дело не бросить.

Вечером у Насти состоялся «военный совет». Инвалид приехал с охраной. Здоровенный лоб, которого хозяин называл Геной, молча сидел возле дверей, не участвуя в беседе. Инвалид был одет очень прилично: брючки, рубашечка. Все, как заметила Настя, дорогое, но не броское. Просто хорошая, добротная одежда.

– Ну, что... – Инвалид внимательно оглядел собравшихся. – Я готов взяться за это дело. Мы выяснили кое-что. Разберемся, короче. Как вы это себе представляете?

– Надо, чтобы он приехал в лес. Место я покажу, – сказала Настя. – Там лесопилка. Никого нет. Это участок моего папы. Он его купил.

– А на хрена туда-то тащить? – строго спросил Инвалид.

– Надо. И... – Куз с удивлением поднял брови, услышав, как вмиг отвердел Настин голос. – И я хочу, чтобы его бросили под поезд.

Инвалид тоже удивился, и не счел нужным скрывать это от двух ребят и стареющего алкаша, которых, судя по всему, ни во что не ставил.

– Под поезд? Но эта романтика будет стоить дороже.

– Они папу моего... Так... Вот и я хочу.

– Хозяин – барин. Мои условия такие. Вы его туда тащите. Обозначаете мне его маршрут. Вот вам одна штучка, – он протянул Насте, как ей сначала показалось, пуговицу, – маячок. Или ему засуньте, или с ним вместе езжайте. А мы следом двинемся. Все очень просто. Охраны у него плотной нет, но пару дружков здесь нужно будет ликвидировать. На всякий случай. Чтобы «хвостов» не оставалось.

Димка вздрогнул. Прямо-таки Мониными словами говорит Инвалид.

– Ты чего дергаешься? – экс-нищий заметил Димкину реакцию. – Мальчик, что ли?

– Куда там...

– Вот и я вижу, что не мальчик. Пойдешь со мной. Поможешь. Мне не хочется привлекать к этому делу много народу. Это у меня, – хихикнул он, – как бы халтурка. В общем, за все про все – десять штук, – неожиданно переключился Инвалид на другую тему. – Пять сейчас, пять потом. Дешево беру. Нигде за такие бабки не найдете исполнителя.

Настя молча выложила четыре тысячи, Димка присовокупил еще десять стодолларовых бумажек.

Инвалид с непроницаемым лицом спрятал деньги в карман, встал со стула, огляделся, посмотрел даже на потолок.

– Ну все. Мы пошли. Утром позвоню. Кстати, Калмыков приезжает завтра. Я выяснил. Так что скоординируем действия, и вперед. Дело-то – тьфу. Не ссыте, – вдруг закончил он как-то по-хулигански.

Уже выходя на лестничную площадку, он сказал:

– Деньги зажимать не советую. Надеюсь, это понятно?

– Обижаешь, – сказал Димка.

– Ну-ну. Хорошо, если так, – ответил Инвалид и нажал на кнопку лифта.

Инвалид врал, когда говорил, что за Калмыковым никто не стоит. Эта девочка дала ему классную наводку, которая сулила немалый куш. Поэтому он и взялся за это дело. Не из-за десяти же штук, из которых ему достанется какая-то мелочь. Он посоветовался с бригадиром, и Винт сказал, что надо трясти фраера, трясти «Краб», где он заправлял, и выходить на фактического хозяина этого довольно мелкого в масштабах города, но тем не менее прибыльного наркокоридора в Европу.

Вечер они с Винтом посвятили разработке операции – потенциальных трупов получилось больше, чем предполагал Инвалид. Всплыл какой-то Пегий, калмыковская шестерка, Рыба, без которого этот гад последнее время шагу не делал, Конь, шофер-телохранитель. Всех их надо было убрать. И только потом наезжать на «Краб». Это место, конечно, не золотая жила, но доход сулило стабильный.

Винт долго согласовывал свои действия с Турком – то, что они с Инвалидом затеяли, не входило в их компетенцию. Их зона была под землей. Координация нищих, расстановка их по точкам, сбор денег, отсечение леваков-индивидуалов, курирование молдавских, украинских, казахских и цыганских группировок, наезжавших на заработки в Питер под видом беженцев и ходивших по вагонам, экипировка под «афганцев» безногих алкашей, изготовление или покупка для них удостоверений и военных билетов и все такое. Активными действиями наверху занимался Турок. Он же был и хозяином всего предприятия.

Винт сказал, что в лес они поедут с Инвалидом вдвоем. А насчет тех, кого нужно убрать в городе...

– Пять штук дали тебе?

– Вот. – Инвалид выложил деньги на стол. Они сидели у него дома, в двухкомнатной, уставленной антиквариатом, квартире. Единственный сын богатых родителей, умерших от рака, когда ему еще и не было шести лет, Инвалид сохранил все эти вещи благодаря бабушке, ухаживавшей за больным с детства внучком. Бабушки давно уже нет, а внучек нашел себе вполне приличную, на его взгляд, работу.