user - Мой стокгольмский синдром (СИ)

- Теперь я такая же, как ты, - прошептала я между рыданиями. – Я больше не человек…

Он не дал мне договорить. Да я и знала, что он не даст мне рассуждать о праведности и смертных грехах. И подсознательно ждала. Пощечины. Или просто удара. Вместо этого Джейсон меня поцеловал. Впился в мои губы. Напористо, но не жестоко. Страстно. Если бы я знала, что он умеет так целоваться, то, наверное, влюбилась бы. Но это была всего лишь зависимость. Стокгольмский синдром. Нездоровое влечение, порожденное страхом. Иначе нельзя объяснить причину, по которой я ответила на его поцелуй. Так же яростно и неистово. Я обнимала его за шею, гладила спину; мне, наконец, можно было прикасаться к нему. Не царапать в ответ на боль, а ласкать. Это было так ново и непривычно: чувствовать пальцами упругость его тела. Не переставая меня целовать, он разорвал на мне рубашку и отбросил в сторону, где лежали тела. Белая ткань частично накрыла все еще удивленное лицо Изгоя. Моя босая нога практически касалась руки Бронкса, но не надолго: расстегнув брюки, Джейсон обхватил меня под коленями и снова притянул к себе. Обвив его ногами, я подалась вперед и застонала, предвкушая момент. Давай же. Я не могу ждать. Я не хочу ждать! И он вошел в меня. Привычно резко. И привычно жестко. Задыхаясь от толчков, я двигала бедрами ему в такт. Пожалуйста, не останавливайся. Если ты это сделаешь, я умру. Кажется, я снова думала вслух. Толчки усиливались, и я стонала все громче. Выгибаясь и откидываясь назад. Прижимаясь к нему бедрами. Вздохи переходили в животное рычание, но я не могла и не хотела контролировать себя. Примитивные инстинкты взяли верх. Зверь во мне ожил, а человек этому не противился. Я могла поклясться, что Джейсон почувствовал эту перемену, потому что такого секса у нас с ним не было никогда. Я слышала это по его дыханию и стонам. И чувствовала по его движениям. По каплям пота, покрывавшим спину. И знала: ему тоже давно не было так хорошо.

- Джейсон, - едва слышно выдохнула я, когда он кончил.

Не выпуская меня из кольца рук, он отстранился, изучая мое лицо. Словно визуально проверял почувствованные перемены. А я осторожно дотронулась до его щеки. Только не оттолкни меня сейчас. Мне нужно знать, что ты действительно можешь это чувствовать. И можешь целовать меня. Или это было в состоянии аффекта? Я подалась вперед. Мои губы осторожно коснулись его губ, приоткрываясь. Для него это было в новинку, но он меня не остановил. Его язык скользнул в мой рот, касаясь моего все так же напористо, но не жестоко. Он не был нежным, и не умел им быть, но теперь и не кусал меня, терзая. Когда я оторвалась от него, Джейсон вопросительно приподнял бровь, ожидая ответа – к чему был мой порыв, но я смогла лишь улыбнуться. Продолжая обнимать его за шею, я обвела комнату счастливым взглядом, и… наткнулась на два забытых тела.

- А с ними что теперь делать?

Джейсон пожал плечами:

- Расчленить будет быстрее всего.

- Господи, ну зачем я спросила? – взмолилась я и, отстранившись, испуганно уточнила: - Мне же не придется и им пальцы отрезать?

И впервые услышала его смех.

~ 8 ~

Пока Джейсон с Сатиром что-то обсуждали за перегородкой, я колдовала над одеждой, натянув очередную футболку и сооружая подобие юбки из полотенца. На убитых я сталась не смотреть. Из обрывков разговора выяснилось, что утром Джейсон установил две дополнительные камеры: в архиве и коридоре между трейлерами. Вот почему я слышала звук дрели. Изображение транслировалось не на экраны в монтажную, а на дополнительный пульт у Сатира в коттедже, откуда Джейсон и следил за происходящим. Я в очередной раз поразилась уровню их технического оснащения и ужаснулась размаху шоу. Деньги тут крутились немалые, не зря Изгой так рвался заполучить их часть.

