Дейл Браун - Ночь ястреба

За тот короткий отрезок времени, пока Делберта не было в пункте управления, его люди успели хорошо потрудиться. Двое солдат лежали без сознания на полу, один осматривал свои незначительные раны, полученные от очередной выбитой двери, еще трое выстроились вдоль стены с поднятыми за голову руками, кашляя от дыма, проникшего в помещение. Подрывник обыскивал их, крича на чудовищном русском:

— Нет шевеленя, убю!

«Тюлени» из группы поддержки в изумлении оглядывали помещение пункта управления, фланговый Делберта — тоже.

— Шевелитесь, парни, — приказал Делберт. — Ставим заряды и уходим.

— Посмотри, Проныра. — Подрывник указал на один из пультов управления. Экраны индикаторов РЛС были разбиты, несколько съемных блоков пульта валялись на полу покореженные, изломанные. Рядом валялась кувалда, явно именно ею здесь недавно поработали. — Похоже, эти парни уже разнесли здесь все.

Невероятно, но подрывник был прав, помещение пункта управления выглядело как после основательного разгрома. Как салун в вестернах после хорошенькой драки.

— Устанавливаем заряды и уходим, — повторил Делберт. Подрывник принялся выполнять приказ. — Джонни, охраняй основной вход, я присмотрю за боковым.

Через несколько секунд Делберт услышал в наушниках:

— Был взрыв в другом конце взлетной полосы. Это вторая группа?

— У нас нет времени, — ответил Делберт, — устанавливаем последний заряд и уходим.

Минирование проходило медленно, потому что из соображений безопасности этим занимался всего один человек.

Один из пленных повернул голову и спросил на хорошем английском:

— Кто вы? Вы американцы?

— Заткни его, Дуг.

— Посмотри сюда, Проныра, — позвал «тюлень» по имени Дуг. Делберт подошел к пленному, которого обыскивали. — На них форма не СНГ или МСБ...

Теперь и Делберт заметил на левом рукаве пленного эмблему с желто-сине-красным флагом. Такая эмблема была у всех солдат. Прежние эмблемы были оторваны, а на их место пришиты эти матерчатые флаги.

— Это литовские флаги? У них литовские флаги?..

— Мы — литовцы, — произнес другой пленный на ломаном английском. — Литовские солдаты. А вы — американцы?

— Мне наплевать, будь он хоть королем Швеции, — сердито рявкнул Делберт. — Вторая группа начала взрывать штаб, а самолеты штурмового отряда через двадцать минут войдут в зону действия радаров. Свяжите пленных, заканчиваем минирование и уходим. Мы и так уже выбились из графика. Шевелитесь.

Начальный шок от того, что на советском объекте ПВО они обнаружили солдат местных сил самообороны, быстро прошел, и команда «тюленей» продолжила свою работу.

Через пару минут подрывник закончил установку свыше ста фунтов взрывчатки в пультах, электрических щитах, коммутаторах линий связи и подсоединил все провода к «адской машине» с электронным управлением. Пленным связали руки рукавами их же собственных камуфляжных комбинезонов, потом всех вместе связали телефонными проводами, вывели их на улицу, протащили через дыру в сетке и провели за внешнее ограждение.

Через десять минут интенсивного бега все были уже далеко от базы и укрылись в небольшом сарае, расположенном метрах в пятистах от пляжа. Делберт приказал своим людям проверить снаряжение и поднес к губам рацию:

— Вторая группа, докладывайте.

— Мы вышли с базы, — отозвался командир второй группы. — Направляемся к опорному пункту.

— Мы слышали ваши взрывы. Майк выбрался?

— Нет. — Делберт слышал тяжелое дыхание командира второй группы, говорившего на бегу, и все же уловил по голосу, как тот напряжен и мрачен. — Мы не взрывали. Это работа тех парней, которые ворвались в штаб. Майк только собрался слезть, как здание взлетело на воздух.

«Проклятье, — мрачно подумал Делберт. — Всегда рассчитываешь потерять пару ребят в такой операции, но когда все проходит гладко, то начинаешь привыкать к мысли, что так и будет. И в этот момент судьба тычет тебя мордой в грязь».

— Понял тебя, — ответил Делберт, тяжело вздохнул и продолжил: — С нами пленные. Похоже, какие-то литовские коммандос.

В ответ раздался только двойной писк, у командира второй группы явно больше не было сил и настроения продолжать разговор.

Делберт связался с третьей группой и согласовал расчетное время встречи со Штурвалом.

— А что мы будем делать с этими парнями? — спросил один из «тюленей».

— Оставим их здесь. Мы не можем отпустить их, не рискуя быть обнаруженными. — Делберт сел поближе к одному из пленных, который выглядел постарше, и спросил: — Из какой вы части?

— Мы драгуны великого князя, — ответил пленный на вполне приличном английском.

Делберт почувствовал приступ ярости, но удержал себя в руках. Что-то непонятное творилось здесь, так что нет смысла вымещать злобу на пленных.

— Что это такое? Внутренние войска? Охрана границы? Служба безопасности?..

— Мы — не Советы, — возмутился пленный. — Не СНГ. Мы литовцы. Драгуны великого князя. Мы из «Бригады Железного Волка».

— Хочешь сказать, что вы из литовской армии? — спросил один из «тюленей».

— Черт побери, у Литвы нет армии, — прошипел Делберт.

Пленный улыбнулся и с гордостью выпятил грудь.

— Теперь есть, мой друг. Мы первая армия Литовской республики со времени славной эпохи правления великих князей. «Бригада Железного Волка» была лучшей армией во всей Европе. Мы выгоним всех захватчиков и вновь превратим нашу республику в сильное государство.

«Тюлени» принялись качать головами, одни насмешливо, другие изумленно. Но Делберта волновала предстоящая операция.

— И сколько вас, драгунов великого князя? — спросил он.

Пленный явно замялся, не желая больше выдавать информации о своей части. Он попытался перевести разговор в шутливое русло:

— Вы американцы? Можете присоединиться к нам. Америка — земля свободы. Поможете нам выгнать Советы?

— Я спросил, сколько у вас людей.

В голосе Делберта явно прозвучала угроза, но литовцы, вполне счастливые от того, что выполнили свою задачу и при этом не погибли и не попали в плен к Советам, решили не задираться с американцами.

— Восемь, может быть, десять тысяч человек. Некоторые не пошли с нами. Предатели, собаки, готовые лизать руку русским. Но большинство с нами. Мы находим все больше людей в городах и деревнях, даже среди солдат СНГ. Все мужчины считают честью присоединиться к нам.

— Кто у вас командир?

Снова возникла заминка. И вновь гордость за свою армию и командира перевесила все остальное.

— Наш командир — генерал Доминикас Пальсикас, да хранит его Бог.

Делберту это имя ничего не говорило.

— Мы сражаемся за Литву. Нас ведет генерал Пальсикас. Мы боремся за свободу под боевым знаменем великого князя Литовского.