Сергей Майдуков - Смертельный вояж

Ответом на этот жалкий лепет была звенящая тишина. «Надо уходить, — сказал себе Володя, — надо срочно убираться отсюда…» И остался на месте. Он перевел дыхание, собираясь сделать шаг, и вздрогнул, услышав шорох. В углу, сверкая глазами, сидел небольшой зверек, смахивающий на кошку, но длиннее и на коротких лапах. Он учуял запах крови и явился полакомиться свежим мясом.

— Брысь! — крикнул Володя и топнул ногой.

Зверек исчез. Или его не было вовсе?

— Грл… — вдруг булькнула Аня. — Бла…

И затихла. Вилы окончательно успокоились, прекратив свой беспорядочный перестук. Не зная, зачем делает это, Володя перекрестился.

— Мир пухом… — прошептал он. — То есть земля. Прости, Господи, ты знаешь, что я не хотел.

Аня несколько раз дернула ногой, но это было уже мертвое движение. Наверное, она сделала первый шаг по долине смерти. Или летела по пресловутому темному тоннелю, выводящему на свет.

Володю это абсолютно не касалось, поскольку он находился в стране живых. Тело лежало как раз на пороге, и, чтобы выйти наружу, через него необходимо было переступить. Одеревеневшие ноги, как назло, не слушались, словно вросли в землю. Наконец, зажмурившись, он решился сдвинуться с места, но, шагнув, зацепился носком кроссовки за труп и упал. От испуга нервы окончательно сдали, и, выбравшись из подвала, Володя расплакался.

Его еще долго рвало и швыряло из стороны в сторону, словно пьяного. Нелегко убить человека. Разве что после можно убедить себя, что этого не было.

На заплетающихся ногах Володя шел к выходу из злосчастного двора и словно в бреду бубнил себе под нос:

— Ничего не было, ничего не было…

Оказалось проще поверить в то, что он видел сон, чем принять происшедшее. Через каких-то полчаса Володя верил, что все случившееся было лишь кошмаром, привидевшимся ему в душном подвале.

Минутное помрачение рассудка, не более того.

К полудню Володя оказался в центре района Коньяалты. Он и думать забыл о Рите и Глебе. Он намеревался немедленно отправиться в аэропорт. Продолжать поиски? Нет, с него хватит! В его планы входило только одно — поскорее убраться из этого проклятого города и не возвращаться сюда никогда. Периодически он похлопывал рукой по карману, где лежали загранпаспорт и деньги, и от этого становилось спокойнее.

Изнывая от жары, Володя остановился возле уличного холодильника с напитками и, вытирая ладонью капли пота, стекавшие по вискам, сказал подошедшему продавцу:

— Пепси, плиз.

Продавец окинул покупателя подозрительным взглядом и, кивнув, подал ему холодную бутылку, скользкую от испарины. Володя взглянул на себя и ужаснулся: его одежда была забрызгана кровью! И тут же подумал, что засохшая кровь вполне может сойти за капли краски. «Сейчас напьюсь и куплю себе другую одежду», — решил он.

Продавец, скрывшись в своей лавчонке, больше на него не пялился. Успокоившись, Володя жадно присосался к бутылке. Казалось, что в этот момент его ничто не могло отвлечь… Ничто, кроме голоса, прозвучавшего над ухом:

— Хэллоу.

Оторвавшись от напитка, Володя взглянул на стоящего перед ним мужчину в полицейской форме.

— Хэллоу, — ответил он, выдавливая из себя улыбку, похожую на гримасу человека, у которого схватило живот.

Полицейский тоже улыбался не слишком естественно. Просто скалил зубы. А глаза его оставались недоверчивыми и настороженными.

Аккуратно опустив бутылку в урну, Володя хотел было пойти дальше, но полицейский, сохраняя вежливый оскал, потребовал:

— Паспорт.

— Что?

Володя решил притвориться беззаботным туристом, которому плевать на всяких там полицейских, потому что он чист перед законом. Ему бояться нечего!

— Паспорт, — повторил полицейский, больше не утруждая себя фальшивой улыбкой.

Володя, пожав плечами, протянул турку документ, который прямиком отправился в нагрудный карман форменной рубашки.

— Я турист, — громко сообщил Володя. — Море, пляж… Жарко!

Полицейский, глядя на него как на некий неодушевленный предмет, указал на патрульный автомобиль неподалеку.

— Ехать, — сказал он. — Близко.

Володя решил вести себя нагло, чтобы отмести всякие подозрения. Лучшая защита — нападение, не так ли?

— Зачем? — осведомился он.

— Ехать, — повторил полицейский, напуская на себя дружелюбный вид, словно приглашал приятеля прокатиться с ним по городу.

— Не понял… — Володя передернул плечами. — Я дал тебе паспорт? Так посмотри его!

Полицейский покачал головой и повторил приглашающий жест. «Баран упрямый!» — подумал Володя и почувствовал, что дурной сон продолжается. Кошмар, в котором приключается все самое плохое и страшное, а ты не в силах ничего изменить. В голове мелькнула мысль: «Бежать!» Но, когда к полицейскому присоединился напарник, эта идея больше не казалась удачной.

Покорившись судьбе, Володя развел руками и поплелся к автомобилю.

Через двадцать минут он, слушая непрерывно раздающиеся телефонные трели, сидел в полицейском участке. Причину задержания никто не объяснял, как Володя ни добивался. При этом у него конфисковали содержимое карманов, не оставив ни документов, ни денег. Еще ему сообщили, что его допросит капитан Акюрек, прекрасно владеющий русским языком.

Наконец после томительного ожидания Володю пригласили в кабинет.

В комнате было душно, как в парнике. Лицо капитана блестело от пота. На столе лежала гора смятых бумажных салфеток, которыми он вытирал шею и лоб. Больше ничто не выдавало его дискомфорта от жары. Вальяжно развалившись в кресле, Акюрек закинул ноги на стол, и Володя отметил про себя, что такие дорогие ботинки не грех держать на столе. Иначе как другие смогут их увидеть?

Капитан исподлобья, сложив пальцы рук на груди, посмотрел на задержанного. Володя стоял, пока представитель закона не кивнул ему на пустой стул напротив.

— Садитесь. — Голос прозвучал глухо, как будто он говорил в банку.

Володя, не отрывая взгляда от Акюрека, опустился на мягкий стул.

— За что меня задержали? — спросил он, стараясь сохранять хладнокровие.

— Не знаю, что является нормой в вашей стране… — капитан хмыкнул, окинув Володю с ног до головы холодным взглядом, — но у нас человек, перепачканный кровью, обращает на себя внимание.

Володя удивился, насколько у турецкого полисмена чистая русская речь. Если бы не черные волосы и смуглая кожа, то можно было бы заподозрить, что он русский, а не турок.

— Я не сделал ничего плохого!

Володя вытер вспотевшие ладони о штанины.

— Сейчас вы расскажете мне все по порядку. — Капитан промокнул лицо свежей салфеткой. — И я решу, сделали вы что-то плохое или нет.

Володя потряс головой, словно все еще надеялся очнуться ото сна.