- Так это она их уложила? – присвистнул Сатир, заглядывая в комнату и переводя оценивающий взгляд с двух лежащих тел на меня. И добавил, усмехнувшись: – А я думал, она только орать умеет: О, Джейсон!

Я зарделась. Интонация моих стонов была передана максимально точно.

- Можно мне какие-нибудь джинсы? – попросила я Джейсона, когда он зашел следом.

- А ты планируешь выйти отсюда? – его тон, как обычно, не терпел возражений.

- Не могу же я сидеть рядом с трупами, - пробормотала я.

- Раньше тебя это не пугало. К тому же их скоро здесь не будет.

- Джейсон! – взмолилась я. – Позволь мне выйти!

- Ты же не хочешь, чтобы ребята на нее пялились, пока будут чинить дверь? - Сатир неожиданно встал на мою сторону, но тут же пошел на попятную, увидев брошенный Джейсоном взгляд: - С другой стороны – ты всегда можешь запереть ее в ванной.

- Можно я хотя бы в архиве побуду? – продолжала торговаться я.

Я тебе жизнь спасла, между прочим. Неужели так сложно пойти на уступку? Этот аргумент я приберегла на крайний случай.

- Пусть в монтажке посидит, - предложил Сатир. – Я глаз с нее не спущу.

- Только найди ей какие-нибудь джинсы.

Взвизгнув, я запрыгала от радости, на третьем прыжке потеряв полотенце; и пока куталась в него заново, Сатир спешно удалился, пробормотав что-то об одежде Сандры. Джейсон не сводил с меня взгляда.

- Это… случайно, - сжалась я, испугавшись, что он передумает.

И на всякий случай ретировалась в ванную.

Остаток дня, пока Джейсон избавлялся от тел, мы с Сатиром проверяли записи с камер наблюдения, чтобы убрать все свидетельства о том, что Изгой с Бронксом вообще подходили к трейлеру. Я сидела в кресле, сложив ноги по-турецки, и периодически тыкала в монитор, увидев знакомую фигуру, а Сатир тщательно изучал запись, решая, оставить ее или нет. В соседнем трейлере два плечистых парня чинили перегородку и меняли развороченную дверь. На мое счастье на складе в лагере не осталось запасных сенсорных панелей, и как минимум два или три дня электронный замок не восстановят. Не факт, что все это время мне дадут свободно передвигаться по территории, но я хотя бы не буду заперта в четырех стенах.

- А я все гадала, кто тогда выключил камеру? – улыбнулась я, наблюдая, как Сатир стирает очередную запись.

В ответ он лишь хмыкнул. Сатир в принципе не был разговорчивым, и все мои попытки вывести его на откровенность, он пресекал язвительными замечаниями.

- А вы, правда, начинали втроем? – не унималась с расспросами я. – И давно?

- Послушай, тощий цыпленок, если ты хочешь, чтобы я тебя пристрелил – просто попроси. Не обязательно идти окольными путями.

Я насупилась, подтягивая сползающие джинсы – одежда Сандры оказалась мне великовата.

Пару раз Сатир выходил. Первый – чтобы принести нам ужин, на который я радостно набросилась, едва ланч-бокс оказался в моих руках; второй – чтобы позвонить. Его отсутствие я каждый раз использовала с толком: изучила несколько папок на столе, и стащила рацию с подзарядки, пропажу которой Сатир обнаружил очень быстро и отобрал, несмотря на все мои возражения. Имена и фамилии в папках мне ничего не давали, но я все равно постаралась их запомнить: К.Дж.Туччи, А. Пауэлл «Олдмен», Д.С. Варго «Полковник». Запишу в свои бумаги, когда вернусь в спальню. После звонка Сатир запер спутниковый телефон в ящике стола, на который я то и дело бросала тоскливые взгляды. В ответ на это Сатир провел большим пальцем по шее, изображая порез. Красноречиво, ничего не скажешь.